Просто дыши - Ана Эм

Я закрываю книгу и смахиваю одну единственную слезу. Когда читала ее в первый раз все эти слова…они имели смысл, просто я их не чувствовала. Совсем. Делаю глоток чая и бросаю взгляд на экран своего телефона. Уже прошло больше года, а я так и не написала. Не смогла. Столько всего произошло, казалось, что прошли года вместо одного. Я так и не смогла отделаться от мысли, что уже поздно. Что у него уже другая жизнь и возможно, другая женщина. От Даны я знаю лишь то, что он уехал в путешествие по Азии пол года назад. И то, я не спрашивала, просто нечаянно услышала их разговор по телефону.

Руки сами берут телефон и открывают заброшенный чат. Я пролистываю бессмысленные диалоги годовой давности. Его шутки и подколы. Я скучаю.

После нашего расставания у меня были другие мужчины. Парочка. Но хватало лишь одного свидания, чтобы понять, они не он. С ними я не испытываю того уровня понимания, спокойствия и даже возбуждения. Рори говорила, судить можно только после третьего свидания, но Дана…Стоило мне сказать, что все они не он, как она просто кивнула с той печальной улыбкой, что появлялась на ее лице всякий раз, когда никто не видел.

Признаюсь, это был лучший год за всю мою жизнь, но и в то же время мне как будто все время чего-то не хватало. Как фантомная боль. Я словно лишилась какого-то незаменимого кусочка себя. Без него можно жить. Даже можно жить счастливо. Но в моменте, когда остаюсь одна, наедине с собой, вот прям как сейчас, отсутствие этого кусочка ощущается как целая дыра. Дыра, которую не заполнить творчеством, не заполнить друзьями, не заполнить искусством и книгами, потому что раньше там был человек. Целая вселенная.

Вот, какой след оставил на мне Элиот Бастьен.

А самое забавное, что в какой-то момент наши с ним пути просто начали пересекаться, но сейчас…с того момента, как я покинула его студию…ничего. Даже имея общую подругу в лице Даны Эдвардс мы не пересекаемся. Возможно, это и послужило моим самым сильным аргументом в пользу того, чтобы не писать ему. Нас больше нет в жизнях друг друга.

Телефон в руках звенит, и я едва не роняю его. Сердце начинает колотится, потому что я понимаю, что пришло сообщение. Рори. Плечи поникают, и я делаю пару глубоких вдохов, прежде чем разблокировать экран.

Рори: Готова?

Бросаю взгляд на время. Пора.

Я: Да.

Не успеваю оплатить счет, как замечаю две знакомые фигуры, направляющиеся в мою сторону. Спасибо им хотя бы за то, что дали мне время побыть в одиночестве. У Авроры была моя геолокация, так что я не удивлена, что они пришли забрать меня лично. Ведь сегодня важное событие. Моя первая выставка в качестве Эвы. Не Эден. Теперь я пишу только под своим именем.

– Как прошли твои три дня в одиночестве? – спрашивает Рори, как только я выхожу из ресторана и подхожу к ним с Даной.

– Даже лучше, чем я ожидала.

Они берут меня под руки, и мы вместе двигаемся вверх по улице, в сторону небольшой студии, где я сегодня выставляюсь.

– Как настрой? – спрашивает Дана в легком возбуждении. – Готова покорить Рим своими работами?

– Готова. – киваю без колебаний.

Мы выбрали Рим, а не Париж именно потому что я весь год планировала поездку сюда. Готовилась, начиная с маленьких путешествий по Франции. За этот год было множество вещей, которые я сделала впервые и сама. Я ходила на мастер классы. На свидания. В музеи. Знакомилась с новыми людьми. Сначала все было не очень, но спустя время стало лучше. Уровень моей нервозности снизился. Люди теперь пугают меньше. Я больше не шарахаюсь от незнакомцев. Апогеем стали свидания несколько месяцев назад.

Эден…ну, ее больше нет. Мне понадобилось время, чтобы смириться с тем, что она лишь помогала мне справиться с болью. Справиться с той жизнью, которой я не была довольна на все сто. Мои крылья в мир, но не я сама. Лишь глава во всей этой истории.

Я замираю на месте, когда мы сворачиваем за угол.

– Все эти люди?… – перед входом в студию стоит целая толпа, весело общаясь между собой.

– Да. – шепчет мне Дана и тянет в другую от входа сторону. – Они пришли на выставку.

– Но ты зайдешь через черный ход. – добавляет Рори и толкает тяжелую дверь с другой стороны здания.

Мы попадаем в темный коридор.

– Куда вы меня тащите? – спрашиваю, не совсем понимая, что происходит.

Во-первых, я не ожидала столько людей. Во-вторых, мы договорились, что я буду встречать всех при входе. Общаться. Фотографироваться, и все в таком роде.

– В начало выставки. – коротко бросает Аврора.

– Начало с другой стороны. – напоминаю, хорошо помня, как расставлены все экспонаты. Буквально вчера я еще раз все проверяла.

Они обе останавливаются перед белой деревянной дверью, откуда доносится красивая тихая мелодия. Явно из моего плэйлиста, но мы с менеджером студии договорились о более классическом звуковом сопровождении. Что происходит?

Дана слегка сжимает мою руку, улыбаясь.

– Удачи. – говорит она, выхватывая сумочку из моих рук, а следом Рори распахивает дверь и буквально вталкивает меня в студию.

Я оказываюсь в закутке, который должен был быть концом экспозиции…

Повернув голову вправо я вижу две большие фотографии, подсвеченные теплым светом. Две пары знакомых глаз. Одна, та, что весит вверху, моя. Мои глаза. А ниже…Я узнаю эти зеленые глаза. Он. Он сделал свой автопортрет? Справа и слева от фотографий на стенах висят книжные полки, которых еще не было вчера. Я узнаю названия на корешках. Это те же самые книги, что стоят и на моих полках. Те самые книги о любви, откуда Элиот Бастьен выписал цитаты, чтобы вложить в букеты ромашек.

Можно забрать.

Висит надпись рядом с полками.

Я сглатываю ком в горле и разворачиваюсь на месте, прижав руку к груди. Книжные полки на стенах заканчиваются, а на место им приходят буквы. Целые предложения написаны прямо на стенах. На самых разных языках. Те самые предложения, что я храню в одном из ящиков в своей спальне. Кто-то переписал их прямо на белые стены. Слова о любви.

Делаю пару шагов вперед и замираю. Первая фотография. Черно-белый снимок меня самой. Я сижу в школьной форме у стены в спортзале и рисую в своем альбоме. Я думала, что одна. Думала, там никого не было. А он…В то время он всюду ходил с камерой. Я даже не