Пьесы болгарских писателей - Орлин Василев

П и а н и с т к а. Захотелось! Так мог поступить только… питекантроп. С каменным топором. И с куском сырого мяса в зубах.

С т у д е н т. Интересно, как бы я мог чихнуть, если бы у меня в зубах был кусок сырого мяса?

П и а н и с т к а. Так, значит… (Издевательски-материнским тоном.) Ох ты, дитятко ты мое! Оно и на концертах еще не бывало, мое сокровище! Захотелось ему чихнуть и… Ну, скажи, скажи своей маме, что ты пойдешь пригласишь профессора!

С т у д е н т. Неудобно. Во-первых, я поселился у него по решению жилсуда и… А во-вторых, ну как я ему скажу: «Кстати, мы с вашей ученицей любим друг друга уже три месяца!» Когда до сих пор перед ним мы держались абсолютно официально?

П и а н и с т к а. Да ты и не будешь этого говорить.

С т у д е н т. Почему?

П и а н и с т к а. Потому что это может его обидеть.

С т у д е н т. А почему это может его обидеть?

П и а н и с т к а. Ничего ты не понимаешь. Об этом надо было раньше сказать.

С т у д е н т. Раньше — позже… Скажем теперь.

П и а н и с т к а. Теперь он и сам догадается. Не забудь: два звонка, короткий и длинный.

С т у д е н т. У меня есть ключи.

П и а н и с т к а. Верно. Я и забыла.

С т у д е н т. И потом это наш пароль. А он здесь при чем?

П и а н и с т к а. В конце концов и он его выучил. Я подумала, если звонить иначе, он может и не открыть.

С т у д е н т. Почему не открыть?

П и а н и с т к а (в затруднении). О господи, ты идешь или нет?

С т у д е н т. Иду-иду…

Освещается гостиная в доме профессора. Входит  с т у д е н т.

П р о ф е с с о р  накрывает на стол, в центре которого возвышается торт.

Добрый вечер!

П р о ф е с с о р (в замешательстве). А, это ты…

С т у д е н т. Я пришел… (замечает торт) взять тут один учебник, но, я вижу, у вас…

П р о ф е с с о р. У моей ученицы сегодня был первый концерт. Прошел блистательно. Теперь перед ней открывается путь в искусство! А это, сам понимаешь, праздник и для учителя… Небольшой сюрприз. (Показывает надпись на торте.) «Первый концерт» — оригинально, не правда ли?

С т у д е н т. Да.

П р о ф е с с о р. Поставить здесь, чтобы она увидела сразу, или внести попозже?

С т у д е н т. Да.

П р о ф е с с о р. Что — да?

С т у д е н т. Можно и позже.

П р о ф е с с о р. Нет уж, лучше пусть тут стоит. Удивительно, что ее еще нет.

С т у д е н т. А может быть, ее кто-нибудь пригласил…

П р о ф е с с о р. Нет, не может. Я сам ее пригласил. И она мне ответила очень определенно.

С т у д е н т. Да? Тогда я… (Задетый тем, что его обманули, хочет уйти.)

П р о ф е с с о р. Не торопись! Ты мне составишь компанию, пока ее нет. Располагайся.

Студент вынужден сесть.

(Угощает его ликером.) Осушим? Нет, ты не можешь понять этого ощущения. Я открыл перед ней царство — да-да, царство музыки. Человек себя чувствует созидателем, скульптором, который сумел изваять прекрасную женскую фигуру… Да ты… Наши занятия тебе, вероятно, мешали?

С т у д е н т. Что? Нет, почему же…

П р о ф е с с о р. Мешали-метали… Я же отлично видел, как ты то и дело бегал туда и обратно. Вначале, хе-хе, мы тогда были мало знакомы, я думал этими упражнениями выкурить тебя из квартиры. Но ты оказался выносливым юношей. Что ж, искусство требует жертв… (В порыве интимности.) Хочу поделиться с тобой одной тайной. Так сказать, мужской разговор. Я… решил жениться…

С т у д е н т. Что-что?

П р о ф е с с о р. А что?

С т у д е н т. А кто она?

