Империя Семи Мечей - Самир Рамазанов

худого, измазанного в коровьем навозе оборванца ничтожного двадцать восьмого уровня, а какого-нибудь древнего, восставшего из пепла демона, способного одним лишь мимолётным взглядом испепелить половину Империи Семи Мечей.

Эндрик угрюмо посмотрел сначала на одного стражника, затем перевёл взгляд на второго.

— Слушайте… уважаемые, а вы вообще в этих своих консервных банках разговаривать умеете? — хмуро поинтересовался он.

В ответ — мёртвая тишина. Повозку снова ощутимо тряхнуло на крупном булыжнике.

— Нет, ну серьёзно. Мы уже часа два едем в этой душегубке. Дорога дальняя, скучно. Можно же было хотя бы для проформы познакомиться, — попытался пойти на контакт Эндрик.

Никакой реакции, шлемы даже не шелохнулись. Эндрик несколько секунд терпеливо ждал, глядя на узкие прорези забрал.

— Ладно. Глухой номер. Раз вы такие буки, тогда я сам расскажу вам одну поучительную историю, — он специально заговорил громче, отчётливо чеканя слова, чтобы пробить толстый слой звукоизоляции шлемов: — Короче, когда-то давно один сказочный идиот решил в соло пройти хардкорный данж…

Один из рыцарей Хаоса даже головы в мою сторону не повернул.

— …ну, шёл он себе, шёл, крутой такой, — продолжал Эндрик, криво усмехаясь. — А потом внезапно оказалось, что это вообще-то был элитный рейд, рассчитанный минимум на пятьдесят сыгранных человек…

Снова гробовое молчание, нарушаемое лишь скрипом осей.

— …короче, финал у истории короткий и грустный. В итоге этого самоуверенного идиота просто сожрал дракон на респауне. Конец.

Ничего. Ни единого смешка.

Эндрик тяжело, мученически вздохнул, утыкаясь носом в воротник худи.

— Какие же вы всё-таки скучные статисты… — пробурчал он.

Он бессильно прислонился затылком к жёсткой деревянной стенке повозки. Глаза после пережитого на кладбище стресса сами собой мучительно закрывались, утягивая в сон. Если бы не тяжёлые, въедающиеся в кожу цепи на руках и каждая чертова выбоина на этой проклятой имперской дороге, он бы уже давно отключился. Но стоило ему начать проваливаться в блаженное небытие…

БУМ!

Очередное колесо телеги с размаху попадало в глубокую дорожную яму. Эндрик испуганно открывал глаза, дёргаясь всем телом.

— Боже… Я так даже в Питере перед финальными экзаменами в универе не мучился, — обречённо выдохнул он.

Он опустил хмурый взгляд на свои руки. Толстые, матово-чёрные кандалы плотно, без малейшего зазора охватывали запястья. Металл этих оков выглядел пугающе странно. Это было точно не обычное железо и не кованая сталь. Поверхность скоб была почти матовой, поглощающей свет, а по ней непрерывно, ломаными линиями лениво двигались тонкие серебристые руны, складываясь в неизвестные магические символы и тут же распадаясь обратно в пиксельную пыль.

Именно после того, как Мартин со своей ухмылкой защёлкнул на нём эти оковы… его личная Система исчезла.

Совсем. Никаких всплывающих окон. Никаких характеристик. Никакого золотистого интерфейса Изгоя. Вообще ничего. Будто её никогда в его голове не существовало, а три года игры были просто сном.

За время этой бесконечной дороги Эндрик уже десятки раз мысленно, до боли в висках пытался вызвать привычные геймерские панели.

«Статус».

Абсолютная пустота.

«Инвентарь».

Глухая тьма.

«Система».

Никакого ответа от ядра.

Даже мысленный, отчаянный вызов классовых навыков Изгоя не давал ровным счётом никакого результата. Эндрик нахмурился, чувствуя, как глубоко в груди разливается неприятный, леденящий холод. За короткое время после попадания в этот мир он настолько сильно успел привыкнуть к этим удобным виртуальным окнам и полоскам ресурсов, что теперь их отсутствие ощущалось почти как реальная физическая травма. Словно человеку внезапно, грубо завязали глаза плотной чёрной тканью.

Он больше не видел собственного левела. Не видел характеристик силы или ловкости. Не видел заблокированных навыков. Не знал точный запас маны. Даже базовая полоска HP исчезла из левого угла обзора. Если сейчас один из этих молчаливых рыцарей просто встанет и со всей дури ударит его мечом в грудь, Эндрик даже не узнает, осталось у него десять процентов здоровья или один единственный хит-поинт. Пока окончательно не упадёт мёртвой тушей на солому.

— Очень, блять, удобно, — тихо пробормотал он под нос, криво кривя губы. — Спасибо за заботу, великая Система.

Он снова бросил угрюмый взгляд на серебристые руны оков.

— Интересно… а сколько вообще на аукционе стоят такие элитные противомагические игрушки?

Один из рыцарей конвоя неожиданно, глухо ответил из-под забрала:

— Дороже твоей никчёмной жизни, Изгой.

Эндрик медленно, со скрипом шеи поднял голову. Несколько секунд он заворожённо смотрел на неподвижный стальной шлем напротив. Затем на его измазанном в саже лице сама собой появилась слабая улыбка.

— Ого.

Рыцарь снова замолчал.

— Надо же, оно заговорило.

Никакой реакции, монолит доспехов.

— А я, если честно, уже грешным делом думал, вас вместе с этими железками прямо из кузницы Империи выпускают, как роботов.

Второй рыцарь у двери едва заметно, на пару миллиметров повернул шлем в его сторону. Эндрик это движение мгновенно зафиксировал своим задротским взглядом.

— Ага! Вижу! Этот правый почти засмеялся.

— Замолчи, арестант, — ледяным тоном оборвал его первый стражник.

— Ну, спасибо и на этом, начальник.

Эндрик снова устало откинулся затылком к деревянной стене клетки. По крайней мере, он хотя бы выяснил, что его суровая охрана разговаривать умеет и это не бездушные мобы. Уже какое-никакое тактическое достижение в его логе.

* * *

Ещё через несколько минут повозка конвоя резко, со скрежетом тормозов остановилась. Эндрик от неожиданности едва не съехал задницей со скользкой деревянной скамьи прямо в солому. Снаружи сразу послышались громкие, лающие команды офицеров. Панически, хрипло заржали кони, почуяв запах гари. Затем донеслись тяжёлые шаги и протяжный, металлический скрип открывающихся ворот.

Эндрик судорожно повернулся к маленькому зарешёчённому окну клетки, прильнув к прутьям. И буквально застыл.

Вдали, насколько хватало взгляда до самого горизонта, возвышались стены. Нет, это были не просто стены. Самые настоящие исполины из ослепительно белого тёсаного камня. Огромные, неприступные укрепления опоясывали мегаполис на многие километры кругом. Массивные сторожевые башни уходили ввысь так высоко, что их остроконечные вершины временами полностью скрывались в низких свинцовых облаках. По широким крепостным стенам непрерывно, мерно двигались патрули Imperial Guard. На солнце слепящими искрами сверкали тысячи наконечников копий, а над главными башнями лениво развевались огромные, расшитые золотом флаги Великого Императора.

Эндрик ещё плотнее прижался лицом к холодным железным прутьям. Он узнал эту панораму с первого взгляда.

— Столица… — Слово само, помимо воли вырвалось из его груди.