Пэт из Серебряной рощи - Люси Мод Монтгомери

выходило на березовую рощу, она любила окно в холле, потому что за ним был сад. А из чердачных окон можно было увидеть все, что вообще имело смысл видеть в этом мире. Иногда Пэт поднималась на чердак просто так, чтобы выглянуть в окно.

Они с Джуди старались не перетруждаться. Иногда Пэт говорила: «А теперь, Джуди, хватит думать о работе и давай думать о землянике». Или о папоротниках, или о колокольчиках. Короче говоря, они отправлялись на прогулку. А когда «свечереет», они садились на крыльцо, как в старые времена, Джуди рассказывала забавные истории, а Пэт смеялась до колик.

— Умеешь ты работать, золотце, знаешь, когда надо остановиться и посмеяться. Это немногие умеют. Твои тетки с залива вовсе никогда не смеются и поэтому вечно болеют.

— На выходные приедут дядя Брайан и тетя Джесси. Нужно поставить в Поэтической комнате ирисы. Люблю украшать комнаты для гостей. И нужно сделать яблочный торт со взбитыми сливками, дядя Брайан его очень любит.

Пэт всегда помнила, что любит каждый гость. А еще она была, по выражению Джуди, «кухарка милостью Божьей». Она любила готовить и с радостью думала, что хоть в чем-то она похожа на женщин всего мира. Почти все ее письма маме, Хилари и друзьям из колледжа начинались с фразы: «Я тут поставила в печь кое-что». В кладовой всегда было припрятано свежее печенье. Воздушные бисквиты заставляли Джуди восхищенно умолкать. А однажды она придумала и испекла такой фруктовый пирог, что Джуди долго клялась, что подобных пирогов в Серебряной роще еще не бывало.

— У меня с фруктовыми пирогами плохо, — признавалась она. — Твоя тетка Эдит вечно твердит, что фруктовый пирог может только леди сготовить. Может, она и права. Но я бы, может, тоже научилась, если бы не один случай, когда я только сюда приехала. Как-то раз я хотела испечь фруктовый пирог и приступила к делу. Твой дядя Гораций был тогда еще совсем мальчишка и крутился вокруг меня, думая, что ему достанется вылизать миску. Ну и спросил, что же я кладу в пирог. Я и ответила, что всего помаленьку. И стоило мне отвернуться, чтобы форму смазать, как он схватил чернильницу, вылил в тесто, а я этого не заметила. Твоя тетка Эдит говорит, что тесто для хорошего пирога должно быть темное. Вот у меня и вышло чернее ночи.

Пэт обожала найти новый рецепт и в будний день порадовать родных, приготовить что-нибудь необычное. Она любила разглядывать рекламные картинки в журналах, красивое печенье, фрукты и овощи, хорошенькие красные редисочки, кудрявый салат, багровую свеклу, золотистую спаржу с зелеными кончиками. Она любила ходить по магазинам в городе. Порой она встречала там вещи, которые уже принадлежали ей, просто она их еще не купила. Она любила азартно торговаться с мясником и бакалейщиком, поддаваться искушению и сдерживаться, тратить деньги и экономить. Она любила представлять, как усталые одинокие люди приходят в Серебряную рощу и находят там любовь и пищу.

При этом она испытывала глубокое удовлетворение, потому что делала именно то, для чего была рождена. Она в полной мере ощущала это, когда в Серебряной роще вдруг наступала тишина, — все были заняты делом, а кошки грелись на подоконнике.

А еще нужно было готовиться к маминому возвращению!

Глава XXXIV. Бальзам Галаада[27]

— Папа стал очень медленно ходить, — заметила Винни со вздохом.

Они с Пэт лущили горох жарким августовским днем. Между ними на крыльце устроился Храбрец. Порой дул ветерок, и листья молоденького тополя у двери дрожали. Пэт любила этот тополь. Он вырос пару лет назад, никем не замеченный. Джуди все грозилась его выкорчевать, но потом он вдруг превратился из кустика в деревце. Тогда уже папа решил от него избавиться, но Пэт удалось его спасти.

— Через год-другой он будет затенять крыльцо. Папа, представь, какая красивая тень будет от листьев.

Папа пожал плечами и не стал трогать дерево. Все знали, что Пэт ненавидит, когда рубят деревья. Не было смысла доводить ее до слез.

На поле с Прудом Сид сметывал стог. Говорили, что на всем острове Принца Эдуарда никто не делает этого лучше Сида. Пэт грустно посмотрела вслед отцу, который пересек двор и пошел к Силу. Он действительно шел очень медленно и сильно горбился. Пэт тяжело было с этим смириться.

— Ничего удивительного. Мы же несколько недель не знали, выживет мама или умрет. И он так и не оправился после отъезда Джо, — Винни снова вздохнула.

Пэт внимательно посмотрела на нее. Последние несколько дней она была чем-то удручена. Пэт вдруг подумала, что очень давно не слышала смеха Винни. С того вечера, как к ним последний раз заходил Фрэнк Рассел. А это было неделю назад.

Весь год считалось, что Винни и Фрэнк поженятся осенью. Всю зиму Джуди как сумасшедшая плела коврики. Пэт не радовала перспектива свадьбы, но все же с ней следовало смириться и принять ее.

— Винни, милая, в чем дело?

— Все в порядке, перестань, Пэт, — нетерпеливо сказала Винни.

— Ты целую неделю какая-то странная. Поссорилась с Фрэнком?

— Нет, — медленно ответила Винни.

А потом побледнела и чуть не расплакалась. Она должна была кому-то сказать, но маму нельзя было беспокоить. Пэт была слишком юна, чтобы понять, — Винни все еще считала ее неразумным ребенком. Но все же лучше сказать хотя бы ей.

— Он просто разозлился, когда я сказала, что мы не сможем пожениться осенью… а может, и еще несколько лет.

— Но почему? Я считала, что все решено.

— Так и было. Пока мама не заболела. Ты же прекрасно знаешь, Пэт, что все изменилось. Нужно просто взглянуть фактам в лицо. Мама может остаться с нами еще на много лет, но она будет инвалидом. Ты станешь учительницей, а Джуди уже не так молода. Она не может справиться со всей работой по дому, даже если ты будешь помогать ей после уроков. А если мы наймем кого-то еще, это разобьет ей сердце. Даже если предположить, что папа сможет себе это позволить. А это вряд ли. Поэтому мне придется бросить все мысли о замужестве. Конечно, Фрэнку это не нравится, но ему