Гамлет. Хоббит или Туда и назад - Джон Рональд Руэл Толкин

и не обращая на хоббита никакого внимания. Скрытое за серыми облаками солнце, должно быть, поползло вниз, потому как стало смеркаться. В потемках они въехали в глубокую речную долину. Дул ветер, и растущие по берегам ивы раскачивались и вздыхали. К счастью, дорога привела их к старому каменному мосту через стремительную вздувшуюся от дождей реку, которая текла с северных гор. Была уже совсем ночь, но ветер разодрал серые облака, из-за их обрывков над холмами выглянула кочевая луна. За мостом они остановились, и Торин пробурчал что-то про ужин и «хотя бы клочок сухой земли для ночлега». Тут только все заметили, что исчез Гандальф. До этого волшебник неотлучно находился рядом, хотя ни разу не сказал, собирается ли он принять участие в приключении или просто ему пока с ними по пути. Он больше, чем остальные, ел, чаще говорил, громче смеялся, и вот теперь пропал.

– И как раз тогда, когда он бы точно пригодился! – простонали Дори и Нори, у которых были близкие с Бильбо взгляды на регулярное, своевременное и сытное питание. В конце концов, решили заночевать в первом же сколь-нибудь подходящем месте. Выбрали небольшую рощицу, под деревьями было чуть суше, но ветер стряхивал на голову воду с крон, а частый звук падающих капель сильно докучал. К тому же костер словно заколдовали. Гномы способны разжечь костер где угодно, из чего угодно и при любом ветре, но в этот раз у них ничего не получалось, даже у особо поднаторевших в разжигании огня Оина и Глоина. А тут еще ни с того ни с сего всполошился, рванул наутек и свалился в реку один из пони. Фили и Кили чуть сами не утонули, пока вытаскивали его на берег. С пони смыло всю поклажу, и, конечно же, это был провиант – очень немного еды осталось теперь на ужин, и еще меньше – на завтрак. Вот они и сидели, промокшие и хмурые, и ворчали, глядя, как Оин и Глоин, переругиваясь, пытаются разжечь костер. Бильбо как раз пришел к горькому выводу, что приключение – это не только прогулка верхом на пони в погожий майский день, когда Балин, который обычно нес дозор, сказал:

– Вижу огонь!

Неподалеку чернел поросший высокими деревьями холм. За темными стволами разглядели они яркий огонек – красноватый, уютный свет, словно от костра или мерцающего факела. Некоторое время все молча глядели на огонек, а потом заспорили. Одни говорили – «надо», другие возражали – «ни в коем случае».

– Надо пойти и посмотреть, – убеждали первые, – все лучше, чем сидеть тут, промокнув до нитки, довольствуясь ужином впроголодь и еще более скудным завтраком.

Вторые отвечали:

– Мы в незнакомых краях, да к тому же невдалеке от гор. Сюда редко кто забредает. Все карты давно устарели, дороги стали опасными, их никто не охраняет. Никто толком не знает, кто правит этими землями, и чем меньше любопытства мы проявим, тем целее будем.

– Нас ведь целых четырнадцать! – настаивали одни.

– Да, но куда делся Гандальф? – говорили другие. Впрочем, последнюю фразу повторил каждый. Тут дождь припустил еще сильнее, а Оин и Глоин подрались. Это решило дело.

– В конце концов, у нас есть грабитель! – сказали гномы и, взяв под уздцы своих пони, крадучись, двинулись на свет. Добрались до холма и вошли в лес. Стали подниматься по склону, но нигде не было дороги, которая могла бы привести к постоялому двору или усадьбе, и, несмотря на все свои старания, они с хрустом и треском, а еще с ворчанием и проклятиями двигались в кромешной тьме. Как вдруг красноватый огонек ярко засверкал из-за деревьев уже совсем близко от гномов и Бильбо.

– Пора грабителю браться за дело! – решили гномы.

– Пойди и все разузнай об этом огне: кто его зажег, все ли там спокойно, нет ли какой опасности, – напутствовал хоббита Торин. – Прошмыгни незаметно, и быстро назад, если все в порядке. Если нет, все же постарайся вернуться. Если не получится, ухни два раза, как сова, и один раз, как филин. Мы попробуем что-нибудь сделать.

И Бильбо пошел, не сказав даже, что не в состоянии и одного раза ухнуть, как филин или сова, равно как и порхать летучей мышью. Зато хоббиты умеют бесшумно передвигаться в лесу. Это предмет их гордости, и Бильбо, когда они подымались на холм, не раз насмешливо фыркнул по поводу того, что обозвал гномскими пошумелками, хотя не думаю, чтобы вы или я что-нибудь заметили в ту бурную ночь, даже если бы вся их кавалькада прошла от нас в двух шагах. А уж когда Бильбо аккуратно двинулся к огню, тут не повел бы ухом и самый чуткий зверь. Поэтому хоббит, никого не потревожив, подобрался прямо к костру – а это был именно костер – и вот что он увидел. Три здоровенных детины сидели вокруг здоровенного костра из буковых бревен. На длинных деревянных вертелах они поджаривали куски барашка, облизывая измазанные его соком пальцы. Пахло очень и очень вкусно. А еще под рукой у них стоял бочонок с каким-то добрым питьем, которое они прихлебывали из кружек. Да только это были тролли. Без всякого сомнения, тролли. Даже Бильбо, редко покидавший свое жилище, узнал их: по массивным грубым лицам, по росту, по толстенным ногам, не говоря уже об их речи, которая была ну совершенно не допустима в приличной гостиной.

– Вчера баранина, сегодня баранина и, черт возьми, к завтрему тоже будет баранина, – ворчал тролль.

– Да, давно не было ни кусочка человеческого мяса, – откликнулся второй. – Какого черта ты, Уильям, нас сюда затащил! Меня все уже достало! И выпивка кончается! – он толкнул под локоть Уильяма, который как раз приложился к кружке. Уильям поперхнулся.

– Заткнись! – ответил он, прокашлявшись. – Думаешь, люди сами прибегут к вам, чтоб вы их съели? С тех пор, как мы спустились с гор, вы вдвоем сожрали уже полторы деревни. Где я еще возьму вам людей? Быстро вы забыли время, когда говорили «спасибо тебе, Билл, за жирного равнинного барашка» навроде этого, – он откусил от бараньей ноги, которую жарил, и вытер рот рукавом.

Да, тролли, действительно, ведут себя именно так, даже те, у которых только по одной голове. Услышав все это, Бильбо понял, что должен что-нибудь немедленно предпринять: или потихоньку вернуться обратно и предупредить товарищей о трех огромных троллях в раздраженном состоянии, запросто способных зажарить гномов, а то, для разнообразия, и пони, или следует совершить быстрое ограбление. По-настоящему легендарному грабителю полагалось обчистить карманы троллей (что никогда не