Месть Серого Магистра - Вячеслав Михайлович Козырев

Санька совершенно потерял голову. Хотелось чего-то такого этакого, а чего, он не знал и сам. Душа желала размаха, да так чтоб гремело на всю округу.

«Цыган сюда, – пришла ему в голову шальная мысль. – С медведем, с прыжками через костер. Хотя откуда здесь цыгане. А может баньку? Во! Именно баньку: распариться, затем в ледяную воду и снова танцевать».

Санька остановился. Несколько парочек, захваченных танцем, врезались в него и, смеясь, полетели кружиться дальше. Маленькая фея обхватила его шею, заглянула в глаза и нежно прошептала:

– Потанцуем?

– Минутку, – улыбнулся Санька и перехватил пролетавшего мимо Тарагора. – Баньку сообразим?

– Что такое «баньку»? – переспросил эльф.

– Банька – это… это нечто волшебное, – пошевелил пальцами Санька и принялся старательно объяснять королю, что он имел в виду.

Тот внимательно выслушал и кивнул. Но договорить им не дали. Появилась королева в окружении фей, потянула богатыря за руку, и он снова окунулся в вихрь музыки. Рядом кружился Розочка. При этом он умудрялся становиться на колено и громко читать стихи. Незаметно подступила ночь, таинственный полумрак укутал поляну. Лица фей стали ещё прекрасней и загадочней.

Санька никогда не был большим любителем танцев и ужасно устал. Он чувствовал, что скоро испустит дух. Ноги стали понемногу отставать, задеревенела спина. Но музыка подгоняла, не давая остановиться ни на мгновение. Скрипач, закрыв глаза, самозабвенно выводил мелодию.

Алёна, проплывая мимо, успела заметить бледное лицо богатыря. Она резко остановилась возле скрипача и выбила скрипку из его рук. Эльфы замерли, а затем тихо опустились на землю.

Зато обессиленный парнишка попросту рухнул на траву. Рядом с ним распластался рыцарь.

– Интересно, от счастья умирают? – простонал он.

– Не знаю, – еле смог пошевелить языком Санька. – Если бы не королева, я бы точно протянул ноги. Этот музыкант – он что, железный?

Рядом на траву опустился король.

– Когда играет эльф-скрипач, то остановить его можно, только разбив скрипку. А вы молодцы, долго держались. Кстати, твоя банька готова.

Полузакрыв глаза, богатырь расслабленно лежал на лавке в предбаннике и тихо вздыхал от наслаждения. Тело стало невесомым, нигде ничего не болело, голова лёгкая и совершенно пустая, и сквозь дрему проскальзывала одна-единственная мысль:

«Хороша она, жизнь эльфячая. Вот тут бы остаться».

Он уселся, пошарил рукой под лавкой и, нащупав ковшик с элем, поднёс его ко рту и с удовольствием потянул холодненькое.

Невесомая рука легла Саньке на плечо. Рядом, слегка наклонив голову набок, стоял и улыбался Тарагор:

– Ты вчера куда-то собирался идти. Ещё не передумал?

Санька поморщился. Вот так всегда: только устроишься, начнешь думать о чем-нибудь хорошем, как тебя сразу посылают. Спрашивается, зачем тащиться неизвестно куда, искать своенравную дочку исторически совершенно неизвестного царя, которая решила выскочить замуж и о нём, скорее всего, ни разу не вспомнила? Раз судьба привела его в эту замечательную страну, так зачем морщить лоб, как барышник на базаре, и требовать товар лучшего качества.

Стукнула дверь, и в дверь ввалился рыцарь.

– Давайте присоединяйтесь, сейчас я парку добавлю, – обрадовался Санька, юркнул в баню, плеснул на каменку ковшик воды и выскочил обратно. – Ну, кто самый смелый?

Розочка решительно разделся, шумно выдохнул и шагнул внутрь. Через пару минут эльф сунул нос в парилку и увидел рыцаря, который, словно камбала, судорожно хватая воздух раскрытым ртом и плотно прижимаясь к полу, медленно, но упорно полз к выходу.

От этого потрясающего зрелища король невольно попятился.

– Знаете, я, пожалуй, сначала пойду похлопочу насчет завтрака, – пояснил он и тихо исчез.

Следом появился Розочка и тоже выскользнул за дверь. Санька скептически хмыкнул и опять завалился на лавку.

