Магические испытания - Мег Сюэмэй Икс

Шестеро неофитов сгрудились по левую сторону от двери, а остальные шестеро, включая меня, – по правую. Высокопоставленные офицеры Доминиона выстроились в две шеренги от помоста до самой двери. Среди них, судя по униформе, имелось несколько элитных студентов-старшекурсников.

Наверняка их уже успели выбрать в качестве будущих лидеров Доминиона Богов, что давало им привилегию смотреть представление, в котором кто-то выживет, а кто-то умрет.

Все неофиты были столь же напряжены, как и я, но большинство членов элитной группы выглядели скорее взволнованными, чем встревоженными. Уверенные в своем божественном наследии, каким бы далеким оно ни было, они походили на взявших кровавый след гончих.

Деметра то и дело бросала на меня презрительные взгляды, красноречиво выражающие горячее желание увидеть мой позор, за которым последует мучительная смерть.

Я, разумеется, отвечала ей тем же.

Все слышали заверение Джека о том, что я на сто процентов слабый человек. Никто из присутствующих не верил, что во мне достаточно крови богов, чтобы пережить этот варварский ритуал.

Как бы я ни старалась держаться мужественно, едва переступила порог зала смерти, почувствовала, как кровь отхлынула от лица.

Я окинула глазами пустые троны.

Интересно, где сейчас полубоги? Собираются ли они в полном составе смотреть ритуал? Тридцать минут назад я видела на вершине лестницы Акселя, но он почти мгновенно исчез. Где он теперь? От дурного предчувствия мои мысли переметнулись к воспоминаниям о том, как его сила взывала ко мне и насколько меня возбудили его волшебные ласки.

– Внимание! – прогремел глубокий мужской голос, при звуке которого я чуть не выпрыгнула из собственной кожи.

Ради всего святого! Стоило так орать, когда в атриуме стоит тишина, как на кладбище?

В центр зала вышел высокий мужчина в белом струящемся одеянии священника и с пылающим кинжалом в руке. На лезвии плясали багровые, золотые и черные руны. Багровые, судя по их виду, были нарисованы кровью.

Черт подери! Неужели он собирается использовать этот кинжал против нас? Ни за что. Меня такой расклад не устраивает.

Остальные неофиты тоже округлили глаза.

Если мы будем дружно протестовать, возможно, полубоги откажутся от ритуала. Я внимательно огляделась по сторонам в поисках хотя бы искры непокорности на лицах и поникла, что резко контрастировало с другими неофитами, которые все как один стояли, гордо выпрямившись, даже четверо изгоев. Выходит, кроме меня никто и не подумает сопротивляться, а один голос легко и быстро заглушат.

Когда священник окинул нас взглядом, в его пронзительных серебристых глазах сверкнули молнии, выдавая в нем потомка Зевса. Должно быть, кровь бога в нем очень сильна.

Я втянула носом воздух. Да, приблизительно седьмой класс силы.

Он задержал на мне свой немигающий взгляд на секунду дольше, чем на прочих, и я попыталась понять, что сделала не так на этот раз. Ах, ну да – я же принюхивалась и оценивала его мощь. Я мгновенно напустила на себя безразличный вид. Подобное никому не нравится, ведь обычно это означает, что от тебя исходит неприятный запах или что-то в этом роде.

Наконец священник отвел от меня глаза и взмахнул рукой в воздухе, как дирижер, подающий сигнал первой скрипке. Только вместо оркестра перед ним стояли мы, кучка нервничающих неофитов, и хладнокровные наблюдатели с каменными лицами. По мановению руки между священником и нами материализовался ритуальный стол из дерева и стали.

Мое горло сжалось, дыхание участилось.

Вот черт, похоже, священник собирается заставить всех по очереди лечь на стол, чтобы разрезать нас и посмотреть, кто сможет это пережить.

Интересно, получится ли убежать?

Меня пронзила тревога, я испытала сильное желание помочиться. Должна ли я попросить разрешения сходить в туалет? Возможно, это мой единственный шанс на спасение.

В тот момент, когда я собралась было поднять руку, по залу пронесся вихрь, вспыхнул яркий свет, а воздух заискрился силой, потрескивающей, как живое электричество. Вода тоже явила свое присутствие в виде пропитавшей воздух влаги, густой и тяжелой, липнущей к коже.

На тронах материализовались три гигантские фигуры, к которым немедленно устремились взгляды всех присутствующих. Глаза неофитов округлились от благоговения.

От полубогов исходила неописуемая мощь. Кроме того, они оказались самыми великолепными существами, которых я когда-либо видела. Каждый обладал совершенным телосложением, за достижение которого смертные мужчины были готовы умереть, а женщины ни за что бы не упустили возможность переспать с таким красавцем. Готова поспорить, что полубогам не нужны силовые тренировки, чтобы поддерживать себя в отличной форме.

Даже я чувствовала себя немного ошеломленной. Однако в отличие от пускающих слюни неофитов, мой разум был слишком порабощен ужасом перед ритуалом, чтобы в полной мере оценить мужественную красоту полубогов.

Когда беспокоишься о собственном выживании, похоть отходит на второй план.

Перво-наперво я нашла взглядом Акселя, поскольку худо-бедно имела с ним дело. Его янтарные глаза сфокусировались на моей персоне. Он даже добродушно подмигнул мне, отчего ему на лоб упала прядь роскошных каштановых волос.

Настроения подмигивать в ответ не было. На собственном опыте я убедилась, что привлечение внимания полубога никогда не сулит человеку ничего хорошего.

Я оторвала от него яростный взгляд, чтобы посмотреть на царственную фигуру, восседающую на троне из молний. Синеглазый полубог неба был так коротко подстрижен, что куда больше походил на Ареса, чем сам полубог войны. Возможно, Аксель не любил стереотипы, поэтому предпочитал непринужденный стиль парня-сердцееда?

Полубог неба был облачен в красный плащ. Его серебристо-черные доспехи выгодно подчеркивали накачанные мускулы, а молнии в глазах были гораздо мощнее, чем в глазах священника. Полубог неба выглядел таким аппетитным, что многие женщины изошли бы слюной, разглядывая его.

Отлично. Едем дальше.

Мой взгляд переместился на гиганта, занявшего трон с символом торчащего из морской пены трезубца. Полубог морей, конечно.

Серебристые волосы струились по его широким, покрытым броней плечам. Они выглядели такими шелковистыми, гладкими и блестящими, что мне стало интересно, каким шампунем он пользуется. Возможно, если я об этом спрошу, он сочтет мой вопрос богохульством.

Притягательностью полубог морей не уступал кузенам, но было в нем что-то еще, что заставило меня насторожиться и даже вызвало отвращение. Я почувствовала его капризную натуру и взрывной характер. Поговаривали, что среди своих собратьев он самый злобный.

Я отнесла его к категории суперзлодеев.

Словно почувствовав мою оценку, он устремил на меня взгляд своих жестоких соблазнительных фиолетовых глаз. На мгновение мы уставились друг на друга, и в его прищуренном взоре промелькнула угроза. Никто из неофитов не пялился на полубогов так откровенно, как я.

Почему бы и