Последний поцелуй вдовы - Лисавета Челищева

— Я люблю тебя.

Он замолчал. На мгновение его веки сомкнулись, будто он впитывал звук этих трёх слов, а затем обнял меня так крепко, что воздуха стало не хватать.

Его шёпот обжёг ухо:

— Я люблю тебя... Моя баронесса. Прощай.

Река Лета лежала перед нами, серая и безмолвная. Мы разошлись без оглядки — он зашагал в сторону леса, я — к городу.

Я вошла в воду, ощущая, как холод обволакивает кожу. Один вдох — и я нырнула в мутную глубину. Вода сомкнулась над головой, унося с собой всё: его улыбку, тепло его рук, даже боль от расставания.

Когда я вынырнула, на берегу уже стояли всадники — десятки черных лошадей в доспехах, с эмблемой уробороса на плащах.

—...Кто вы? — прохрипела я, вытирая лицо.

Мне протянули руку, помогли выбраться. Без лишних слов меня подвели к карете, где за занавеской из чёрного бархата сидел мужчина в мундире с серебряными застёжками. Его пальцы перебирали документы с печатями змеиной цифры восемь.

— Марцелл ван Дейк, Главный Инквизитор по делам Великих Восьми Домов, — представился он, даже не подняв глаз. — Ваше присутствие здесь... неожиданно.

— Что вы здесь делаете? — спросила я, но он лишь поднял бровь.

— Лучший вопрос — что делаете здесь Вы у Туманной границы, баронесса Лорелей?

Я нахмурилась. В голове — пустота.

—...Я?

— Вы — Сандрина Лорелей, единственная наследница Пятого Дома. Должен вам сообщить темную весть. Сожалею, но ваши тётя и дядя были убиты мятежниками вчера ночью по дороге из Ониксмира в Дэсмур. Столица на грани бунта, и Совету Восьми нужен ваш голос в Атриуме, чтобы удержать равновесие.

Он говорил чётко, как читал бы доклад. Карета тронулась, а я смотрела в туман за окном, сжимая кулаки.

Странно... Я не помнила ничего. Ни убитых тёти и дяди, ни своего детства, ни титула, ни даже того, как выглядит Пятый Дом. Но сквозь пелену в голове всплыла лишь одна догодка: память была стерта намеренно.

Я не знала, что где-то в этом тумане леса, под сенью деревьев, шёл человек, который тоже ничего не помнил... но чьё сердце вечно билось и будет биться в такт моему.

Колесо и забвение

Всего на несколько часов — но хотя бы здесь, в царстве теней, я могла забыть, что вокруг лишь холодные стены и шепот заговорщиков. А теперь… теперь я засыпаю, чтобы вернуться к тебе.

Кто ты? Я не знаю. Но ты — единственное, что осталось рядом в этом проклятом месте. Я чувствую твой взгляд, когда брожу по ночным садам, когда плачу в подушку от одиночества. Если ты слышишь меня… Пожалуйста. Я так устала.

Чёрное платье, как смоль, облегает мои плечи. Ткань тяжела — будто впитала всю скорбь этого утра. Сегодня хоронят дядю Оберона и тётю Тимадру.

«Мятежники», — сухо сообщил мне Главный Инквизитор по делам домов аристократов неделю назад. — «Их карету атаковали на пути в Дэсмур».

Но я видела их тела сегодня утром. Слишком чистые разрезы на шеях. Слишком… профессиональные.

В зале собрались все: аристократы в траурных вуалях, советники с каменными лицами. И среди них — Виола, моя кузина, чьи глаза всегда сверкали презрением ко мне. Но сегодня…

— Сандри… — её голос дрогнул. Она сняла вуаль, и я увидела слёзы. Настоящие.

— Виола… Как ты?

— Они были… Я… я не знаю, что теперь делать, — прошептала она, сжимая мои руки. — Прости их. За всё… Если сможешь. И меня. Тоже прости.

Её муж, господин Артель, молча увел её, оставив меня в одиночестве.

Я обвела зал взглядом. Где же мои братья? Они гостили у тетушки Леи все это время, но должны были вернуться сегодня к обеду.

Выследив служанку, хватаю её за руку.

— Анатель? Ималдин? Где они?

— Их… их же час назад увезли в Мандирский Храм, миледи. Для… благословения.

— Что?.. Какого ещё благословения?

— Не знаю, миледи. Но то были люди с эмблемами Ордена Дахмы. Я думала, что Вас уведомили об этом.

Траурная процессия двинулась в сад. И тут — чья-то рука резко дёрнула меня в сторону, в тень кипарисов.

— Тише, дитя моё… — шепнул старческий голос.

Я резко обернулась, вглядываясь в незнакомца.

— …Вито?!

Мой старый дворецкий, лицо которого я не видела годами стоял перед мной.

— Я пришел предупредить. Совет Восьми решил связать близнецов с Колесом Времени. Сделать их… Нетленными. Забрать их годы и сделать их взрослыми.

— …Что?!.. Зачем?

— Так они смогут учесть их голоса в Атриуме в Ночь Черного Солнца. Они не могут ждать их полноценного взросления. Совет собирает голоса всех Великих Домов туманных земель. По пророчеству, первое пришествие их Владыки уже близко. Они торопятся набрать побольше слуг для него.

Мое сердце сжалось, как в тисках.

— Нет… только не это. Я думала, этого уже не делают со времен Черного мора.

Колесо Времени… Семь зажженных спиц, семь Эпох. Оно ткёт Великий Узор, определяя прошлое, настоящее и будущее. Нетленные — те, кого Колесо избирает, чтобы следить за соблюдением Узора. Они могущественны, Колесо дает им силы… но они забывают каждый свой прожитый год. С каждым поворотом Колеса их воспоминания стираются, а годы прибавляются. Они становятся пустыми сосудами, исполняющими волю системы.

— Мы должны остановить церемонию, — Вито сунул мне обсидиановый кинжал. — Пойдём скорее.

Мы перехватили экипаж, отправляясь на окраину города. Через час мы уже бежали к Мандирскому Храму, где вовсю лился хорал монахов. Где моих братьев готовили к забвению и мгновенному взрослению.

Я не позволю. Даже если ради этого придётся сжечь весь этот проклятый Храм.

Вито остановил меня у самых ворот, его голос — шёпот, смешанный с тревогой:

— Слушай внимательно, дитя. В храме три круга: внешний — для огнепоклонников, средний — для жрецов, внутренний — где проводят церемонии. Близнецов уведут во внутренний круг, где находится Святилище Колеса, под алтарём. Там будет семь чаш с огнём на спицах Колеса — погаси их, и ритуал прервётся.

— Как я войду внутрь незамеченной?

— Переоденься. Схвати одну из служительниц, скажи, что новенькая. Но будь осторожна — твои белые волосы… они слишком заметны.

Кивнув, я поспешила внутрь, стараясь не забыть о плане действий.

Я поймала девушку в красных одеждах, её лицо скрывала полупрозрачная вуаль.

— Я… новенькая. Мне нужна форма.

Она окинула меня взглядом, задержавшись на моих волосах и бледном лице.

— Кто тебя нанял? Ты же похожа на призрака. Но ладно… и такие нам нужны.

Она принесла мне наряд: длинный рукав из чёрного