Пьесы болгарских писателей - Орлин Василев

А л ь в а р е с. А зачем им отказывать?

Б е н а л ь к а с а р (с иронией). Одной, как видно, под сорок.

Э с т а н и с л а о. С каких пор вы стали тяготиться таким возрастом, Беналькасар?

Б е н а л ь к а с а р (стараясь держаться снисходительно). Я вполне вас понимаю, ребята! Но вы, к несчастью, попали в гарем Морено, в логово негодяев!.. (Резко.) Тут и аристократка, тут и севильская танцовщица, и агроном, который стережет их, как евнух…

Э с т а н и с л а о. Вы уже узнали все подробности?

Б е н а л ь к а с а р. Их подозревают в шпионаже, но мы ничего не можем с ними поделать! Все трое находятся под защитой личной охраны Морено.

Э с т а н и с л а о. Мы вчера вечером отправили эту охрану на фронт.

Б е н а л ь к а с а р. Что? (Приподнимается в изумлении.)

А л ь в а р е с. Да, и это сделал капитан Браво.

Б е н а л ь к а с а р (к Эстанислао). Как вам это удалось?

А л ь в а р е с. Понадобилось всего несколько человеческих слов! Видно, правда в устах коммуниста сильней всего звучит без прикрас.

Беналькасар с удивлением смотрит на улыбающегося Эстанислао. Справа выходит  С е б а с т ь я н  с конторскими книгами под мышкой и направляется к воротам.

Б е н а л ь к а с а р (поспешно, Альваресу). Кто этот человек?

А л ь в а р е с (насмешливо). Евнух!

Б е н а л ь к а с а р. Надо потолковать с ним! (Властно, Себастьяну.) Эй, приятель! Как вас там!.. С книгами под мышкой! Подойдите-ка сюда.

Себастьян кладет книги у колонны и робко приближается к столу.

С е б а с т ь я н. Благородные сеньоры?.. Ваш покорный слуга! (Смущенно кланяется.)

Б е н а л ь к а с а р. Мы не благородные сеньоры, а республиканские товарищи. И, во имя всех святых, не желаем, чтобы ты был у нас слугой!

Пауза.

С е б а с т ь я н (отирает платком пот со лба; придя в себя). Я привык так обращаться, сеньор!.. Назови я вас товарищами, вы бы приняли мою искренность за угодничество.

Б е н а л ь к а с а р (весело). Ловко же вы, браток, ввернули насчет искренности!.. Сразу видно воспитанника иезуитского колледжа.

С е б а с т ь я н (с достоинством). Откуда это видно, сеньор? (Снисходительно улыбаясь.)

Б е н а л ь к а с а р. Из вашей речи, которая льется как оливковое масло!.. Но пусть это вас не беспокоит, браток… В Испании нет другой школы, кроме иезуитской!.. Господь бог одарил иезуитов талантом воспитателей.

С е б а с т ь я н (с достоинством, человека, который уловил иронию, но желает, однако, оставаться объективным). Во многом другом они не блещут, но педагоги они действительно отличные, сеньор!..

Б е н а л ь к а с а р. Спору нет!.. Попадись им в руки сам Христос, они бы и его превратили в дьявола!

С е б а с т ь я н. Как понимать ваши слова, сеньор?

Б е н а л ь к а с а р. Двояко, как любое человеческое слово, браток!.. Я тоже окончил иезуитскую школу, притом не светский колледж, а духовную семинарию, где без конца тренируют карабкаться по крутой лестнице церковной иерархии.

С е б а с т ь я н (сухо). Я очень рад, сеньор!

Б е н а л ь к а с а р. Я тоже, браток!.. Садитесь!.. (Указывает на стул.)

С е б а с т ь я н (садится на край стула; сдержанно). Чем могу быть вам полезен, сеньор?

Б е н а л ь к а с а р. Житейское любопытство… Я не буду касаться политических убеждений… Меня интересует, как это ваша бывшая госпожа донья Инес Монтеро, такая ярая представительница блестящего феодального общества, вдруг перешла в суровое лоно анархизма?

С е б а с т ь я н (вздыхает с некоторым облегчением). Это длинная история, сеньор!

Б е н а л ь к а с а р. Сделайте милость, расскажите нам ее, не пренебрегая правдой, выделяя главное и опуская несущественное, как нас учили отцы-иезуиты!

С е б а с т ь я н (после напряженного раздумья). Мне кажется, уместно отметить лишь два фактора: экономический и психологический. Не плохо бы рассмотреть оба. Не возражаете?

