Магия тыквенных огней - Катерина Глинистая

предложила попить чаю и пойти отдыхать. Катя хотела включить музыку, но динамики никак не могли найти телефон. Она включила радио, но из динамика все так же слышался лишь яростный треск. Лена встревоженно смотрела на радиоприемник. Сквозь шум прорвался обрывок фразы: «…охотятся… в ночи…» И снова шипение. Леша выдернул вилку из розетки.

Анна подошла к окну и застыла. В темном стекле за ее спиной стояла высокая тень. Она обернулась и не увидела в комнате никого, кроме своих друзей у стола. За окном послышался шорох, что-то резко царапнуло по стеклу. Ворон. Он сделал круг над двором и сел на куст перед окнами.

– Вы как хотите, но я бы уже пошла спать, – сказала Анна, плотно задергивая шторы.

Все согласились.

Пожелав друг другу спокойной ночи, они разошлись. В спальне Анна села на кровать. Возможно, они просто устали и переслушали страшилок, и воображение дорисовало тревожные картинки в их мыслях. Тогда это легко исправить хорошим и крепким сном.

Но что, если это не просто воображение? Что тогда? Ожившие страхи? Но почему только у Леши и Лены?

Анна посмотрела на свой рюкзак.

Она не притрагивалась к записной книжке лет семь. Нужно убедиться, что странные тени за окном не помешают им спать.

Она перечитывала сбивчивые и бессистемные записи раз за разом. Спустя час, когда ее саму начало клонить в сон, стало понятно – выход только один.

Вернуть то, что принадлежит всадникам.

* * *

Леша долго не мог заснуть. Он убрал всех пластиковых пауков, пока Лена была в душе. Выключил ночник в виде призрака. Но даже без него казалось, что в комнате что-то мерцало белым. Должно быть, свет полной луны пробивался сквозь шторы.

Он закрыл глаза, и тут же в тишине раздались шаги. Может, кто-то из девочек спустился попить воды на кухне? Шаги медленно приближались. Леша тихо лежал, ожидая услышать звук открывающегося крана и шум воды.

Но этого не произошло. Шаги стихли.

Леша выдохнул и устроился удобнее. Уже находясь на пороге сновидения, он услышал шепот.

«Леша…»

Он резко вскочил. Осмотрелся. Никого. Снова лег, и в нос тут же ударил знакомый противный запах одеколона.

Заснуть так и не получилось.

* * *

На рассвете Анна тихонько выскользнула из комнаты. Хорошо, что она не выложила записную книжку, теперь осталось только правильно воспользоваться информацией. Тихо спустившись по лестнице, она осторожно выглянула на кухню и увидела за столом Лешу.

– Доброе утро, – шепотом сказала она.

Он что-то буркнул в ответ. Пахло кофе. Леша сидел один, должно быть, Лена еще спала. Он смотрел в пустоту перед собой и поглаживал браслет часов.

– Эти часы… они принадлежали твоему отцу? – тихо спросила она.

Леша слегка кивнул.

– Да. – Он медленно поднес чашку к губам и сделал глоток. – Просто свои не мог найти.

Больше он не сказал ни слова, но по тому, как он избегал ее взгляда и теребил браслет, было ясно: эти часы были якорем, который тянул его в прошлое. По лицу, по усталым глазам было видно, что ночью его что-то беспокоило. Возможно, кошмары. Решив, что лучше оставить его наедине со своими мыслями, Анна сказала, что хочет прогуляться, и вышла из дома.

Воздух был чист и прохладен, но ночная тревога никуда не делась. Идя через двор, она думала про фобию Лены и кошмары Леши. Нечто усилило их. Сделало ярче. Реальнее. Но единственный способ усмирить их – вернуть то, что оно искало в ночи. То, что ускользнуло.

Анна вышла к кострищу. За спиной зашумели крылья. Ей не нужно было оборачиваться, чтобы понять: это ворон сел на калитку. Анна стояла в тишине, пока не увидела знакомую фигуру в черном дождевике.

