Долг Сна - Эндрю Гивлер

«Ну, теперь-то я здесь», — огрызнулся я, потянув на себя столько Власти Смерти, сколько мог. Она тоже была холодной, просто другого вкуса. Мне не хватало тепла Уиллоу. Если бы только мы могли провести этот разговор по ту сторону Завесы. Я с удовольствием познакомил бы ее с безумной богиней. «Давай посмотрим на эту ловушку, о которой я столько слышал».

«Как пожелаешь»,- улыбнулась Айте, и ее пухлые губы так и расплылись в предвкушении гадости. Сила, лежавшая на поле боя подобно удушающему бандажу, исчезла, и мои Жнецы и ее Заблудшие с ожесточением набросились друг на друга.

Только четверо из нас стояли в стороне от рукопашной. Уилбур и я против Айте и Епископа Ужаса. Краем глаза я заметил, как Джоан и ее конвой толкают тележку вперед, всеми позабытые. Мне не нужно было побеждать богиню, чтобы выиграть. Все, что мне нужно было сделать, — это продержаться достаточно долго, чтобы исправить свои ошибки.

Даже когда я был наследником, у меня не было силы противостоять Айте. Я выживал за счет коварства и откровенной глупости — двух моих главных козырей. Здесь, на плоской поверхности Завесы, не было места для тонких маневров — только для Смерти.

«Ты со мной, брат?» — спросил я Уилбура, наклоняясь вперед.

«Да я бы ни за что на свете это не пропустил», — протянул он, принимая ту же позу. В голосе деревенского парня зазвенело железо, и я слегка улыбнулся, почувствовав этот стержень. Похоже, во второй жизни он превратился в того человека, которым должен был стать еще в первой.

«Тогда вместе». Как один мы рванули вперед — пара воронов в поисках очередной наживы. Айте и ее Епископ ответили взаимностью, метнувшись к нам, словно стрелы, посланные, чтобы сразить нас.

Я увернулся в сторону, пропустив богиню мимо себя. Моя коса вылетела вперед, поймав ее на лету. Крючковатое лезвие глубоко вонзилось в нее, и я издал удивленный булькающий звук, когда меня оторвало от земли — точь-в-точь как рыбака, поймавшего кита.

Айте тащила меня за собой, даже не притормозив; я был ничем для ее импульса. Кусок планктона, который легко сожрать и забыть. Стиснув зубы, я отозвал косу, освободив себя от ее силы. Я мягко приземлился в условиях слабой гравитации, снова вызвав свое оружие легким движением запястья. Уилбур и Епископ сцепились справа от меня, и я разочарованно зашипел, не имея возможности помочь другу.

Богиня рассмеялась, разворачиваясь ко мне. На ее лице не было и следа напряжения, пока она издевалась надо мной. Это был не бой. Она со мной играла. Но зачем? Что ей от меня нужно? Я пытался сообразить, но мой разум был затуманен страхом, и я не мог понять, что ждет меня впереди.

«Моя очередь», — промурлыкала она, почти с нежностью. Мир смазался, когда она рванула вперед слишком быстро для моих смертных глаз. Я отдаленно почувствовал удар, как будто он пришелся по телу кого-то другого. А в следующий миг мир закружился, когда я шмякнулся о Завесу, прыгая по ней, как запущенный по воде блинчик.

Мои глаза с трудом фокусировались, пока я с трудом поднимался на ноги. Она была настолько быстра, что боль только сейчас начала давать о себе знать. Айте наблюдала за мной с расстояния в десяток шагов, с довольной ухмылкой на лице. Второй Якорь Реальности на моей шее мигнул и погас. Предвечный холод Ничто надавил сильнее, предвкушая, что барьер между нами становится все тоньше.

От ужаса мои конечности налились свинцом, когда я поднялся, чтобы снова встать перед ней лицом к лицу. Я не мог ее победить. Я это знал. Даже если бы нашелся способ ранить ее, у меня заканчивалось время. Я понятия не имел, сколько протянет мой последний якорь. Но если уж мне суждено здесь сдохнуть, то свою жизнь я продам задорого.

«Неплохо», — бросил я ей, снова поднимая оружие. «Хотя Заган бьет пожестче». При упоминании падшего ангела правый глаз ее слегка дернулся. Никто не любит финансового директора Ада.

«Посмотрим, будешь ли ты думать так же через минуту», — пообещала она, замахиваясь, словно бейсболист перед ударом. Ну и зачем я вообще открыл свой рот?

Богиня снова размылась, и я потерял счет времени, когда она впечатала меня в землю с такой силой, что затрещала каждая косточка в моем теле. Чудом я не разлетелся на тысячу кусков. Думаю, единственная причина, почему этого не произошло, заключалась в том, что я был более реальным, чем поверхность, о которую я шмякнулся.

Кое-как поднявшись на ноги, я скосил глаза на последний якорь, который все еще ярко светился. Держись, — мысленно взмолился я, обращаясь к питающей его душе. Мы еще не закончили. Не думаю, что она могла меня слышать. Какая бы душа ни одарила реликвию своей силой, она была в безопасности внутри Завесы, даже не подозревая, от какой опасности меня защищает.

Айте оказалась надо мной, прежде чем я успел снова вызвать свое оружие. На этот раз она не дала мне возможности прийти в себя. Ее кулак, твердый как гранит, врезался мне в живот, приподняв меня от земли. Второй удар обрушился на спину, прижав к Завесе. Стоило мне упасть, она начала пинать меня своими сандалиями. Каждый удар казался мне последним, будто я вот-вот разлечусь на тысячу осколков.

Я сжался на Завесе и свернулся калачиком, защищая внутренние органы от ярости Матери Разрушения. Как же я был самонадеян, думая, что могу противостоять богине! Она была безжалостна, пиная меня, пока я съежился у ее ног.

И все же — что-то здесь было не так.

Она была сильнее меня на несколько порядков. В ее руках я был меньше, чем ребенок. Так почему же я до сих пор цел? Она уложила меня на лопатки, даже не вспотев. А боги вообще потеют? Вот это был бы номер.

Суть в том, что я был удивлен, почему она не нанесла мне больше урона. Побои — это больно, но мне и раньше бывало больно. Она могла бы переломить меня, как сухую ветку, однако не сделала этого. Почему?

Эта загадка ускользала от меня, но в конце концов ей, похоже,