Лучше бы он этого не делал. Словно тысячи раскаленных иголок впились ему в бок. От дикой боли он завопил дурным голосом и, словно лещ на сковородке, подлетел вверх. Ковшик опрокинулся, и липкая жидкость залила ему лицо. Санька козлом скакал по предбаннику, пытаясь одной рукой протереть глаза, а другой крепко зажимая горевшую огнем бочину. Наконец ему удалось разлепить веки, и он принялся крутить головой, пытаясь понять, какая зараза его укусила. Но, увидев, кто это сделал, богатырь тотчас забыл про свою боль.

Прямо перед ним, выгнув спину, стоял разъярённый Кот Баюн и шипел, словно раскалённая каменка, на которую вылили сразу много воды.

– Баюша, – расцвёл парнишка. – Живой. А я так волновался. Давай по стаканчику по случаю чудесного спасения, а ты расскажешь, как сумел проскочить и сюда добраться.

Он попытался погладить кота, но, увидев, что тот продолжает злиться, опасливо отодвинулся.

– Ты, часом, не заболел? На своих бросаешься. Бешенство, говорят, заразно.

– Зато не будешь киселем разлёживаться, – сухо отрезал кот.

Он вытащил из-за спины большие часы-ходики, сунул их прямо под нос Саньке и спросил:

– Кукушка, кукушка, сколько времени осталось, чтобы царевну отыскать?

Часы больно ударили паренька гирькой по лбу, и из окошка выскочила кукушка.

– Ку! – ответила она и скрылась.

– И всё? – оторопел богатырь.

– И всё, – подтвердил кот. – До полуночи всего ничего, а мы до сих пор не знаем, где Василиса.

– Так я сразу отсюда и собирался идти, – принялся оправдываться Санька. – Чесслово. Только присел, штаны надеть, а тут ты. И вместо того, чтобы разобраться, когти распустил.

– Помолчи. С каких это пор ты решил, что меня вокруг пальца обвести можешь? – буркнул Баюн. – Времени мало, а хорошего ещё меньше. У меня никаких новостей. Местный народ очень подозрительный, на расспросы не отвечает. То ли дело у нас: расскажут, покажут и в придачу до места доведут. Поэтому, полагаться придётся только на себя да на волю случая. Живо собирайся.

Санька быстренько оделся и вышел из баньки. Прямо перед ним на траве сидел рыцарь и с отсутствующим видом смотрел на небо.

– Здесь неподалеку одна дева проживает, – пояснил он, заметив удивленный взгляд. – Грустно ей и одиноко. Хочу посвятить ей сонет.

– Ох, не доведут тебя стихи до добра, – покачал головой богатырь. – Я ухожу.

– Свою деву искать?

– Да.

– Я с тобой. Как обещал.

– Тогда пошли с эльфами попрощаемся

Они вышли на поляну, где стоял накрытый стол. С противоположной стороны показались король с королевой.

– Спасибо за гостеприимство, – поклонился им парнишка, – но мы должны идти.

– Что, банька не удалась? – забеспокоился Тарагор.

– Да нет, банька замечательная, просто мы загостились, пора и честь знать, – ответил Санька. – Кстати, познакомьтесь: мой друг Баюн, очень умный кот.

– Позвольте, но откуда он взялся? – нахмурился король. – Мои подданные ни о каких посторонних котах не докладывали.

– Ваше величество, – прижал к груди лапы Баюн. – Приношу самые искренние извинения за непрошеное вторжение. Очевидно, на такое маленькое животное, как я, ваши люди не обратили внимания.

– Предположим, – нехотя согласился Тарагор. – Но мне такие сюрпризы больше не нужны.

– И не будет, – вступился за друга богатырь. – Мы сейчас уходим. Один вопрос: в ваших краях не появлялась заколдованная царевна?

– Не слышал, а в чём дело?

Санька уселся за стол и выложил всю историю от таинственного исчезновения Василисы до перехода через Волшебные горы.

Эльф внимательно слушал рассказ, а когда он дошел до странной твари, покачал головой.

– Это Гигантский Червь. С незапамятных времён живет в горах и нападает на путников. Совершенно не переносит солнечного света, и даже малейшая искорка выводит его из себя, а от блеска колечка, похоже, и вовсе рассвирепел. Хотя, я думаю, это тебя спасло. Обычно Червь бесшумно ползет следом за своей жертвой, а затем резким броском набрасывается на неё. Оберег заставил его нервничать, и ты сумел ускользнуть.

– А почему гномы меня не предупредили? Хотели, чтобы эта тварь меня сожрала?

– Не думаю. Гномы – народ практичный и просто так ничего не делают. Скорее всего они надеялись, что ты сумеешь справиться с опасной тварью. Посуди сам: ты победил Огра, у тебя на руке сверкает волшебное колечко, так