Глеб Петрович стоял неподвижно, глядя на свой дом.

– Доброе утро, – сказала она.

Старик медленно повернулся. Его глаза были мутными, словно затянутыми дымкой.

– Доброе утро. Аня, да? – Он слабо улыбнулся. – Прохладно сегодня. Жена говорит, надо теплее одеваться.

– Пожалуй, она права. Вы давно тут? – спросила Анна, чувствуя, как по спине бегут мурашки.

– Нет, – покачал головой старик. – Так, прогуливаюсь. Дом-то пустой стоит. А тут машины незнакомые, люди ходят… Надо быть начеку. – Он помолчал, глядя на забор. – А ты что так рано? Не спалось?

– Вроде того, – честно призналась Анна. – В доме было… неспокойно.

– Бывает, – вздохнул Глеб Петрович. – Места тут старые. Много чего помнят. – Он снова посмотрел на свой дом. – Мне пора, знаешь ли. Надо вернуться к жене.

Он запнулся, и его лицо исказила гримаса боли и растерянности.

Анна собралась с духом. Все происходящее ночью действительно имело объяснение. Не самое простое. Но мозаика сложилась.

– Глеб Петрович, – выдохнула она, глядя ему в глаза, в мутную, потерянную глубину. – Скажите мне, когда вы умерли?

Старик не удивился, не испугался. Он лишь вздохнул, словно с него сняли тяжелую ношу.

– Месяц назад, дитятко. Прямо там, во дворе, – сказал он, указав на свой дом. – Сердце. Просто упал у забора – и все. А она в доме пила чай…

Его голос дрогнул.

– Я не могу ее одну оставить, понимаешь? Как же она без меня?

Анна понимала: это говорит не призрак, а заботливый муж, которого даже смерть не смогла остановить.

– Она беспокоится не потому, что одна, – мягко, но твердо сказала она. – Она чувствует, что вы еще здесь. Может, даже видит или слышит. Ей кажется, что она сходит с ума. Может, вы не заметили, но она явно не стала выглядеть лучше, так ведь? Она хотела бы, чтобы вы… двигались дальше.

Старик вздохнул. На его лице в свете солнца теперь уже явно проявилась мертвенная бледность.

– Понимаете, – продолжила Анна, – вам нельзя здесь оставаться. Они уже приходили и придут снова. Чем дольше вы здесь, тем ужаснее цена, которую заплатят живые. Вы же не хотите, чтобы кто-то пострадал?

Глеб Петрович с удивлением и страхом посмотрел на Анну. Подлетел ворон, сел на забор и стал внимательно разглядывать старика. Глеб Петрович оглянулся на свой дом, и в его глазах что-то дрогнуло.

Пелена спала. Он видел не просто дом, а место, где его любимая томилась в одиночестве, чувствуя его незримое присутствие, но не имея возможности его обнять.

* * *

После завтрака все начали собираться. Впереди была долгая дорога домой и новая рабочая неделя.

Анна забрала из спальни рюкзак и подошла к машине. На опушке леса, в исчезающих тенях ночи, неподвижно стояли высокие темные всадники и их псы. Один из всадников встретился с Анной взглядом и кивнул. Затем, как по команде, они развернулись и беззвучно растворились среди деревьев.

– Я часы забыл, – сказал Леша, шаря по карманам.

– Может, они в доме? Давай схожу? – отозвалась Лена.

Леша махнул рукой:

– Не стоит, все равно они ужасно натирали. Невелика потеря.

Анна не смогла сдержать улыбки.

– О, кто-то вчера соль рассыпал, – Катя закрыла калитку и подошла к ним, минуя костровую поляну.

Анна неловко пожала плечами.

Все выглядели усталыми, но настроение в компании улучшилось. Леша и Лена обнимались. С калитки за ними наблюдал