Пэт из Серебряной рощи - Люси Мод Монтгомери

— Она была странная. Такие глупости болтала! Пока ее бедный муж болел, она считала дни, пока он помрет. Всё беспокоилась, что не сможет еще раз выйти замуж, если он еще долго проживет, чуть не плакала. И вот поди ж ты: она и вправду больше не вышла замуж. Муж дотянул до того, что у нее не было ни одного шанса. И Джуди Плам ее не жалко, вот что я вам скажу.

Глава XIV. Тень страха

С отъездом Винни вернулась зима. Круглое окошко запорошило снегом. Шепчущая дорожка скрылась под сугробами, так что папа и дядя Том копали узкий проход с двух сторон, пока не встретились у ворот. Кучи камней в старом саду превратились в белые пирамиды. Туманный холм сиял серебром. Кладбище завалило едва ли не до верха забора.

— Оттуда даже Бешеный Дик не выберется, — заметила Джуди, успокаивая всех замерзших малышей — собак, кошек, цыплят и детей.

Пэт нравилась метель. Она с наслаждением укрывалась мягкими теплыми пледами, прячась от темной ветреной ночи за окном, и обнимала грелку. То есть сначала Пэт согревала ножки, потом брала грелку в руки и прикладывала к спине. К утру совсем остывшая грелка под спиной напоминала дохлую крысу. Пэт скучала по Винни, с которой привыкла делить комнату, по ее смеющимся глазам, по серебристому голосу.

— Через две недели Винни будет дома, — радостно подсчитывала она.

Потом она услышала в школе дурную весть. Разумеется, ее принесла Мэй Бинни.

— Твоя тетя Хелен собирается забрать Винни, — сказала она.

Пэт разозлилась:

— А вот и нет!

Мэй хмыкнула.

— Странно, что тебе не сказали. Мама говорит, что Винни очень повезло. Если бы ты не ударила Норму, на ее месте могла бы быть ты.

Пэт молча смотрела на Мэй. На душе стало серо, как будто выпал ноябрьский снег. Она не могла думать две ужасных мысли сразу, поэтому запретила себе огорчаться из-за того, что Сид рассказал ее заклятому врагу о случае с Нормой. Шла перемена, уроки еще не окончились, но Пэт бросилась к двери, схватила шляпку и пальто и побежала домой, спотыкаясь на заснеженной дороге. Домой, домой, к маме — не к Джуди. Джуди хороша для повседневных бед, но сейчас только мама могла сказать, что это все ложь, что никто не отдавал Винни тете Хелен.

— Вот так явление! Почему ты так рано? — спросила Джуди, когда дрожащая Пэт вбежала в кухню. — Дядя Том поехал за тобой в новых санях, чтобы ты не шла по снегу.

— Где мама? — задыхаясь, спросила Пэт.

— Мама? Уехала с папой на ферму. У тетки Френсис признали пневмонию. Да что это с тобой?

В первый раз Пэт было нечего сказать Джуди, потому что та не смогла бы ответить на ее вопрос. Пэт металась по пустому дому, как беспокойный призрак. Как здесь было одиноко! Ни мамы, ни папы, ни Крошки. Ни Винни! А вдруг сестра никогда не вернется? Вдруг ее смех больше никогда не будет звучать в Серебряной роще?

Джуди подумала, что в школе что-нибудь стряслось, и надеялась, что Пэт не поссорилась с учительницей. Впрочем, она вообще не одобряла, что в учительницы наняли дочку старого Артура Сэйнта, с ее-то рыжими волосами.

Пэт отказалась от ужина. Пришло время ложиться спать, но мамы с папой все не было. Пэт уснула в слезах, а когда проснулась ночью, то сразу все вспомнила. Стояла глубокая тишина. Ветер улегся, и дом потрескивал от мороза. В окно, между Серебряной рощей и Ласточкиным гнездом, виднелись бледные звезды над темными елями. Пэт обнаружила, что ночью любая беда кажется горше. Она больше не могла терпеть томительной, тревожной неизвестности. Решительно выбравшись из постели, она зажгла свечу и промаршировала по тихому коридору, мимо спальни Джо, мимо Поэтической комнаты прямо к спальне родителей. Да, они вернулись домой и спали. Очаровательная, сладко пахнущая Крошка посапывала в своей колыбельке, но впервые в жизни Пэт не стала над ней склоняться.

Длинный Алек и его усталая жена проснулись и увидели над собой отчаянное маленькое личико.

— Детка, что случилось? Ты заболела?

— Папа! Тетя Хелен ведь не заберет Винни? Правда не заберет?

— Пэт, — строго сказал папа, — ты что, разбудила нас, только чтобы задать этот вопрос?

— Папа, я должна знать!

Мама все поняла и положила тонкую руку на дрожащее плечо Пэт.

— Милая, никто никого не заберет. Винни немного поживет у тети, а потом поедет в школу. Это пойдет ей на пользу.

— Ты хочешь сказать, что Винни больше не вернется?

— Еще ничего не решено. Тетя Хелен только намекнула на такую возможность. И, конечно, Винни часто будет приезжать.

Последовала мрачная, мучительная неделя — хуже всего, что случалось в жизни Пэт. Она не могла есть и заливалась слезами при виде пустого места Винни за столом. Семья осуждала ее за такое неразумное поведение.

— Бедное дитя, — сетовала Джуди. — Она прямо с лица спала — ест меньше птички.

— Джуди, ты ее балуешь, — сурово сказал Длинный Алек. Он не переносил, когда Пэт плачет.

— А почему это я должна держать малышку в черном теле? — возмутилась Джуди, но все же попыталась договориться с Пэт.

— Винни нужно бразование, — мягко сказала она.

— Пусть получает образование здесь, — всхлипнула Пэт.

— Да ты что! Гардинеры — это тебе не Бинни. Знаешь, что мне сказала миссис Бинни? Они решили не давать своей Сьюзен бразование. Почто деньги тратить, если она сразу после школы выскочит замуж? Нет уж, золотко, Гардинеры не из таких. Винни тринадцать. Ей пора всему учиться. А кто ее будет учить? Уж не думаешь ли ты, что рыжая дочка старого Артура Сейнта сделает из нашей Винни настоящую леди? Она ни словечка не знает ни по-французски, ни по-латыни.

— Чем ей английский плох? — спросила Пэт.

— Винни будет ходить в школу в Саммерсайде.