Пропавшая шхуна - Ховард Пииз

— Спроси Коркери, — сказал Тод. — Он должен быть в состоянии сказать это.

Когда солнце поднялось над горизонтом, палуба задрожала от вибрации, и старый трамп стал приближаться к городу Папеэте. Стен наклонился над форштевнем, его глаза были устремлены вниз, на воду. Но никакой дельфин не появился над волной. Лицо юноши потемнело от горя. Вся радость возвращения домой, казалось, исчезла из-за отсутствия странного дельфина.

За горными вершинами розово-алые цвета перешли в ярко-золотые. Кокосовые пальмы, ряды которых протянулись вдоль всего берега, казались крошечными и невероятно тонкими и нежными. В том месте, где неприступная стена рифового барьера прерывалась узким проходом, «Арабия» повернула влево и заскользила по нему. С обеих сторон прибой обрушивался на коралловые скалы; его оглушительный рев заглушал звук машины, работавшей средним ходом. Тод заметил, что зубчатый риф возвышается всего на фут над поверхностью воды. Медленно и осторожно судно проскользнуло через узкий проход в спокойные воды лагуны. Тихий океан лежал позади него. Пройдя более трех тысяч миль по морю, оно снова входило в порт.

Когда они достигли определенной точки напротив карантинной станции, флаг которой развевался над крохотным сказочным островком посреди гавани, машина снова остановилась, якорные цепи загремели, и «Арабия» стала ждать прибытия карантинных чиновников. Тод с удовольствием рассматривал берег.

Зелень огромных цветущих деревьев почти скрывала дома и магазины города, а за ними возвышались пологие холмы с банановыми и пальмовыми плантациями. Он наконец-то прибыл на настоящий остров Южного моря!

Наступило чрезвычайно напряженное утро. Карантинные чиновники прибыли уже в восемь часов и вскоре ушли. Старый трамп снялся с якоря и направился к причалам для более крупных судов, которыми мог похвастаться Папеэте. Лишь в четыре часа дня Тод нашел время сойти на берег. Одетый в свою лучшую выходную форму из белого льна, он зашел  в каюту капитана с докладом.

Джарвис говорил очень быстро, не отрываясь от стола.

— Сегодня вечером мы закончим выгрузку, — пояснил он. — Но мы останемся на якоре в гавани, пока не поведем переговоры относительно обратного пути в Штаты. Мы не будем торопиться, Джо Макарони. Нам нужно разобраться в деле Ридли до того, как мы отправимся домой.

— Я ненадолго сойду на берег, — сказал Тод. — У вас будут какие-нибудь поручения?

— Да, — капитан Джарвис развернул вращающееся кресло, засунул руки в карманы белых тропических брюк и вытянул ноги. — Я бы хотел, чтобы ты присмотрел за этим Коркери. Он поднялся на борт сегодня утром и хотел расспросить меня об обломках «Виндрайдера», которые мы якобы нашли. Нет, — ответил он на вопрос в глазах Тода, — он еще не подал заявление на страховку. — Капитан Джарвис сделал паузу, нахмурил брови. — Я попросил копию радиограммы, которая была отправлена с нашего судна прошлой ночью. Она была адресована Коркери и содержала указание не предпринимать никаких действий по поводу страховки, поскольку «Виндрайдер» был найден в целости и сохранности.

Тод резко вздохнул:

— Так вот оно что!

— Да. Сообщение было подписано JT. Очень мне хочется узнать, кто это!

— Вы узнали настоящее имя Чепмена?

— Еще нет. Но я планирую послать домой много радиограмм. Кто такой Чепмен? Можем ли мы узнать что-нибудь о его прошлом? И какое имя использовал мистер X, когда приехал на Таити от имени компании Блейкмор?

Тод взглянул на него с удивлением:

— Мистер X?

— Да. Разве ты не помнишь? Он был первым детективом, посланным сюда Компанией. Тот, кто сообщил, что всё в порядке. Пока вскоре не выяснилось, что он живет на большой плантации, которую купил. Я хочу знать, откуда взялись деньги. Был ли это его собственный капитал или кто-то дал ему достаточно, чтобы жизнь застрявшего на Таити американца оказалась приемлемой? Сегодня вечером я навещу американского консула. А пока присматривайте за Коркери. — Джарвис встал и прошелся по каюте. — Может, было бы неплохо взять молодого Ридли с собой и появиться с ним в офисе Коркери. Посмотрим, что будет потом...

— Коркери уже знает, что Стен на борту?

— Нет, я так не думаю. Возможно, будет интересно посмотреть, как он поведет себя, столкнувшись с мальчиком.

— Ридли работает на выгрузке второго трюма, — сообщил ему Тод.

— Тогда пусть боцман заменит его. Вы, мальчики, могли бы чему-нибудь научиться на суше.

Сердце Тода подпрыгнуло при этой мысли.

— Хорошо. Я собираюсь идти прямо сейчас. Но что за человек этот Коркери?

На мгновение капитан Джарвис стоял, погруженный в свои мысли.

— Я не совсем понимаю его. Он американец, который живет здесь уже много лет — в компании Стенхоупа Ридли. Посмотри сам, что он собой представляет.

Капитан снова сел за стол, а Тод направился к двери.

— Удачи! — крикнул ему вслед Джарвис.

На носовой палубе Тод обнаружил боцмана и его команду у люка номер два, который был широко открыт. По знаку третьего помощника подошел, ковыляя, мужчина, и на его смуглом лице появилась несколько снисходительная улыбка.

— Могу ли я что-нибудь сделать для вас, мистер Моран?

Слова почти терялись в визге лебедок.

— Да, боцман, — крикнул Тод ему на ухо. — Капитан хочет, чтобы вы отпустили молодого Ридли. Для этого парня есть другая работа.

Боцман поднял густые брови.

— Хорошо, сэр, — он отвернулся и медленно потащился к крану, у которого работал Стен. Тод увидел, как юноша удивленно поднял голову, услышав приказ начальника, и выжидающе посмотрел на него.

По слову офицера Стен исчез в кубрике. Тод подождал, пока он не появится через десять минут, одетый в белое.

— У меня даже нет настоящего тропического костюма, — оправдал он свою рубашку и брюки. — Старая куртка слишком тесна, а эти штаны мне немного коротки.

Он посмотрел на свои ноги и засмеялся.

— Ладно, пойдет, — улыбнулся Тод. — Так ты определенно выглядишь более деловым.

С хорошим настроением третий помощник спустился по трапу на пирс, но вскоре понял, что Стена не интересуют ничего, кроме новостей о его отце. Радость от того, что он, наконец, ступил на родную землю, смешивалась со страхом перед неизвестными неприятностями, которые могли его ожидать. Они быстро прошли через огромный склад, в который укладывали груз с «Арабии», мимо французских чиновников, скучающе наблюдавших за работой туземцев, и,