Тысячи Осеней. Том 2 - Мэн Сиши

– О-о? Разве Бай Жун не звала тебя на Весеннее пиршество? – с нарочитым недоумением спросил Янь Уши. – Ты не пойдешь?

Шэнь Цяо покачал головой:

– Я не хочу ее видеть. Школа Обоюдной Радости слишком сблизилась с Ян Гуаном и глубоко увязла в его делах. Ну а дальше посмотрим.

– Легче горы сдвинуть, чем человеческую сущность переменить, – усмехнулся Янь Уши. – Обоюдная Радость всегда была такова, не поддавайся приступам мягкосердечия!

– Эх вы! – только и вздохнул Шэнь Цяо.

Так, ведя беседу, они уходили все дальше и дальше. Казалось, они никуда не спешат, но вместе с тем шаги их были столь же стремительны, как плывущие облака или быстрый ручей. Инь Чуань запыхался и начал было отставать, но тут заметил, что Шэнь Цяо остановился и с улыбкой дожидается его.

Юноша вспомнил, что совсем скоро встретится с тем, перед кем преклонялся всю свою жизнь, и силы вернулись к нему. Он ускорил шаг, нагоняя провожатых. Теперь он знал: всегда есть место надежде.

Клинок Митакэ

Холодный ветер пробирал до костей.

Раздался свист – это стрела пролетела прямо у него над ухом!

Легкие Жэнь Ина горели огнем, каждый вдох ножом разрезал грудь изнутри. Но он знал, что должен бежать. Если остановится – умрет!

С раннего детства он вкалывал на черной работе, у него не было ровным счетом ничего – ничего, кроме быстрых ног.

Но погоня настигала его: толпа размахивала факелами, доносились крики. Жэнь Ин не ел уже целый день и целую ночь и держался лишь на одной силе воли. Миновав рощицу, он пробежал по склону холма – стоит ему замешкаться, как его поймают и изобьют до смерти. А ведь он потому и украл увесистый сверток с цзяньбинами, что совсем изголодался, – как же аромат щекотал сейчас его ноздри! Жэнь Ин решил: если его догонят, он или постарается спрятать сверток, или выбросит его подальше, лишь бы не достался преследователям.

В полном смятении Жэнь Ин вдруг заметил впереди проблеск света.

Ночь выдалась темная, на небе ни звездочки, тусклый огонек едва пробивался из глубины горной чащи, но для Жэнь Ина огонек этот сиял ярче луны и звезд. Он без раздумий бросился к нему.

И лишь увидев, что свет пробивается из окон заброшенного храма, он горько пожалел о своем порыве.

Храм стоял посреди глуши: ни деревень, ни постоялых дворов вокруг – пожалуй, уже сотни лет никто не посещал его и не возжигал благовоний, так откуда же взяться огоньку? А вдруг там сообщники его врагов? И если в храме не окажется задней двери, то, переступив порог, он неминуемо попадет в ловушку!

Будучи неопытным юнцом, Жэнь Ин растерялся и оплошал. Он подумал было повернуть назад, но понял, что уже поздно, – оставалось только кинуться вперед.

Вот и костер – это его свет Жэнь Ин приметил издалека. Снаружи завывал ветер, но костер в углу, защищенный створками дверей, горел ясно и ровно, не собираясь потухать. А у огня, низко опустив голову, грелся человек, по-видимому, даос – его наполовину скрывала тень, но на подоле смутно виднелись вышитые триграммы. Жэнь Ин быстро окинул даоса взглядом: тщедушного вида, одет в какие-то лохмотья, у костра сидит в одиночестве – он явно не заодно с погоней. Тут же позабыв о незнакомце, Жэнь Ин принялся искать заднюю дверь.

В храме дуло изо всех щелей, под прогнившими половицами виднелась голая земля, от разбитой статуи Будды осталась только половина туловища, так что даже и не понять, какого именно Будду она изображала. Жэнь Ин метался вокруг статуи, все больше поддаваясь отчаянию, а шум погони все приближался. Он обернулся – огни факелов мелькали уже у самого храма. Человек восемь стеной загородили выход – а пути к отступлению у Жэнь Ина не было!

Так и знал: не стоило соваться в этот храм!

Несмотря на холодную весеннюю ночь, Жэнь Ина прошиб пот. Покрепче обхватив сверток, он невольно попятился, отступив на пару шагов.

– Эй, парень, куда это ты собрался?

– Коль такой шустрый – беги!

Враги наперебой насмехались над ним, взглядами разрывая его на куски.

Предводитель вышел вперед и требовательно протянул руку:

– Отдавай сверток.

Говорил он не как простой житель Центральной равнины, но и не как высокопоставленный чиновник – была в его речи какая-то странность.

Жэнь Ин скрипнул зубами и неохотно швырнул сверток мужчине.

Тот, не отпуская факела, ловко поймал его, но не отдал подчиненным, а оставил при себе.

– Ты открывал сверток? – спросил он Жэнь Ина.

Да когда бы Жэнь Ину успеть открыть сверток? Он как украл его, так и бросился бежать, пока не поймали. Изнутри доносился аромат съестного, и паренек через силу держался, несмотря на голод и слабость. Но враги глядели на Жэнь Ина так нагло и насмешливо, что ему не захотелось признавать поражение, и, упрямо вскинув голову, он заявил:

– Даже если открывал, ну и что?

С этими словами Жэнь Ин украдкой покосился на ближайшее окно: если на него набросятся, он тут же выпрыгнет наружу и сбежит. К тому же он слышал журчание реки совсем рядом, а плавать парнишка умел превосходно. Быть может, он еще спасется.

Но не успел он и пальцем пошевелить, как его уже скрутили!

– Открывал или нет – не имеет значения! Сегодня ты все равно распрощаешься с жизнью!

Враги напали стремительно. Ужаснувшись, Жэнь Ин откинулся назад, пытаясь увернуться и отступить.

Работая на хозяина, Жэнь Ин освоил пару-другую приемов и считал себя весьма ловким и выносливым – да и иначе он бы попросту не продержался так долго, превозмогая сильнейший голод. Но преследователи боевыми искусствами владели великолепно – Жэнь Ин и представить себе не мог, что такое возможно!

Он двигался быстро, но противники оказались еще быстрее.

Преследователи все как на подбор обладали незаурядным мастерством. Смертоносная ци дохнула ему прямо в лицо, чудовищная сила придавила к земле, а в следующий миг вокруг шеи сомкнулась чья-то хватка. Жизнь его висела на волоске, гибель казалась неминуемой. Жэнь Ин чувствовал, что задыхается, теряет сознание, руки и ноги его беспомощно повисли.

И вдруг, заметив их злобные усмешки, он понял: враги нарочно позволили ему бежать так долго и не торопились схватить. Они играли с ним как кошки с мышкой, выжидая, когда жертва выбьется из сил и окажется всецело в их власти.

Но ведь он украл всего-то сверток с едой! Жэнь Ин ни за что не решился бы на столь отчаянный шаг и никак не посмел бы задеть этих господ, если б сам не умирал с голоду и если б его не ждали дома младшие брат и сестра. Враги его явно ели и пили вдоволь, они бы не обеднели,