Б е н а л ь к а с а р. Отлично, браток! Вам определенно близок исторический материализм.

С е б а с т ь я н (с достоинством). Вы иронизируете, сеньор?

Б е н а л ь к а с а р. Вовсе нет! Я вполне искренен… Продолжайте.

С е б а с т ь я н. Имение Арко Ирис заложено и перезаложено, словом, оно на грани краха, сеньор!..

Б е н а л ь к а с а р (ободряюще). Вот как?

С е б а с т ь я н. Две трети доходов шло на погашение огромных долгов и на уплату процентов, а остальное транжирил дон Луис — прости господи его прегрешения — в Монте Карло или в ночных клубах Мадрида. Донья Инес и ее мать — покойная донья Асунсион, если учесть их положение в обществе, влачили нищенское существование.

Б е н а л ь к а с а р. Выходит, бедность не оставляет в покое даже испанских аристократов.

С е б а с т ь я н. Применительно к данному случаю это так, сеньор!.. Донья Инес с матерью не могли подобающим образом блеснуть даже на таком обычном торжестве, как пасхальный бой быков в Севилье. Все это очень огорчало донью Инес. Она возненавидела свою среду, стала всех избегать, бывало, целыми часами одна ездила верхом по пустующим землям имения… Как раз в ту пору, сеньоры, в наших краях появился дон Хулиан Морено, которого гражданская гвардия искала и на земле и под водой.

Б е н а л ь к а с а р. И она предоставила ему убежище, не так ли?

С е б а с т ь я н. Да, сеньор.

Б е н а л ь к а с а р (с хитрой усмешкой, к Эстанислао). Маленькое уточнение: все это происходило в последние дни диктатуры Примо де Риверы!.. (Снова к Себастьяну.) А как вы, браток, объясните это странное взаимопонимание между уязвленной аристократкой и отчаянным анархистом?

С е б а с т ь я н. С помощью диалектики, сеньор!.. Когда двое таких людей взбунтуются против третьего, они, вопреки различиям между ними, становятся союзниками.

Б е н а л ь к а с а р. Вот это да!.. Вы меня просто поражаете!

Э с т а н и с л а о (язвительно, Беналькасару). Возразите ему, Беналькасар!

Б е н а л ь к а с а р. Честное слово — не могу! Но не мешает добавить, что дружбе между доньей Инес и Морено способствовало еще одно обстоятельство. (Себастьяну.) Она ведь стала его любовницей, не так ли, браток?

С е б а с т ь я н. Сеньор!.. Вероятно, вам не понравится моя приверженность к религии… Но клянусь пресвятой богородицей, что донья Инес никогда не была любовницей Морено!.. Это подлая клевета!.. Морено под шестьдесят!.. Он толстый, мал ростом и вдобавок рыжий!.. Ни дать ни взять — бараний курдюк.

Б е н а л ь к а с а р. Ну и что из того?

С е б а с т ь я н. Донья Инес и Морено — это солнце на небе и тина в болоте.

Б е н а л ь к а с а р. И вы считаете, что он не тронул вашу хозяйку?

С е б а с т ь я н. Я не раз задавал себе этот вопрос!.. Может, у него и возникало желание, но смею вас уверить, она бы не позволила ему даже коснуться края своего платья.

Б е н а л ь к а с а р. На чем основана ваша уверенность?

С е б а с т ь я н. У вас у самого появится такая уверенность, когда вы увидите донью Инес, сеньор.

Б е н а л ь к а с а р. Я восхищен вашей верой в женщин, браток!.. Вы настоящий романтик.

С е б а с т ь я н. Я говорю только о донье Инес, сеньор.

Б е н а л ь к а с а р. Охрани вас господь от коварств любви!.. Благодарю за беседу… Больше на ваше время не могу посягать.

С е б а с т ь я н (встает с облегчением). Сеньоры!.. (Кланяется, забирает конторские книги и уходит в парк.)

Б е н а л ь к а с а р (после паузы, к Эстанислао и Альваресу). Ну?.. Что вы скажете?

Э с т а н и с л а о (сухо). Никогда бы не подумал, что разговор между двумя воспитанниками иезуитов может быть до такой степени скучным!.. Даже если один из них фалангист, а другой — комиссар.

Б е н а л ь к а с а р (слегка обиженный). Весьма сожалею, если утомил вас, но этот плут точно такую же версию изложил в штабе майору разведывательной службы. Я хотел,