Дорога Бурь - Энтони Райан

Шавалла держала себя в руках лучше всех, ее рот кривился скорее от раздражения, чем от гнева. Как и Гайм, она много лет носила свое оружие и имела достаточный опыт противостояния соблазнам Навигатора. Внешне Ансельм выглядел самым расстроенным, он сжимал руки, чтобы унять дрожь, в то время как черты его лица выдавали целый ряд плохо скрываемых эмоций. Гайм знал, что это происходит оттого, что в его мече заключены два враждующих духа: душа сэра Лорента Атила, запертая в бесконечном поединке с некромантом, поклоняющимся смерти. Гайм не знал, как долго его покойный товарищ сможет поддерживать эту борьбу, ведь души смертных со временем устают и угасают. Ему оставалось лишь надеяться, что самый доблестный рыцарь сможет продержаться до тех пор, пока они не достигнут Врат Инферно.

Орсена казалась пораженной меньше всех, что, как ни парадоксально, больше всего беспокоило Гайма. Вместо того чтобы скорчить гримасу отвращения, она опустила лицо, чтобы скрыть улыбку, словно делясь с Умельцем личной шуткой.

Совершенно верно, мой повелитель, - подтвердил Лакорат. Когда демон смешит тебя, считай, что твоя душа наполовину завоевана. Возможно, тебе придется убить ее еще до того, как мы увидим Врата... если сможешь.

"Нам предстоит война, - сказал Гайм. Чтобы завоевать Врата, мы должны выиграть войну. Все это очень прискорбно, но неизбежно. Внешне принцесса держит верх, так что постарайтесь сохранить вид послушных капитанов".

"Капитанов?"- переспросила Орсена.

"Ни одна армия не может маршировать под звуки одного голоса. Она должна быть организована, структурирована и управляться соответствующим образом. Ансельм". Рыцарь застыл в почтительном внимании. "Помимо королевских гвардейцев, я насчитал около двух сотен конных бойцов, в основном наемников. Ты будешь командовать ими, разведывать наши маршруты и патрулировать фланги. Наемники могут быть очень агрессивной компанией, поэтому не стесняйся применять любые меры наказания, которые сочтешь необходимыми для обеспечения послушания".

"Шавалла, - обратился он к каперу, - ты будешь командовать остальными наемниками. Среди них немало моряков, которые хорошо хорошо откликнутся на голос капитана корабля".

"Вероломные подкаблучники, бросившие свои корабли в надежде на добычу", - презрительно хмыкнула Шавалла. Заметив твердость во взгляде Гайма, она подняла руки в знак капитуляции. "Как пожелаешь, приятель. Только не удивляйся, если мне придется пристрелить парочку".

"Ищейка", - позвал Гайм, заставив заклинательницу зверей поднять взгляд от Утренней Звезды. "Наши лучники немногочисленны, но им все равно нужен капитан, если ты не против".

Она встретилась с ним взглядом, ее лицо ничего не выражало, когда она кивнула, а затем вернула свое внимание к шипастому шару на коленях.

Да, согласился Лакорат, прочитав его мысли. Тебе действительно следовало выбросить эту гребанную штуку в море, когда был шанс.

"Лексий, - сказал Гайм, переходя к ученому. "Ты будешь нашим начальником разведки. Ансельм обязательно захватит несколько мятежников, когда мы будем продвигаться на север. Собери у них всю возможную информацию. Мне также понадобятся все истории о гултанах, которые ты сможешь вспомнить. Похоже, что в Степях мы столкнемся не с одним врагом".

"Как пожелаете, милорд".

"Лорвет".

"Ваша милость?" Ответил Лорвет, его осторожный тон и удивленный прищур ясно давали понять, что он не ожидал получить звание капитана. "Не уверен, что я лучше всего подхожу для военной службы. Уж точно не для той, где надо стоять прямо и отдавать честь. Или вести кого-то в бой, по правде говоря. На самом деле, ваша светлость, я бы предпочел вообще избежать этого предприятия..."

"Успокойся, - вмешался Гайм. "Я не требую от тебя быть лидером или солдатом. Вместо этого я прошу лишь делать то, что у тебя хорошо получается".

"Что именно?"

"Прятаться, подслушивать, заискивать и обманывать". Гайм тонко улыбнулся. "Пока длится эта кампания, лучше всего иметь уши и глаза среди солдат. Прислушиваться к их жалобам. Оценить их настроение. Мне нужно знать, сколько из них действительно будут сражаться, когда начнется битва, а она непременно начнется".

"А я?"- спросила Орсена, вскинув бровь. "У тебя нет для меня поручения?"

"Каждому генералу нужен адъютант", - ответил Гайм. "Тот, кто отвечает за обеспечение армии продовольствием, учет припасов и тщательное ведение списков. Раз уж ты решила оставить свою Консилио в Крезтине, я считаю, что будет правильно, если эта обязанность ляжет на тебя, Ультрия. В конце концов, ты платишь за все это".

"Да. И расходы, конечно, немалые. Но я готова потратить все монеты, лишь бы избавить эти бедные души от того, что их ждет. Они все погибнут, прежде чем все закончится. Не так ли, Ваше высочество?"

"Если Врата Инферно откроются, хаос и страдания, обрушившиеся на мир, будут превосходить всякое воображение. На фоне этого судьба одной маленькой армии - ничто".

"Возможно, для вас это ничто, Ваше высочество". Гайм увидел на лице Ультрии чувство вины и негодования, но также и мрачную покорность судьбе. "Я же не привыкла вести обездоленных и отчаявшихся к уничтожению".

"Ну, если вас это утешит, миледи, - произнесла Шавалла, сверкнув белыми зубами и широко улыбнувшись Орсене, - мы все, скорее всего, погибнем вместе с ними, так что, по крайней мере, нам не придется долго терпеть позор нашего греха. А может, и придется, раз уж ты такая неуничтожимая".

Гайм ожидал от Ультрии гневной отповеди, но вместо этого она лишь тихо и печально рассмеялась. "За время нашего странного путешествия я поняла одну вещь, - вздохнула Орсена. "Нет ничего по-настоящему неуничтожимого".

Глава 5

Поход на Север

Город Ильзина показался в поле зрения около полудня следующего дня. Обнесенное стеной скопление беломраморных домов и башен с красными черепичными крышами, расположенное среди зеленеющих полей, по мнению Гайма, представляло бы собой приятное зрелище, если бы не тот факт, что сейчас оно являло собой почерневшие руины.

Здесь негде набирать рекрутов, мой повелитель, заметил Лакорат. Я чувствую только смерть. Похоже, Король Мятежников основателен.

Внимательный осмотр подтвердил правоту демона. Узкие мощеные улочки Ильзины были завалены трупами всех возрастов. Большинство из них были изрублены, их тела являли собой жуткие свидетельства жестокой расправы. Некоторые погибли, пытаясь выбраться из горящих домов, их обугленные,