Северная сага. Конунг и воевода - Вячеслав Калинин

Но Кречет так просто сдаваться не собирался. Поэтому он исхитрился подняться в полный рост и прыжками добраться до щелястой двери, чтобы постараться оглядеться.

В последних лучах солнца видно было, прямо скажем, совсем немного. Часть двора с идолами посередине, да какие-то строения на дальнем краю площади. Одно из них, надо думать, банька по-черному. Из узких продухов, что под крышей, и маленьких квадратных окошек, дым валил. В подтверждение предположения Кречета, из дома выскочил голый волосатый и бородатый мужик, немолодой уже и совсем седой, и прыгнул в огромную кадушку с водой, стоящей прямо у крыльца. От красного разгоряченного тела повалил пар. Через мгновение, весело визжа, к мужику присоединились две девки, выскочившие вслед. Естественно, тоже голые.

«Веселятся, заразы!» — Ратибор мысленно сплюнул от досады и продолжил разглядывать двор.

Там кипела обычная деревенская жизнь. Кто-то дрова рубил, кто-то набирал в деревянные ведра воду из колодца, кто-то у кострища суетился, крутя вертел с поросенком над углями.

Женщины только молодые на дворе видны, это Ратибор сразу приметил. Среднего и старшего возраста их нету вовсе, что странновато. И детей нет совсем. Это вообще ни в какие ворота. Не бывает так в деревнях. Так что, не обычная это деревня, а именно капище. А мужик, что купается в кадке, похоже, главный здесь. Вон, к нему Борода подошел, учтиво поклонился и что-то вещает тихонько. При этом, периодически выразительно поглядывает на сарай, где разместили Ратибора и компанию, и тыкает рукой в ту же сторону. Ну точно, докладывает старшему о захваченных им пленниках.

Мимо двери лениво протопал молодой парень в легком кожаном доспехе, с сулицей в руках. К поясу пристегнуты ножны с кинжалом. Ага, это часовой пленников, то есть их, стережет. Ну, никто и не сомневался в этом.

Закончив купаться, седой полез из кадушки. К нему тут же подскочили двое крепких отроков, помогли выбраться. Один протянул большой льняной рушник — обтереться. Второй ждал с чистыми портками и рубахой в руках. Седой вытер тело и голову, оделся, не торопясь, в чистое, и проследовал к столу, размещенному на свежем воздухе. Именно проследовал — степенно, без суеты. Видно сразу, что он здесь хозяин. Отроки поспешно запалили светильники, размещенные на шестах вокруг стола.

Стол ломился от яств и напитков. Последним штрихом стал поросенок, который только и дожидался на вертеле, когда главный соизволит сесть трапезничать. Вертевший поросенка холоп в некрашеных одеждах, завидев шествующего хозяина, тут же схватил тушку, плюхнул ее на деревянное блюдо, подбежал, водрузил блюдо на стол и замер рядом в ожидании команд.

Тем временем, девки из кадушки тоже выбрались, правда, самостоятельно. Вытершись и нацепив платья, они подлетели к столу и принялись прислуживать седому — наполнили чашу каким-то питьем, накромсали ножами поросятины, наломали хлеба, поставив все это перед хозяином. Тот кивнул одобрительно, хлопнул одну из девок по крупному заду и принялся вкушать пищу. Делал он это с таким аппетитом, что у голодного Ратибора даже в животе заурчало.

Кречет, чтобы не дразнить себя, присел у двери, прислонившись спиной к стенке. Нечего там больше смотреть, увидел все, что смог отсюда разглядеть. И ничего пока не придумал для того, чтобы сбежать из заточения. Остается только ждать. Когда-нибудь за ними придут и, вероятно, развяжут. Седой наверняка захочет лично поговорить с пленниками. Вот тогда и можно будет попробовать предложить ему денег в обмен на освобождение его, Ратибора, или попытаться сбежать.

Кречет сам не заметил, как задремал.

* * *

Ратибор ошибся. За ними пришли, когда совсем стемнело — глубокой ночью. Ворвались сразу толпой, без разговоров похватали полусонных пленников и выволокли наружу. Там им развязали только ноги, и погнали прямо к идолам пинками и тычками сулиц в спины.

Деревянные истуканы выглядели жутковато в свете факелов, освещавших площадку. Отблески огня выхватывали их оскаленные рожи, которые навевали самые мрачные мысли.

Всех пленников привязали к четырем столбам, вкопанным неподалеку от главного кумира.

Жрецы собрались вокруг идолов. В освещенный светом факелов и светильников центр круга завели первую жертву — женщину средних лет. Ее притащили откуда-то с дальней части капища. Похоже, что это была рабыня, если судить по платью из простой дерюги. Платье, впрочем, с нее тут же сорвали, оставив женщину полностью раздетой.

Главный жрец поднес к губам несчастной чашу с какой-то жидкостью. Жертва попыталась сопротивляться, закричала, но удерживавшие ее помощники жреца просто зафиксировали ей голову, насильно разжали руками рот, и седой влил жижу из чаши. Женщина еще побрыкалась секунд десять, а потом обмякла и повисла на руках младших жрецов, пуская слюни и глупо улыбаясь.

«Одурманили ее этим пойлом» — сообразил Ратибор.

Седовласый, тем временем, вытащил короткий широкий нож с костяной рукоятью и занес руку для удара, целясь жертве прямо в грудь. Ратибор перестал смотреть на жуткое действо, сосредоточившись на том, чтобы попытаться ослабить путы, стягивающие руки.

Охранять привязанных пленников оставили лишь одного отрока с копьем в руках, который на своих подопечных даже не глядел, все внимание переключив на обряд жертвоприношения. Кречет воспользовался этим, начав активнее дергать запястьями и пальцами. Каким-то чудом, ему удалось освободить левую руку.

Жрецы, тем временем, умертвили уже вторую жертву — еще одну женщину-рабыню. Мерзкое действо сопровождалось многоголосым пением и стучанием в бубны. Шум стоял изрядный.

Покончив с несчастными женщинами, седой старикан, наконец, обратил внимание на Ратибора и его компанию. Всей толпой жрецы подошли к столбам с пленниками.

По знаку главного, с их ртов сорвали повязки.

Мороз тут же заорал во весь свой охрипший голос:

— Да ты знаешь, жрец, что с вами князь сделает, если с моей головы хоть волос упадет⁈ — возмутился он, еще не понимая, что это бесполезно.

— Не знаю и знать не хочу, — равнодушно усмехнулся седой старикан. — И князь твой тоже ничего не узнает. С тебя первого мы как раз и начнем. Берите его, жрецы! Этот уже готов встретиться с хозяином нашим, Чернобогом16!

Крепкие помощники главного жреца отвязали Мороза от столба, подхватили его и потащили к главному идолу. Мороз брыкался, пытаясь вырваться, громко кричал и бранился, пока кто-то из помощников не запихнул ему тряпку в рот.

Ратибор понял, что появился хоть какой-то шанс. Пока жрецы заняты своим обрядом, главным действующим лицом которого стал Мороз, у остальных пленников есть время на единственную попытку сбежать. Для этого нужно всего лишь развязаться, завладеть каким-нибудь оружием, перебить жрецов и перелезть через забор или открыть