Пламя и кровь - Джордж Мартин

Лорды Селтигар и Стонтон с ней согласились. Эйгон Завоеватель и его сестры доказали, что перед пламенем и кровью не смогут устоять ни рыцари, ни ратники. Селтигар убеждал принцессу не медлить, вылететь к столице и оставить от города пепел и кости.

— Да какая же нам от того польза, милорд? — потребовал ответа Морской Змей. — Мы хотим править городом, а не сжигать его дотла.

— А до пожаров и не дойдет, — настаивал Селтигар. — Узурпатору не останется выбора, кроме как выставить против нас своих драконов. Наши девять неизбежно сокрушат его четверых.

— И какой же ценой? — поинтересовалась принцесса Рейнира. — Напомню вам, что на трех драконах вылетели бы мои сыновья. И нас будет никак не девять против четырех. Еще какое-то время я буду недостаточно здорова для полетов. И кто оседлает Среброкрылую, Вермитора и Морского Тумана? Вы, милорд? Не думаю. Получится лишь пять против четырех, и одной из четверки будет Вхагар. Отнюдь не преимущество.

Как ни странно, принц Деймон согласился со своей женой.

— На Ступенях мои враги научились бежать и прятаться, едва завидев крылья Караксеса или заслышав его рев… однако же, у них не имелось своих драконов. Человеку непросто стать драконоборцем. Но драконы могут убивать себе подобных, и убивают — это вам подтвердит любой мейстер, изучавший историю Валирии. Против драконов узурпатора наших я выставлю лишь при отсутствии иного выбора. Ими можно распорядиться и иначе. Более разумно…

Затем принц изложил черному совету собственные замыслы. Рейнире надлежит короноваться в ответ на коронацию Эйгона. А после они разошлют воронов и призовут лордов Вестероса объявить о своей преданности истинной королеве.

— Прежде чем переходить к битвам, нам стоит повести войну словами — заявил принц. Деймон настаивал, что ключ к победе находится у лордов великих домов, ибо их знаменосцы и вассалы последуют туда, куда их поведут. Эйгон Узурпатор завоевал верность Ланнистеров с Утеса Кастерли. Лорд Тирелл из Хайгардена еще не вышел из пеленок, а мать малыша, будучи его регентом, вероятнее всего, поведет Простор за своими излишне могущественными знаменосцами Хайтауэрами… но прочим великим лордам королевства еще только предстояло высказаться.

— Штормовой Предел выступит на нашей стороне, — сказала принцесса Рейнис. В ней самой имелась кровь Баратеонов — по линии матери, и покойный лорд Боремунд всегда был наивернейшим другом Почти Королевы.

У принца Деймона имелись весомые причины надеяться, что и Дева Долины также приведет Орлиное Гнездо на их сторону. Эйгон, несомненно, будет искать поддержку на Пайке, рассудил он; только с привлечением Железных островов Эйгон может надеяться превзойти силу дома Велариона на море. Но железнорожденные, как известно, непостоянны, а Дальтон Грейджой любит кровь и битву; так что будет несложно убедить его поддержать принцессу.

По мнению совета, северяне не сыграют роли в нынешнем противостоянии: их земли слишком далеко. К тому времени, когда Старки соберут знамена и двинутся на юг, война вполне может и завершиться. Оставались только речные лорды, известная своей задиристостью братия, управляемая (по крайней мере, на словах) домом Талли из Риверрана.

— У нас есть друзья в Речных землях, — говорил принц, — пусть пока и не все они осмеливаются показать свое лицо. Нам нужна точка опоры на материке — место, где можно собрать всех. Достаточно большое, чтобы вместить значительное войско, и достаточно хорошо укрепленное, чтобы сдержать любую рать, если узурпатор вышлет ее против нас, — и принц указал лордам на карте. — Вот здесь. В Харренхолле.

На том и пришли к согласию. Принц Деймон на Караксесе возглавит штурм Харренхолла. Принцесса Рейнира останется на Драконьем Камне, пока не восстановит свои силы. Флот Веларионов, отплыв из Дрифтмарка и с Драконьего Камня, перекроет Глотку, чтобы преградить путь любому кораблю, идущему через Черноводный залив.

— Нам не хватит военной силы, чтобы взять Королевскую Гавань штурмом, — сказал принц Деймон. — Но и нашим противникам нечего надеяться на захват Драконьего Камня. К тому же Эйгон — зеленый мальчишка, а юнцов легко раззадорить. Может статься, мы сможем принудить его к опрометчивому нападению.

Морской Змей возглавит флот, тогда как принцесса Рейнис полетит над кораблями, чтобы уберечь их от нападения драконов неприятеля. Тем временем разлетятся вороны: в Риверран, в Орлиное Гнездо, в Штормовой Предел и на Пайк, чтобы получить верность великих лордов.

И тогда высказался Джекейрис, старший сын королевы:

— Те послания надлежит нести нам, — заявил он, — драконы завоюют лордов быстрее, нежели вороны.

Люцерис согласился с братом, уверяя, что-де и он, и Джейс — уже мужчины, или же столь близки к тому, что разница незаметна:

— Наш дядя называет нас Стронгами, но когда лорды узрят нас верхом на драконах, то убедятся в его лживости. Лишь Таргариены могут быть драконьими всадниками.

Грибок утверждает, что Морской Змей тогда возроптал, настаивая на том, что мальчики — настоящие Веларионы; при этом он улыбался, и гордость чувствовалась в его голосе. В разговор вмешался даже юный Джоффри — он вызвался оседлать своего дракона Тираксеса и присоединиться к братьям.

Но принцесса Рейнира ему запретила — Джоффу было всего одиннадцать лет. Однако Джекейрису исполнилось четырнадцать, Люцерису тринадцать; то были смелые и красивые парни, искусные во владении оружием, поскольку уже долгое время служили оруженосцами.

— Если вы и отправитесь, то лишь вестниками, а не воинами, — сказала принцесса своим сыновьям. — И вам нельзя ввязываться ни в какие схватки.

Ее милость согласилась назвать юношей своими посланниками, лишь когда оба принесли торжественные клятвы на «Семиконечной Звезде». Решили, что Джейс, как старший из братьев, возьмет на себя более длительное и опасное задание: сначала полетит в Орлиное Гнездо, чтобы договориться с леди Долины; затем в Белую Гавань — заполучить лорда Мандерли; и, наконец, в Винтерфелл — встретиться с лордом Старком. Миссия Люка задумывалась более краткой и безопасной — он вылетит в Штормовой Предел, где, как ожидалось, лорд Боррос Баратеон окажет ему теплый прием.

На следующий же день провели поспешную коронацию. Появление на Драконьем Камне сира Стеффона Дарклина, еще