Тысячи Осеней. Том 2 - Мэн Сиши

В тот миг сердце Шэнь Цяо чуть не остановилось. Он кинулся к больному, собираясь проверить пульс.

Но тут веки Янь Уши медленно поднялись.

– Ты ведь собирался уходить? Почему ты здесь? – спросил он с ледяным безразличием. Ни намека на обычную усмешку, даже взгляд, обращенный на Шэнь Цяо, казался холоднее бездонного студеного источника.

Шэнь Цяо остолбенел.

Слова прощания вертелись у него на языке, но он не мог заставить себя произнести их вслух.

Янь Уши снова закрыл глаза.

– Со мной все хорошо, – бесстрастно сообщил он. – Хочешь идти – иди.

Прежде он не брезговал никакими средствами, лишь бы добиться своего. Шэнь Цяо полагал, что за долгое время знакомства с главой Янем хорошо изучил его, и сейчас, когда привычную легкомысленную болтливость сменили вдруг отстраненность и равнодушие, он почувствовал вовсе не облегчение, а какую-то неловкость.

Взяв себя в руки, даос заговорил:

– Коль уж взялся помогать – надо помогать до конца. Раз я принес вас с пика Полушага, то подожду, пока вы полностью не поправитесь, и лишь потом уйду.

Шэнь Цяо думал, что худшее позади, но теперь места себе не находил от беспокойства. А Янь Уши даже не дал ему прощупать пульс.

– Премного вам благодарен, чжанцзяо Шэнь. Сей почтеннейший вовек не забудет ваши труды по спасению его жизни, однако у школы Чистой Луны хватает собственных искусных лекарей. Не смею более отвлекать вас от дел, чжанцзяо Шэнь.

Спрятав руку под одеяло, Янь Уши опять закрыл глаза и прикинулся спящим.

Стоявший рядом Юй Шэнъянь сжалился над оторопевшим Шэнь Цяо:

– Монах Шэнь…

Опомнившись, Шэнь Цяо спросил его:

– Я только что видел окровавленное платье – что произошло?

Юй Шэнъянь смутился:

– Я чистил яблоко и случайно порезался.

Он показал руку: на ладони и впрямь зияла глубокая рана, присыпанная сверху порошком. Смешавшееся с запекшейся кровью белое снадобье придавало порезу жутковатый вид. Однако Шэнь Цяо случалось видеть раны, по сравнению с которыми эта царапина не стоила даже упоминания.

Юй Шэнъянь был всесторонне одарен, а способностями к боевым искусствам был под стать учителю – ему недоставало лишь опыта да житейской мудрости. Такую глупую оплошность – порезаться, снимая кожуру с яблока, – не допустил бы даже человек, вовсе не сведущий в боевых искусствах, не говоря уж об ученике Янь Уши. Вот только Шэнь Цяо в растрепанных чувствах не заметил несуразицы.

Он оглянулся на главу Яня: тот все так же лежал с закрытыми глазами, словно и в самом деле заснул.

Не в обычае Шэнь Цяо было назойливо тормошить спящего, но в глубине души он вдруг ощутил обиду: «Ты ведь сам вынудил меня сюда прийти, так почему же теперь, когда твоя взяла, дуешься и нос воротишь?»

Конечно, Шэнь Цяо даже про себя не высказался столь прямолинейно, но смысл вкладывался примерно такой.

Стоя меж учителем и монахом Шэнем, Юй Шэнъянь почувствовал, что обстановка становится напряженной, и, чтобы сгладить неловкость и прервать натянутое молчание, он заговорил снова:

– Монах Шэнь, я как раз подумывал навестить шисюна в Чанъане. Может, отправимся вместе?

Но Шэнь Цяо покачал головой:

– Тебе нужно как следует заботиться об учителе. Я уйду первым.

Он больше не смотрел на Янь Уши, но говорил мягко и тихо, стараясь не побеспокоить больного.

