Пламя и кровь - Джордж Мартин

— Ты глупец, трижды проклятый глупец. Если бы я мог, то лишил бы тебя твоей чертовой головы.

У десницы была веская причина гневаться. Хотя шумная толпа приветствовала Дубового Кулака, дерзкое нападение их смелого юного героя поставило королевство в недопустимое положение. Пусть лорд Веларион и захватил множество кораблей Браавоса и слона, но он не взял ни Кровавый Камень, ни другие острова Ступеней; рыцари и солдаты, потребные для подобного завоевания, оставались на борту больших кораблей королевского флота, покинутых им у берегов Тарта. Уничтожение пиратского королевства Ракаллио Риндуна было главной целью лорда Пика; вместо этого Ракаллио, казалось, стал сильнее, чем когда-либо прежде. Война с Браавосом, самым богатым и могущественным из девяти Вольных городов, была последним, чего желал десница.

— Но именно ее ты дал нам, милорд, — прогремел Пик. — Ты дал нам войну.

— И слона, — дерзко ответил лорд Алин. — Умоляю, не забывайте о слоне, милорд.

Это замечание вызвало нервные смешки даже среди личной свиты лорда Пика, поведал нам Грибок, но десницу это не развеселило. «Он был не тем человеком, кто любит посмеяться сам, — говорит карлик, — и еще меньше ему нравилось, когда смеются над ним».

Хотя иные могли опасаться вызвать вражду лорда Анвина, Алин Дубовый Кулак был уверен в своих силах. Едва достигший зрелости и к тому же рожденный бастардом, он был женат на единокровной сестре короля, в его распоряжении была вся власть и богатство дома Веларионов, и он только что стал любимцем простонародья. Лорд-регент или нет, Анвин Пик был не настолько безумен, чтобы воображать, что может безнаказанно причинить вред герою Ступеней. «Юноши полагают себя бессмертными, — пишет великий мейстер Манкан в «Доподлинном изложении», — и всякий раз, когда молодой воин пробует пьянящее вино победы, предположение переходит в убеждение. Однако самоуверенность юности мало стоит против хитрости зрелых лет. Лорд Алин мог улыбаться упрекам десницы, но вскоре он получит все основания страшиться его воздаяний».

Манкан знал, о чем пишет. Семь дней спустя после триумфального возвращения лорда Алина в Королевскую Гавань его чествовали роскошной церемонией в Красном замке, за которой наблюдали король Эйгон III, восседавший на Железном троне, двор и половина города. Сир Марстон Уотерс, лорд-командующий Королевской гвардии, посвятил его в рыцари. Анвин Пик, лорд-регент и десница короля, возложил золотую цепь адмирала на его шею и вручил серебряную копию «Королевы Рейнис» как символ его победы. Сам король спросил, согласен ли его светлость служить в Малом совете мастером над кораблями. Лорд Алин с почтением согласился.

«И тогда пальцы десницы сомкнулись на его горле, — говорит Грибок. — То был голос Эйгона, но слова Анвина». Его верных подданных на Западе долгое время тревожили грабители с Железных островов, объявил молодой король, и кто лучше наведет мир в Закатном море, чем его новый адмирал? И Алин Дубовый Кулак, этот гордый упрямый юнец, обнаружил, что у него нет иного выбора, кроме как согласиться повести свой флот вдоль южной оконечности Вестероса, чтобы отбить Светлый остров, и положить конец угрозе лорда Дальтона Грейджоя и его железнорожденных.

Ловушка была расставлена искусно. Опасное плавание грозило тяжелыми потерями флоту Велариона. Ступени кишели врагами, которых было не застать врасплох во второй раз. За ними лежали бесплодные берега Дорна, где лорд Алин не смог бы найти безопасной гавани. В Закатном море же лорда Алина со своими ладьями поджидал Красный Кракен. Если бы железные люди одержали верх, сила дома Веларионов была бы сломлена раз и навсегда, и лорду Пику никогда больше не пришлось терпеть наглость мальчишки, прозванного Дубовым Кулаком. Если бы лорд Алин победил, Светлый остров был бы возвращен его законным хозяевам, Западные земли освобождены от дальнейшего произвола, и лорды Семи Королевств узнали бы цену неповиновения королю Эйгону III и его новому деснице.

Покидая Королевскую Гавань, лорд Приливов подарил своего слона королю Эйгону III. Вернувшись в Халл, чтобы собрать свой флот и запастись провиантом для долгого путешествия, он попрощался с женой, леди Бейлой, которая проводила его в путь поцелуем и известием о том, что она ожидает дитя.

— Назови его Корлисом в честь моего деда, — сказал ей лорд Алин. — Однажды он может сесть на Железный трон.

Бейла рассмеялась.

— Я назову ее Лейной, в честь моей матери. Однажды она может оседлать дракона.

Как известно, лорд Корлис Веларион совершил девять знаменитых плаваний на своем «Морском змее». Лорд Алин Дубовый Кулак совершит шесть на шести разных судах. «Мои леди», как он будет их называть. В свое путешествие вокруг Дорна до Ланниспорта он отплыл на браавосской боевой галее в двести весел, захваченной на Ступенях и переименованной в «Леди Бейлу» в честь его молодой жены.

Кому-то может показаться странным, что лорд Пик отослал крупнейший флот Вестероса во время угрозы войны с Браавосом. Сир Гедмунд Пик и королевский флот были отозваны с Тарта к Глотке охранять проход в Черноводный залив, если бы браавосийцы решили отыграться на Королевской Гавани, но другие порты и города вдоль всего Узкого моря оставались уязвимыми, поэтому десница направил одного из регентов, лорда Манфрида Мутона, в Браавос, дабы провести переговоры с морским владыкой и возвратить ему слона. Шестеро других знатных лордов сопровождали его вместе с шестьюдесятью рыцарями, гвардейцами, прислужниками, писарями и септонами, шестью певцами… и Грибком, который предположительно укрылся в винном бочонке, дабы избежать уныния Красного замка и «найти место, где люди еще помнят, как надо смеяться».

Тогда, как и ныне, браавосийцы были прагматичным народом, ведь их город — город беглых рабов, где почитают тысячу ложных богов, но истинно поклоняются лишь золоту. Среди сотни островов прибыль значит больше гордости. По прибытии лорд Мутон и его спутники восхитились Титаном и были отведены в легендарный Арсенал, чтобы увидеть воочию постройку военного корабля, оконченную в один день.

— Мы уже заменили все корабли, которые украл или затопил ваш мальчишка-адмирал, — похвалился морской владыка лорду Мутону.

Однако, продемонстрировав мощь Браавоса, он более чем желал быть умиротворенным. Пока он торговался с лордом