Кривые перила, или Плут Банистер - Кэролайн Кин

Пыльные всадники остановились перед магазинчиком с одеялами, шляпами, украшениями и продуктами для продажи. Они спешились и привязали лошадей. Мистер Дрю вошёл внутрь, чтобы узнать, где они могут найти Тома Сонного Оленя Смита.

— Последний дом, — сказал мужчина, указывая на восток. Мистер Дрю поблагодарил его и вышел. Они с Нэнси пошли к дому Смитов. Через несколько минут навахо вышли из домов и последовали за ними по улице. Очевидно, кто-то распространил слух, что в деревне гости.

Когда они подошли к последнему дому, на улицу вышли мужчина и маленький мальчик. Дрю поздоровались, и Нэнси тепло улыбнулась ребёнку.

— Тебя зовут Том Сонный Олень Смит? — спросила она.

— Да, — застенчиво пробормотал мальчишка.

— Мы проехали много миль, чтобы увидеть тебя, — сказала ему Нэнси.

Мистер Дрю заговорил с отцом о территории навахо и сказал, что понимает, что определённые люди предъявляют претензии на имущество, принадлежащее резервации.

— У нас есть небольшая проблема, — ответил мужчина.

Нэнси наклонилась и сказала Сонному Оленю:

— Мы хотели сказать тебе, что нашей подруге Бесс Марвин понравилось твоё письмо.

Маленький мальчик посмотрел на отца, но ничего не ответил.

Нэнси продолжила:

— Вы ведь получили деньги, которые она вам прислала, не так ли?

Сонный Олень снова посмотрел на отца, но ничего не сказал, и Дрю поняли, что Смиты стали их подозревать.

— Не бойтесь говорить, — попытался убедить их мистер Дрю. — Мы с дочерью не являемся государственными следователями. Это просто дружеский визит.

И всё же Смиты не ответили. Прежде чем Нэнси успела задать ещё один вопрос, все услышали предупреждающий крик. Повернувшись в том направлении, откуда он пришёл, Нэнси почувствовала, как её сердце заколотилось. Её лошадь сорвалась с цепи и бешено мчалась к ним по улице! Жители деревни разбежались, и мистер Дрю отступил в сторону.

Нэнси осталась на месте. Раскинув руки в стороны, она закричала:

— Стой, Черноногая! Тпру!

Глава 17. Индейский совет

Нэнси подскочила и схватила лошадь под уздцы.

— Тпру, Черноногая! Стой! — воскликнула она. — Никто не причинит тебе вреда.

Испуганное животное, казалось, узнало её и помнило, что она добрая. Лошадь остановилась, как вкопанная, и Нэнси едва не вылетела на проезжую часть. Но она удержалась, опустила голову лошади и стала её гладить. Через несколько секунд она стала такой же послушной, как и раньше, во время поездки.

Сонный Олень захлопал в ладоши и воскликнул:

— Ты смелая!

Навахо с восхищением посмотрели на Нэнси и запели песенку. Мистер Смит пояснил, что это песня благодарения и хвалы, потому что Нэнси была в серьёзной опасности и действовала мужественно. И даже уберегла некоторых жителей деревни, ведь сбежавшая лошадь могла их ранить.

Мистер Дрю крепко сжал дочь в объятиях:

— Ты ужасно рисковала, моя дорогая, но я очень тобой горжусь.

Толпа растаяла. Когда Нэнси ещё раз привязала Черноногую к столбу — на этот раз надёжно — мистер Смит с готовностью сказал:

— Теперь я расскажу вам всю историю.

Он сообщил, что его сын не получал денег, а подобные вопросы туристы уже задавали другим детям в деревне.

— Они тоже ни от кого не получают денег, — добавил он.

Далее мужчина сказал, что люди в деревне бедны. Из-за очень суровой зимы и жаркого сухого лета урожай кукурузы был скудным.

Сонный Олень заговорил:

— Может быть, скоро мы устроим танец дождя, чтобы Бог дождя послал дождь, и кукуруза хорошо росла.

Отец и дочь Дрю переглянулись. Не было сомнений, что этим людям нужна помощь.

Отец Сонного Оленя продолжал рассказывать свою историю. Около двух лет назад в индейскую деревню пришли двое мужчин.

— Мы думали, что это просто туристы, — сказал мистер Смит.

Он рассказал, что некоторое время спустя у навахо появились подозрения. Во время одного из племенных советов они узнали, что два посетителя записывали имена всех жителей деревни, особенно детей.

— Однажды другой турист спросил у мальчика, писал ли он письмо кому-то. Ответ — нет. Мы, навахо, беспокоились, что что-то не так.

— Вы не сообщили об этом властям? — спросила Нэнси.

Сонный Олень и его отец покачали головами. Мистер Смит сказал:

— Мы боимся неприятностей из-за этих людей, поэтому молчим.

Мистер Дрю сказал ему, что, поскольку жители деревни ни в чём не виноваты, бояться нечего.

— Об этих двух мужчинах следует сообщить, чтобы их арестовали, — добавил он.

Нэнси спросила, представились ли эти двое дотошных незнакомца.

Мистер Смит кивнул:

— Они назвались Фитчем и Роули.

Дрю были взволнованы, услышав это. Они были уверены, что Роули — это Роули Банистер, а Фитч — Клайд Мид! Кроме того, это казалось убедительным доказательством того, что двое мужчин были приятелями и какое-то время вместе занимались мошенничеством.

Нэнси спросила:

— Мистер Фитч или мистер Роули когда-нибудь возвращались в вашу деревню?

— Нет, — ответил мистер Смит.

Это заставило Нэнси задуматься. Если ни один из мужчин не был в этом районе в последнее время, кто отправил фальшивые письма? Она спросила мистера Смита, знает ли он.

Он сказал, что в деревне опросили всех, и все отрицали, что хоть что-то знали об этом. С индейцами в Леуппе также консультировались, и никто ничего не знал об отправке писем.

— Тогда это, должно быть, сделал турист, — предположил мистер Дрю. Он повернулся к мистеру Смиту. — Часто сюда приезжает кто-нибудь из туристов, я имею в виду, одни и те же?

— Нет.

Отец Сонного Оленя сказал, что автобус с туристами приезжает в Леупп два раза в неделю и привозит посетителей в его деревню.

— Чуть позже сегодня как раз придёт один, — добавил он.

— Тогда мы подождём и поговорим с визитёрами, — сказал ему мистер Дрю.

Как раз в этот момент из семейного хогана вышла миссис Смит. Она заговорила с мужем на их родном языке.

Он улыбнулся и сказал Дрю по-английски:

— Примите ли вы приглашение пообедать с нами?

Нэнси и её отец тоже улыбнулись.

— Мы были бы рады, — ответил мистер Дрю.

Хозяин проводил их в хоган. Стены были выбелены, на них висели лук и стрелы, несколько очень тонких красочных вышивок, гротескная маска и небольшая полка с несколькими книгами.

В комнате не было стульев. Пол был покрыт ярким линолеумом. В центре стояло несколько мисок с едой.

Семья Смитов села полукругом и жестом пригласила Нэнси и её отца тоже сесть на корточки. Еда состояла из ростков фасоли, кусочков баранины, приготовленной с мамалыгой, и кукурузного пудинга. В одном большом плоском блюдце было несколько слоёв тонкого кукурузного хлеба.

— Это восхитительно, — сказала Нэнси хозяину и хозяйке. Матери Сонного Оленя она добавила: — Вы