Чуть погодя, глядя вслед уходящему Шэнь Цяо, Юй Шэнъянь потер нос в задумчивости:

– Учитель, мы, случаем, не перегнули палку? Похоже, монах Шэнь рассердился.

Приоткрыв глаза, Янь Уши лениво заметил:

– От горького лекарства больше проку.

Он посмотрел на Юй Шэнъяня и добавил:

– У меня свои причины держаться с ним холодно, ты же не должен допускать с ним и тени непочтительности.

– Сей ученик не смеет! – поспешил заверить его Юй Шэнъянь.

Да и как бы он посмел? Мало того, что даос водил дружбу с его учителем, так еще и входил в десятку сильнейших бойцов Поднебесной и возглавлял школу боевых искусств – как ни крути, а Юй Шэнъянь в любом случае обязан взирать на него с уважением.

– Но что, если монах Шэнь и вправду уйдет насовсем?.. – поинтересовался юноша, а сам подумал: «Как бы вам не перестараться. Монах Шэнь хоть и кажется мягким да податливым, на деле тверд что кремень. Если он действительно покинул нас в гневе, то, может статься, назад его никакими уловками не вернуть».

Янь Уши усмехнулся:

– Плохо ты его знаешь. Мало ли что говорят эти праведные даосы!

«Неужели? – про себя удивился Юй Шэнъянь. – Можно подумать, вы-то всех насквозь видите».

Янь Уши, словно прочитав его мысли, добавил:

– Тебе нужно еще не один год учиться у Бянь Яньмэя умению разбираться в людях.

Поразившись проницательности учителя, Юй Шэнъянь не осмелился больше ничего говорить.

Шэнь Цяо же и впрямь поступил ровно так, как сказал: на следующий день спозаранку к Юй Шэнъяню пришел слуга и доложил, что монах покинул усадьбу, – юноша даже проводить его не успел. Но перед уходом даос не забыл оставить несколько рецептов снадобий и баночек с пилюлями – все необходимое, чтобы Янь Уши поскорее поправился.

Он был добр по своей природе, но доброта не означает глупость. Когда Янь Уши прикинулся больным, Шэнь Цяо хоть и не смог проверить его пульс, зато по возвращении к себе еще раз все обдумал и по большей части догадался, что к чему. Неудивительно, что он рассердился и решил уйти следующим утром, хотя изначально собирался задержаться еще на пару дней.

Поначалу Шэнь Цяо, как и хотел, направился в Чанъань, но, проходя через Фэнчжоу, неожиданно повстречал Юань Ина, отправившегося на его поиски.

Вновь возглавив школу Сюаньду, Шэнь Цяо сразу отправил двух старейшин помогать Юань Ину. Из пятерых учеников Ци Фэнгэ он один ничего не смыслил в мирских делах, всецело посвятив себя совершенствованию и чтению книг. Но, хоть Юань Ин и не понимал ничего в строительстве и трясся от страха, как бы не сплоховать, он каждый день приходил на место будущей обители и усердно вникал в ход работ. Так продолжалось до тех пор, пока в Чанъань не прибыла разыскивавшая Шэнь Цяо Гу Хэнбо. Тогда Юань Ин обнаружил, что шимэй руководит строителями гораздо более умело и дотошно, чем он сам. К тому времени по Поднебесной как раз разнеслись вести о грядущем поединке меж Янь Уши и Хулугу. Юань Ин опасался, что Хулугу победит, а пуще того – что вслед за тем обратит взор на Шэнь Цяо и захочет поквитаться с ним. Поручив Гу Хэнбо все заботы о будущей обители Сюаньду, Юань Ин покинул Чанъань, дабы найти Шэнь Цяо.

У каждого из учеников Ци Фэнгэ имелись свои сильные стороны – даже у Тань Юаньчуня и Юй Ая. Когда Шэнь Цяо только-только сменил Ци Фэнгэ на посту чжанцзяо, они немало помогли ему: Тань