П р о ф е с с о р. Она! Кто же еще! Холостяцкая жизнь, видишь ли, слишком обременительна. Решил и я наконец погрязнуть… А ты-то чего расстроился?

С т у д е н т. Я? Вам показалось.

П р о ф е с с о р. Нет. Тут что-то есть. А! Понимаю!

С т у д е н т. Что понимаете?

П р о ф е с с о р. Понимаю. Ты о прописке. Не бойся, что-нибудь мы придумаем. Не оставим тебя на улице. (Не в силах остановиться.) И знаешь, с недавних пор меня будто бы подменили. В душе проснулся этакий трепет юности. Это очаровательное создание… В ее присутствии я… Она играет на струнах моей души… Она извлекает из нее самые возвышенные звуки, самые щедрые краски… Понимаешь, для каждого встречного хочется сделать что-то приятное. Вчера я написал даже вальс. Тебе это, наверно, покажется легкомысленным, но…

С т у д е н т. Но ведь разница между вами и ею…

П р о ф е с с о р. Разница, разница! К вашему сведению, молодой человек, старые скрипки только лучше играют. К тому же у меня доказательства…

С т у д е н т (испуганно). Как? Какие?

П р о ф е с с о р. Всякие. Раз говорю — значит, есть. Не торопись! Никуда ты сейчас не пойдешь, иначе меня обидишь! Уйдешь попозже. Твое здоровье! Видишь ли, это не пылкость первого детского увлечения и не страстность мужчины, понимающего, что молодость от него уходит. Мое чувство самое совершенное. В нем мудрость прожитых лет. Любовь в осеннюю пору жизни обладает исчерпывающей глубиной. Чувство отфильтровано, одухотворено…

Снова звучит насмешливая дудочка, и хотя мы не видим  ю н о ш у, но догадываемся, что звук производит его балаганная игрушка — «уйди-уйди».

Что такое?

С т у д е н т. Дети балуются… А она?

П р о ф е с с о р. Что — она?

С т у д е н т. Откуда вы знаете, что она…

П р о ф е с с о р. Отвечает взаимностью? Ха! Это же так очевидно. Ты, например, заметил, что каждый раз, как только ты появлялся в гостиной, она конфузилась и брала фальшивые ноты? Ты как это объяснишь?

С т у д е н т. Не знаю. Не разбираюсь я в вашей музыке.

П р о ф е с с о р. Это музыка сердца, молодой человек. И каждый обязан в ней разбираться. Сначала я говорил себе… она теряется в присутствии постороннего. А потом догадался: она не ребенок, и в том, что берет уроки, нет ничего зазорного. Выходит, что эти посещения для нее были чем-то большим, чем просто уроками. И когда ты оказывался лишним свидетелем, ей становилось неловко. Ясно?

С т у д е н т (облегченно). Ясно. Но, может быть, вы ошибаетесь?

П р о ф е с с о р (с отчаянием глядя на часы). Это я ошибаюсь? У вас, у юнцов, еще манная каша в клюве. А ты и вовсе не разбираешься в людях искусства… Они ищут родственные им души. Утонченность и блеск ума. Такие девушки нуждаются в натурах талантливых, в ярких личностях.

С т у д е н т. И это все?

П р о ф е с с о р. А ты что хотел? Настоящее чувство о себе не шумит. Оно проявляется в маленьких знаках, понятных только двоим. Ты вот, наверно, не заметил, что даже звонит она по-особому: один длинный, один короткий… Я ничего ей не говорил, она сама придумала этот сигнал, будто звоночками сообщает: это я! Это я! И знаешь, во мне зародилось даже сомнение: а так ли уж это случайно? И что, если она хочет обозначить коротким — свои двадцать два, а длинным — мои… мою возмужалость. Ну, так или не так, а между нами уже существует одно маленькое тайное соглашение. Завтра мы прибавим к нему еще одну маленькую деталь, и так понемногу…

Слышен звонок. Один длинный, один короткий.

(Преображается.) Вот видишь, я же тебе говорил! (Бросается к торту.) Унеси его! Или нет, пусть останется!

Студент остается