Невеста в бегах. Хозяйка Запретных пустошей - Мария Минц

Ох, сколько же я дров наломала, мамочки мои…

— Причины есть, — сухо говорю я, а сама чувствую, как дрожат поджилки, — я сбежала из семьи. Там сложная история. Я просто хочу начать новую жизнь здесь, в тишине и спокойствии, не соприкасаясь с прошлым. Я никакая не преступница.

— Если бы все преступники признавались в том, что они преступники, их не надо было бы ловить, — жёстко усмехается Хольт и поворачивается к Седрику:

— Что думаешь, Драгган?

По спине ползут мурашки. Щёки вспыхивают. Я вдруг ловлю себя на том, что мнение Седрика для меня тоже становится очень важным. Почему это?

Он окидывает меня задумчивым взглядом. Делает это очень быстро, но у меня всё равно возникает ощущение, что он не только изучил меня вдоль и поперёк, но и узнал всю мою нехитрую подноготную.

Кто же он на самом деле такой, этот Седрик Драгган? И почему он на короткой ноге с главой Торговой гильдии?

— Я верю вам, Джина, — спокойно говорит он, и у меня будто гора с плеч срывается, — я уверен, что вы не преступница. Семейные дела — сложная штука. Если когда-нибудь захотите поговорить об этом, я к вашим услугам.

Хольт недоверчиво косится на него и пожимает плечами.

— Что ж… — с сомнением тянет он, — твоя интуиция ещё никогда не подводила. Хорошо!

И поворачивается ко мне. У меня внутри всё замирает.

— Что ж, Элизабет Брайт, — деловым голосом говорит он, — показывайте, чем вы собираетесь торговать под лицензией нашей Гильдии!

* * *

Спустя пару часов я уже стою за прилавком в торговых рядах Дорка и сама не верю свалившейся на меня удаче.

Во-первых, меня приняли в Гильдию! Правда, пока только дали первый ранг — самый низший.

Украдкой тру новенький значок — медную пластину, которую мне выдал Хольт. На ней изображён знак Гильдии и одна поперечная волнистая линия.

Первый ранг обозначает, что я имею право торговать только на прилавке в торговых рядах Дорка. Прилавок, при этом, за мной не закрепляется. Тут действует принцип: кто первый пришёл, тот его и занимает.

Я пришла поздно, поэтому мне приходится довольствоваться скромным столиком на самых-самых задворках рядов. Пока без вывески. Ну, и то хлеб. Потом приду пораньше и постараюсь занять место повыгоднее. Например, поближе к фонтану, который красуется прямо в центре торговой площади.

Как только я докажу свою добросовестность и покажу хорошую прибыль по итогам работы первого месяца, то уже смогу рассчитывать на повышение до второго ранга. Что будет обозначать, что я уже смогу претендовать на открытие собственной лавки под собственной вывеской…

Замечтавшись, я сердито одёрнула себя. Хватит витать в облаках, Джина! Сосредоточься на работе.

Во-вторых, Драгган помог мне с вареньем. Точнее, с тем, куда его разложить. Посовещавшись, они с Хольтом принесли мне целый ворох симпатичных деревянных туесков, оставшихся после какого-то праздника.

Я засучила рукава и, быстро перемыв их, аккуратно разложила варенье. Получилось ровно шестнадцать штук, которые я и расставила на прилавке.

Окинув их довольным взглядом, я потёрла ладони. Повертела головой. Людей сегодня не так, чтобы очень много, а к моему столику вообще подходят единицы. И то, в основном, чтобы просто поболтать, узнать, как зовут и кто я такая.

Бодро рассказываю об Элизабет Брайт и даже, в порыве вдохновения, сообщаю, что прибыла из Кадернии — северной провинции нашей страны.

Даже Гленды не видно! А её я бы с удовольствием угостила вареньем…

Не видно и Седрика. Хотя с чего бы ему тут проходить? Мы с ним уже всё обсудили…

И всё же чувствую какое-то подспудное разочарование от его отсутствия.

Проходит полчаса — судя по часам на столбе неподалёку. Варенье по-прежнему никого не интересует. Больше интересует моя персона.

Вздыхаю и опираюсь локтями на столик. Неужели так и придётся вернуться в Гленмур несолоно хлебавши? То-то Тиб будет потешаться.

И вдруг резко выпрямляюсь.

Мне показалось, или вокруг моего прилавка уже несколько раз прошли одни и те же люди? Что это такое: совпадение или…

Глава 23

Надо сказать, что мелькание этих людей меня здорово напрягает. Но ещё больший дискомфорт доставляет то, что, когда я пытаюсь разглядеть их поближе, проследить за тем, куда они идут, как они тут же растворяются среди случайных прохожих.

Будто чувствуют моё любопытство!

День понемногу движется к вечеру. Небо приобретает золотисто-рыжий оттенок, а в летнем воздухе уже веет прохладой.

Покупатели оживляются. К моему прилавку подходят уже более заинтересованные люди: дети, которым вдруг захотелось варенья и они притащили за руку родителей; бойкие старушки, вдруг возжелавшие чего-нибудь вкусного к чаю.

Я приветливо улыбаюсь всем и раздаю туесочки. Цену я поставила минимальную: пять медяков за штуку. Никогда раньше не занималась торговлей, но интуиция подсказывает мне, что в первые пора не стоит взвинчивать цену до небес. Так можно только отпугнуть.

Гора медяков на прилавке растёт, а количество туесков сокращается. Мысленно ликую: похоже, в первый же день получится распродать все! Надо срочно ставить вариться следующую партию варенья.

А что, если попробовать продавать не только варенье, но и дубовую кору? Благо, у меня ещё осталось много сухих веток, могу за ними слазать и набрать.

Если её измельчить, получится приличное количество. И мне останется, и на продажу — тоже. Буду продавать её в качестве краски для волос. К ней можно и оставшийся уксус замешать!

Вдохновение захлестывает меня. Принимаюсь азартно переставлять оставшиеся туески.

Так, до завтра ещё варенья сварить не успею… да и класть его некуда. Надо будет с утра спросить у Хольта, есть ли у него на примете какой-нибудь мастер резьбы по дереву. Или кто там для Гильдии делал туески? Договорюсь с ним, чтобы заказывать самой, а не мотаться к Хольту каждый раз, когда соберусь в торговые ряды!

Не удержавшись, глажу монетки пальцем.

Как раз на них и закажу. Только перед уходом сегодня надо будет ещё пройтись по рядам, поискать, где можно купить что-нибудь поесть…

Вдруг на мой прилавок падает тень, а над головой гремит голос:

— Ты что тут делаешь? Я тебя в первый раз вижу!

Вздрагиваю от неожиданности и поднимаю глаза. Ойкаю про себя.

Надо мной нависает грузный мужчина средних лет с обширной лысиной и внушительным пузом. Оно выпирает из-под тёмно-синего камзола, который угрожающе на нём топорщится.

— Здравствуйте, — растерянно говорю я, — мы знакомы?

— Нет, и мне это не нравится! — отрезает мужчина, и в его голосе гремит угроза. Меня охватывает очень нехорошее