Пламя и кровь - Джордж Мартин

любимое оружие. Хотя и заслуженно прославленный своим воинским мастерством, сир Гедмунд имел мало знаний или опыта касательно кораблей, поэтому его светлость также призвал знаменитого наемного капитана Неда Боба (прозванного Черным Бобом за густую черную бороду), чтобы служить Секире правой рукой и помогать ему советом во всех мореходных делах.

Положение на Ступенях, когда сир Гедмунд и Черный Боб подняли паруса, было, без преувеличения, хаотичным. Корабли Ракаллио Риндуна по большей части были сметены с моря, но он по-прежнему правил Кровавым Камнем, крупнейшим из островов, и несколькими островками поменьше. Тирошийцам почти удалось его одолеть, но Лис и Мир заключили перемирие и начали совместную атаку на Тирош, вынудив архонта отозвать корабли и мечи. Трехглавый союз Браавоса, Пентоса и Лората лишился одной из своих голов с отступлением лоратийцев, но пентошийские наемники удерживали все те острова Ступеней, что не были в руках людей Ракаллио, а боевые корабли Браавоса владели водами меж ними.

Вестерос не может надеяться на победу в морской войне против Браавоса, знал лорд Анвин. Целью его, заявил он, было положить конец разбойнику Ракаллио Риндуну и его пиратскому королевству и обеспечить присутствие войск на Кровавом Камне, дабы убедиться, что Узкое море никогда более не будет перекрыто. Королевский флот, состоящий из восьми новых боевых кораблей и около двадцати старых коггов и галей, никоим образом не был достаточно велик, чтобы исполнить это, посему десница написал в Дрифтмарк, поручив лорду Приливов собрать «флот вашего лорда-деда, и передать его под команду нашего доброго дяди Гедмунда, чтобы он мог вновь открыть морские пути».

Именно этого Алин Веларион желал уже давно, как и Морской Змей до него. Впрочем, прочитав послание, юный лорд ощетинился и заявил:

— Теперь это уже мой флот, и даже мартышка Бейлы лучше годится в адмиралы, чем дядюшка Гедмунд.

Все же он поступил согласно приказу, приведя шестьдесят боевых галей, тридцать ладей и более сотни больших и малых коггов навстречу королевскому флоту, отчалившему из Королевской Гавани. Когда огромный боевой флот миновал Глотку, сир Гедмунд отправил Черного Боба на флагман лорда Алина «Королева Рейнис» с письмом, назначавшим его командовать эскадрой Веларионов, «дабы извлечь пользу из его многолетнего опыта». Лорд Алин отослал его обратно. «Я бы вздернул его, — написал он сиру Гедмунду, — но мне жаль изводить хорошую снасть на бобы».

Зимой сильные северные ветры властвуют над Узким морем, поэтому флот совершил свое плавание на юг в кратчайшие сроки. С Тарта подошла дюжина весельных ладей, еще более пополнив их ряды, направляемая лордом Бриндемером Вечерней Звездой. Однако вести, что принес его светлость, были менее радостными. Морской владыка Браавоса, архонт Тироша и Ракаллио Риндун заключили сделку; они будут править Ступенями совместно, и лишь судам, получившим разрешение на торговлю от Браавоса или Тироша, будет дозволен проход.

— А что Пентос? — спросил лорд Алин.

— Не у дел, — сообщил Вечерняя Звезда. — При дележе пирога на троих куски выходят больше, чем когда его режут на четвертины.

Гедмунд Секира (которому было так худо во время плавания, что моряки прозвали его Гедмундом Немочью) решил, что десницу короля стоит известить о новом соглашении между воюющими городами. Вечерняя Звезда уже послал ворона в Королевскую Гавань, и Пик постановил, что флот останется на Тарте до получения ответа.

— Это лишит нас всякой надежды застать Ракаллио врасплох, — возразил Алин Веларион, но сир Гедмунд был непреклонен. Командующие разошлись в гневе.

На восходе следующего дня Черный Боб разбудил сира Гедмунда, чтобы сообщить ему, что лорд Приливов исчез. Весь флот Велариона ускользнул ночью. Гедмунд Секира фыркнул.

— Сбежал на Дрифтмарк, готов поспорить, — сказал он. Нед Боб согласился, назвав лорда Алина «испуганным мальчишкой».

Сильнее ошибиться они не могли. Лорд Алин увел свои корабли на юг, не на север. Три дня спустя, пока Гедмунд Секира и его королевский флот все еще простаивали у побережья Тарта, ожидая ворона, среди скал, утесов и запутанных водных путей у Ступеней началась битва. Атака застала браавосийцев врасплох, когда гранд-адмирал и четыре десятка его капитанов пировали на Кровавом Камне с Ракаллио Риндуном и посланцами Тироша. Половина кораблей Браавоса были захвачены, сожжены или потоплены, пока стояли на якоре или на причале в доках, остальные — когда подняли паруса и попытались сняться с якоря.

Битва не была бескровной. «Великий вызов», громадный дромон Браавоса на четыре сотни весел, пробился сквозь полдюжины меньших боевых кораблей Веларионов в открытое море, только чтобы встретить самого лорда Алина, надвигавшегося на него. Слишком поздно; браавосийцы попытались развернуться навстречу атаке, но тяжелый дромон был неуклюж и медлителен, и «Королева Рейнис», вспенивая воду всеми веслами, ударила его сбоку.

Нос «Королевы» врезался в борт большого браавосского корабля «словно огромный дубовый кулак», написал один из очевидцев позднее, расщепив его весла, проломив доски и корпус, обрушив мачты, разрезав массивный дромон почти надвое. Когда лорд Алин крикнул гребцам, приказывая дать задний ход, море хлынуло в зияющую рану, оставленную «Королевой», и «Великий вызов» затонул в считанные секунды, «а вместе с ним и раздутая гордость морского владыки».

Рисунок 74. Бой кораблей «Великий вызов» и «Королева Рейнис».

Победа Алина Велариона была сокрушительной. Он потерял три корабля на Ступенях (один из них, к несчастью, был «Верный сердцем» под командованием его кузена Дейрона, который погиб при крушении), потопив более тридцати и захватив шесть галей, одиннадцать коггов, восемьдесят девять пленников, огромные запасы снеди, питья, оружия и монет, а также слона, предназначенного для зверинца морского владыки. Вместе со всем этим лорд Приливов вернулся в Вестерос, а также с именем, что он будет носить до конца своей долгой жизни: Дубовый Кулак. Когда лорд Алин провел «Королеву Рейнис» вверх по течению Черноводной и въехал в Речные ворота на спине слона морского владыки, десятки тысяч растянулись вдоль улиц города, выкрикивая его имя и добиваясь хотя бы взгляда своего нового героя. Король Эйгон III сам появился в воротах Красного замка, приветствуя его.

За стенами, однако, была иная история. Когда Алин Дубовый Кулак вступил в тронный зал, молодой король