Игра 1. Лиз - Tina Jay Rayder

морем был не декорацией. Он был продолжением хозяина. А здесь... здесь все было похоже на улыбку человека, который пытается тебе понравиться ради своих целей.

И от этой мысли у меня по спине пробежал холодок.

Значит, я права.

Значит, все это не просто гостеприимство.

В столовой — или, черт его знает, как называется помещение размером с пол-общежития, где один стол длиннее некоторых улиц в моей станице, — меня усадили напротив блюда с едой, от одного вида которой мне окончательно стало ясно: да, убивать пока не будут. Потому что никто не тратит столько сил на сервировку для человека, которого собирается грохнуть в ближайшие пять минут.

Напротив сел он.

Тот самый светловолосый.

Смотрел вежливо. Почти ласково. И молчал. Не давил. Не лез в душу. Не торопил.

Умно.

Очень умно.

Я взяла вилку. Отрезала кусок мяса. Попробовала. Вкусно. Да что ж за день такой, когда даже у потенциальных врагов отличная кухня.

Мы молчали недолго. Я вообще-то терпеливая, когда надо. Но не настолько.

— Итак, — сказала я, отложив вилку. — Давайте все же с начала. Кто вы?

Он улыбнулся.

Не широко. Не зло. Просто так, будто ожидал именно этого момента.

— Ты умная, — сказал он. — Это чувствуется сразу. Даже жаль, что мы познакомились при таких обстоятельствах.

Мне это уже очень не нравилось.

— Имя, — напомнила я.

Он чуть наклонил голову.

— Дмитрий.

Холод прошелся по позвоночнику с такой скоростью, что на секунду у меня даже дыхание перехватило.

Конечно.

Ну конечно.

Кто еще?

Прекрасный принц, мать его.

Повелитель Разума собственной персоной.

Я не знаю, что в этот момент отразилось у меня на лице, но Дмитрий явно насладился. Совсем чуть-чуть. Едва заметно. Но я увидела.

— Так, — сказала я, стараясь не выдать голосом ничего лишнего. — Теперь многое стало чуть менее приятно.

— А я думал, наоборот, — мягко отозвался он.

— Нет. Наоборот было бы, если бы вы сказали, что просто мимо проходили.

Он тихо рассмеялся.

Честное слово, будь он чуть менее опасен, я бы даже оценила. У него был хороший смех. Непротивный. Не мерзкий. И это, кстати, тоже бесило. Потому что жить становится проще, когда враг однозначно отвратителен. А когда он сидит напротив тебя в бело-золотом великолепии, с тонкими руками, ясными глазами и голосом, который вполне мог бы понравиться кому угодно... это уже почти подлость.

— Где Джей? — спросила я резко.

Он посмотрел на меня очень внимательно.

— Вот это и есть твой первый вопрос?

— Да.

— Интересно.

— Не играйте со мной.

— А кто сказал, что я играю? — спросил он все так же мягко.

Я стиснула зубы.

Вот она — его Способность. Не только в том, чтобы лезть в чужую голову. Еще и в том, чтобы говорить так, будто нож тебе в живот не втыкает, а просто уточняет погоду на завтра.

— Тогда отвечайте.

— Его здесь нет, — сказал Дмитрий. — И, если он не совсем потерял осторожность, в ближайшее время и не появится.

У меня чуть отлегло.

Совсем чуть-чуть.

Но это уже было хоть что-то.

— Хорошо, — сказала я. — Следующий вопрос: зачем я здесь?

Дмитрий откинулся на спинку кресла. Долго смотрел на меня. И чем дольше он смотрел, тем сильнее во мне шевелилось неприятное ощущение — будто пальцами трогают нерв, не касаясь кожи.

— Ты забавная, — сказал он наконец. — Сама не замечаешь, как много думаешь вслух.

Я похолодела.

Нет.

Не так.

Только не это.

— Ты...

— Да, — спокойно перебил он. — Повелителем Разума меня назвали не за красивые глаза. Хотя, согласись, глаза у меня действительно хороши.

Я не ответила.

Смотрела на него и чувствовала, как внутри поднимается не страх даже, а злость. Потому что когда тебе лезут в голову — это хуже, чем когда лезут под кожу. Под кожу хотя бы можно ударить в ответ.

— Не смотри так, — сказал он. — Тебе не идет ненависть с утра.

— А что мне идет? — процедила я. — Быть удобной пленницей?

— Нет. — Он подался чуть вперед. — Мне, например, идет любопытство.

И вот в этот момент я поняла, что он действительно злится.

Не внешне.

Не лицом.

Но внутри — да.

Потому что если бы он читал меня так же легко, как остальных, он бы уже давно не разговаривал со мной так. Уже знал бы все, что я думаю. А вместо этого — проверяет, щупает, подбирается, улыбается. Значит, что-то не работает. Значит, я для него не открытая книга.

И, видимо, именно это сводит его с ума.

Я усмехнулась.

— Что с вами не так? — спросил он тихо. И в этой тишине уже не было никакой ласки.

— О, — сказала я, — вы даже не представляете, насколько хороший вопрос сейчас задали.

Он резко встал.

Красиво встал, конечно. Даже в ярости эта светловолосая гадость умудрялась выглядеть так, будто его рисовали специально для парадных портретов.

— Какова твоя Способность? — спросил он.

— Понятия не имею, — честно ответила я. — Кажется, что-то с иллюзиями. Может быть. Мне сказал Джей.

— Ты не знаешь? — в его голосе прозвучало такое неверие, что я чуть не расхохоталась.

— Представьте себе. Браслет до сих пор молчит, как обиженная кошка. Так что приходится жить в режиме “сюрприз”.

— Интересно... — протянул он.

А вот это мне уже совсем не понравилось.

Потому что, когда такие люди говорят “интересно”, ничего хорошего после этого обычно не происходит.

— Слушайте, — сказала я, стараясь, чтобы голос звучал спокойно, хотя хотелось встать и отойти подальше, — давайте сэкономим друг другу время. Я вас уже не люблю. Вы меня, подозреваю, тоже. Так что, может, сразу перейдем к сути?

Он усмехнулся. На этот раз жестче.

— Суть проста, Лиз. Ты — отличная приманка.

В груди что-то неприятно сжалось.

Ну да.

Конечно.

Я и сама это понимала. С той самой секунды, как очнулась здесь, понимала. Просто не хотелось признавать вслух.

— Для него, — сказал Дмитрий, и мне не нужно было уточнять, о ком речь. — Для Джей. Он придет, если ты будешь в опасности.

Я покачала головой.

— Нет.

— Да.

— Вы его не знаете.

— Я знаю его лучше, чем ты.

Вот здесь он попал.