Тёмный дар - Си Джей Пайпер

он. – Когда тебе исполнится шестнадцать, ты должна решить, где проведёшь свою жизнь, и покинуть Ферн. До этого момента мы приходим в класс пять дней в неделю, а наши наставники берут нас на задания в оба мира, пока мы не узнаем больше, чтобы сделать свой выбор. Задания меняются от наставника к наставнику, поэтому я не знаю, когда будет твоё первое путешествие. Когда тебе исполнится шестнадцать?

Розмари открыла рот, чтобы ответить, но столовая, еда и студенты исчезли. Внезапно она оказалась в водовороте ярких красок, широко раскрытых глаз Эсси, двух других мальчиков, которых она не узнала, звуков и огней, и сильного запаха сахарной ваты и попкорна. Рот Эсси открылся, как будто он хотел закричать о помощи в её видении.

Розмари надавила ладонями на крепко зажмуренные глаза, чтобы прервать ужасное, неприятное видение короткими звёздными пятнами.

– Ты в порядке? – спросил Эсси.

«Я в порядке, – подумала Розмари. – Я просто пытаюсь не видеть, как ты умираешь».

Розмари взяла столовый прибор со стола и потыкала еду в тарелке. Масло полностью растаяло на тёплой булочке. Жареное мясо было настолько нежным, что оно разделилось безо всякой необходимости в ноже. Овощи были обжарены с солью, чесноком и мёдом.

Жаль только, что видение украло у неё аппетит.

– Мой тринадцатый день рождения будет примерно через два месяца. На Хэллоуин, – наконец ответила Розмари. – Так что мне будет шестнадцать чуть больше, чем через три года.

– У тебя мама – человек? – спросил Эсси. – Прости, если это грубый вопрос. Чаще всего ребёнка воспитывают в том мире, откуда происходит его мать, поэтому для большинства рождённых магическими существами наша мать была таковой. Но так не всегда… Прости, я не хотел предполагать…

Эсси вернулся к своей тарелке, съёжившись от застенчивости, будто он сожалел о том, что вообще открыл рот. Рушить все шансы, говоря слишком много, было тем чувством, которое Розмари знала слишком хорошо.

Она постаралась звучать утешительно.

– Нет, всё в порядке. Ты прав. Моя мать была человеком. И всё ещё человек. Больше я не знала ничего, пока… ну, до сегодня, я полагаю. Мой отец, должно быть… магическое существо. Я хотела бы знать больше о нём. Я хотела бы…

Она проглотила остаток своей фразы с болью, будто это был большой кусок еды. Она ничего не знала о королевствах, феях, магии или занавесе. Она даже не знала имени своего отца. Это боль, и она заставила себя не зацикливаться на ней. Жизнь была достаточно неприятной с ужасным проклятием, которое она желала бы вырвать из своей головы.

Эсси посмотрел на неё с тихим удивлением. С другой стороны стола мальчик-человек по имени Лео заговорил:

– Ты не знала о других мирах?

Несколько столовых приборов упали на тарелки. Тейда ткнула Лео локтем в бок. Она посмотрела на Розмари сочувствующим взглядом своих бледных серо-синих глаз.

Лео развёл руками:

– Да ладно! Большое дело.

– Ты делаешь из этого большое дело, – сказала Тейда со строгим упрёком. Тейде исполнится шестнадцать в этом году. И хотя она всё ещё была ученицей, у неё были прямые плечи и уверенность, которую Розмари ожидала только от взрослых.

– Ничего я не делаю, – отпирался Лео. Он был единственным двенадцатилетним за столом, по расчётам Розмари, кроме неё. – Каждый из нас вырос, зная, или посещая, или изучая, или ему рассказали…

– Доедай свою еду, – сказал Оуэн. Он взял кувшин с водой и долил стаканы в пределах своей досягаемости, как бы подчёркивая свою точку зрения.

Трим повернулась и что-то показала жестами Оуэну. Он поставил кувшин на место и ответил ей жестами, не произнося ни слова. Выражение её лица изменилось, появилась маска равнодушной скуки, с остальными произошло то же самое, как только её разговор пресекли.

Лео положил локоть на стол и, указывая вилкой на Розмари, настойчиво продолжал:

– Но что ты такое?

– Ты же знаешь, что это грубо, независимо от того, в каком мире ты находишься, – твёрдо сказала Тейда. – Оуэн, поддержи меня. Ты рождён человеком. Разве люди подходят друг к другу и задают личные вопросы о родителях или наследстве?

– Она поделится этим, если и когда будет готова, – согласился Оуэн. – Но какая разница, что мой отец был вампиром? Я вырос в мире людей с мамой. Она была глухой, поэтому я так хорошо общаюсь с помощью жестов. Я переводил для неё, и теперь это так естественно, что я делаю это почти неосознанно.

Он остановился, чтобы погладить волосы Трим. Она отбивалась от его руки с улыбкой.

– Твоя соседка здесь – это моя младшая сестра, которой у меня никогда не было. Я несколько раз был в мире магических существ, прежде чем попасть к Ферн, но это нормально, что ты не бывала там.

Лео отодвинулся от стола на несколько сантиметров и скрестил руки.

– Я наполовину призрак, что делает меня Тёмным.

И опять в очередной раз Серый проявил несогласие, сделав недовольный вид, и это подтолкнуло Лео к тому, чтобы начать защищаться.

– Мне не стыдно сказать это, – Лео посмотрел на Серого вызывающим взглядом. – Спектральные силы – это круто.

Розмари пыталась понять его заявление. Он действительно говорил, что его отец был призраком? Она думала, что кто бы ни делал такое заявление, должен быть призрачно-белым и выглядеть болезненным, но Лео был здоровым и розовощёким, с тёмно-коричневой кожей и коротко стриженными тёмными волосами.

Она прожевала кусочек перчёной спаржи, прежде чем откусить немного чего-то, что было похоже на овощ, когда она поддела это из тарелки, но теперь во рту оно лопнуло кисло-сладким взрывом, как виноград. Она продолжала есть маленькими кусочками неизвестную еду, пока другие рассказывали о себе.

– Мой отец был человеком, – сказала Тейда. – Моя мама – стихийная фея. Я унаследовала её дар управлять ветром и воздухом. Я была в человеческом мире только один раз до того, как попасть к Ферн и начать заниматься, и это посещение было лишь развлечением – оно точно было не для встречи с моим отцом. Пожалуйста, не думай, что на тебя давят рассказать что-то о себе. Это твой первый вечер. Должно быть, для тебя сейчас слишком много информации одновременно и сразу.

– А мы?.. – Розмари посмотрела вниз на свою тарелку, затем обратно на Тейду и, набравшись смелости, спросила: – В каком мире мы сейчас находимся?

– Ни в каком, – сказал мальчик по имени Генри.

Он сидел тихо большую часть ужина. Розмари не много знала о нём, только то, что ему было тринадцать и он вырос в мире людей. На нём были синяя футболка и