Все о мышцах. Большая история о том, как мышцы формируют нашу жизнь - Майкл Джозеф Гросс

о женских тренировках и соревнованиях – об этом позже.) После тренировки или состязаний атлеты использовали стригили, чтобы соскрести с тела масло вместе с потом и пылью, налипшими во время нагрузок. Они сохраняли эту липкую смесь, называемую gloios, и иногда продавали ее, так как считалось, что она обладает лечебными свойствами.

В искусстве Древней Греции, если мужчина изображен со стригилем, даже если больше ничего не показано, это всегда означает, что он атлет.

Но что значило быть атлетом в Древней Греции?

Это ключевой вопрос академической конференции, которую Стокинг проводит каждое лето в Олимпии, Греция, – симпозиума по античной и современной атлетике в Международной олимпийской академии, образовательном центре рядом с археологическим комплексом Олимпии.

Язык, который мы используем, говоря об атлетике, формирует наш опыт занятий ею, а в более широком смысле этот язык организует телесный опыт каждого человек, утверждает Стокинг. «У всех нас есть одно общее с древними греками, – говорит он в первый день конференции. – У всех нас есть тела».

Затем с легкой улыбкой спрашивает: «Но одинаковые ли это тела?»

* * *

На границе Альтиса – святилища и священной оливковой рощи Зевса, где, как считается, начались спортивные состязания древности, – несколько десятков студентов, в основном из университетов Греции и США, собираются вокруг Чарльза Стокинга и его жены, археолога Кэтрин Пратт, изучающей эгейский бронзовый век. Супруги проводят экскурсию по небольшому комплексу, занимающему чуть больше одного квадратного километра в долинах рек Кладей и Алфей на северо-западе Пелопоннеса. На дворе середина июля. Даже в тени жарко, а без ветра запахи не рассеиваются, застаиваясь и прессуясь в воздухе, – смесь ароматов цветения и гнили. Наша группа стоит посреди руин и камней, сдвинутых и разрушенных веками землетрясений, войн и наводнений. Оглушительно стрекочут цикады, и Стокингу с Пратт приходится почти кричать, чтобы их услышали.

Одна из древнейших частей комплекса – «слой черной золы», как говорит Кэтрин Пратт. В этом толстом слое сажи археологи нашли разбитые бронзовые треножники – котелки для готовки на подставках из трех ножек. Ученые полагают, что одними из самых ранних событий здесь были собрания местных вождей для ритуальных пиршеств, начавшихся после 900 года до н. э. Эти пиршества, возможно, включали и атлетические соревнования – пусть даже просто бег или скачки, – а призом за победу мог быть тот самый сосуд. «И этот же котелок затем оставляли в качестве благодарственной жертвы Зевсу», – говорит Стокинг.

Все это, по его словам, вероятно, напоминало «барбекю с участием людей и богов».

Со временем эти ранние пиршества эволюционировали: они стали включать более сложные религиозные ритуалы и жертвоприношения богам с закланием животных. Древнегреческое жертвоприношение обычно было социальным событием, объединявшим людей, что они вместе могли отпраздновать изобилие и сытость. «В какой-то момент, – говорит Стокинг, – в Олимпии приносили в жертву до ста быков для участников и зрителей – как людей, так и богов». Атлетика стала настолько неотъемлемой частью этих ритуальных событий, что греческое слово «собрание» – agфn – стало названием для «состязания».

Однако, как полагают многие археологи, ритуальные атлетические соревнования в Олимпии начались около 700 года до н. э. Считается, что первые такие собрания включали лишь одно состязание – бег, ставший центральным элементом комплекса ритуалов в честь героя и бога.

Ночью приносили в жертву черного барана. Это происходило внутри круга из камней, на алтаре героя – человека сверхъестественных способностей, жившего в давние времена и ведущего свой род от бога. Внутри этого каменного круга барану перерезали горло. Кровь животного стекала в землю через отверстие в земле.

Затем тушу барана сжигали на алтаре дотла – шерсть, плоть и кости, – пока не оставался лишь пепел.

На следующее утро атлеты собирались у алтаря героя. Обычно это было в конце лета, когда даже утренний воздух был теплым и спертым. У алтаря все еще витал густой запах ночного ритуала – крови, дыма и пепла.

Стоя у алтаря героя и глядя прямо перед собой, атлеты видели алтарь бога – алтарь Зевса. Он находился на расстоянии примерно 200 современных метров.

В это утро жрецы приносили в жертву Зевсу быка. Со всей Греции собрались мужчины – не только атлеты, но и их отцы, тренеры и представители многих полисов. Все наблюдали, как лучшие части быка – мясистые бедра – освящали и раскладывали на алтаре бога для сожжения.

Затем один из жрецов Зевса вставал у алтаря бога, держа факел. Он становился центром всеобщего внимания. Особенно атлетов, которые наблюдали за ним со своего места у алтаря героя.

Жрец Зевса поднимал руку с факелом, и гонка начиналась.

Расстояние между алтарями называлось stade, стадий. Гонка на эту дистанцию называлась «стадионом».

Целью забега было завершение жертвоприношения Зевсу.

Спринтеры стремились победить, первыми достичь жреца, держащего факел; и тот, кто приходил первым, принимал факел из рук жреца, опускал его к алтарю и поджигал жертвоприношение – и тогда все взрывались ликованием, а звуки праздника заглушали даже треск цикад.

Потому что победитель побеждал за всех.

И в ту ночь пировали все – от крепкого юноши-чемпиона до самого старого и немощного старика, – пировали до пресыщения, разделяя это драгоценное подношение величайшему из богов. Наслаждаясь редкой, дорогостоящей, сытной, отборной говядиной на самом почетном пиршестве. Сначала атлеты, получавшие лучшие куски мяса. А затем – все остальные.

* * *

Ученые спорят о том, что значило жертвоприношение для древних греков и особенно в контексте ранних состязаний в Олимпии. Некоторые утверждают, что ритуалы служили искуплением вины за насилие, наполнявшее дни в эпоху непрекращающихся битв и войн. Ранние атлетические состязания развились из «ритуалов компенсации за катастрофу смерти», как выразился один уважаемый исследователь темы.

Чарльз Стокинг, однако, утверждает, что ритуальный забег также давал людям возможность «приготовить трапезу и разделить ее с богами». «По мне, суть жертвоприношения – в потреблении и почитании богов, – говорит он. – Атлеты участвуют в экономике престижа, общей с богами».

Экономика престижа – это обмен престижными благами. Для археологов престижные блага – это ценные предметы, которые, сколь бы полезными они ни были, не являлись строго необходимыми для выживания. (Бронза была престижным благом; зерно – жизненно важным.) «Мясо в Древней Греции – престижное благо. Оно очень дорогое, – говорит Стокинг. – Древние греки не рассматривали мясо просто как пищу». Даже у атлетов мясо не было регулярным элементом тренировочного рациона как минимум до тех пор, пока Олимпийские игры не просуществовали порядка трехсот лет.

Таким образом, когда победитель забега зажигал жертвенный огонь, это было чем-то большим, чем просто символическим