Дом Фрэнка - Кей Синклер

Губы растягивает глупая улыбка, и я смотрю в безоблачно-голубое небо. Я это сделала, Фи. Без всяких заклинаний. Я и сама по себе на что-то способна.

Впрочем, стоит отметить, что под конец Вельзибел все-таки проснулась и плюнула в мою сторону огнем, но я успела увернуться – замешкайся хоть на секундочку, и мой прах пришлось бы высаживать рядом с твоим, Фи.

* * *

– Это что еще такое? – прохладно-снисходительно интересуется Оливия, когда я вношу яйца на кухню. Она по-прежнему опирается на трость, стараясь не нагружать левую ногу – та все еще перемотана. – Решила поразвлечься с Бел? – она наливает в кувшин воды из крана бака.

– Решила помочь еще хоть чем-нибудь, кроме круглосуточного чтения книг, – я пристраиваю яйца на стойку и закрываю кран. – А тебе стоило бы отдыхать.

– Я вполне в состоянии поработать, – Оли тянется за сковородками, развешенными над плитой, и ее трость падает на пол. Она так и замирает, поджав левую ногу, мучительно соображая, что сделать в первую очередь – поднять трость или все-таки попытаться дотянуться до сковородки.

– Ну-ну, работай, – я отступаю на шаг, скрестив руки на груди.

Оли что-то бурчит себе под нос и прыгает на правой ноге за укатившейся тростью, а потом возвращается к плите и тянется за сковородой.

– Возможно, на готовку у меня сейчас уходит чуть больше времени, но я устала беречься. Нужно превратить деревья, что остались в Розовой роще, в доски и доставить их сюда. Починить генератор. Фрэнк уже весь свой волчий хвостишко измочалил, занимаясь ремонтом, а это мое дело…

Я встаю на цыпочки и снимаю сковородку, до которой Оли никак не может достать.

– Тогда позволь мне помочь. Ты пострадала, защищая общий дом. И тебе нужно полностью восстановиться, – я передаю ей сковородку. – Так что уступи мне дежурство по кухне.

Оли, погруженная в глубокие раздумья, разжигает конфорку.

– Тебе нельзя. Фрэнк говорит – ты занята важной работой, – говорит она совершенно беззлобным тоном, но мне все равно становится совестно.

– Последние два дня я только и делаю, что читаю старые пыльные книги. Мне нужно заняться чем-то еще, – я подхожу к морозильному ларю – тот почти пуст. – А куда подевалась вся еда?

Оли пожимает плечами, забирая со стойки куриные яйца, и по одному разбивает их в миску.

– Это все, что у нас осталось. Буря уничтожила сад. Мороузу нечего возить на рынок, но благодаря тебе мы сможем продать там яйца Бел. – Она взбалтывает белки и желтки и выливает их на раскаленную сковороду, а затем кивает в сторону буфета: – Раз ты все равно тут стоишь, достань буханку хлеба. Он не больно-то свежий, но лучше его съесть, пока не заплесневел.

Я выполняю ее просьбу и, отдавая буханку, замечаю, как Оли поджимает губы.

– То есть… все эти два дня ты сидела и читала книги? – Она не смотрит на меня, будто стыдясь собственного вопроса. – Именно это тебе поручил Фрэнк?

– В том числе, – отвечаю я. – Но это не все его поручение.

– Ясно, – Оли кивает – больше каким-то собственным мыслям – и переворачивает жарящийся омлет.

Какая-то она тихая сегодня. Гораздо тише, чем обычно. Я не помогала ей с работой по дому, и, наверное, она просто по уши в заботах…

– Давай я все-таки подменю тебя сегодня на кухне, – предлагаю я, – у тебя и так дел невпроворот, да и нога еще не зажила. Так бы я хоть немного тебя разгрузила…

Оли усмехается и откладывает лопатку.

– Ну как тут устоять, когда так просят? – она меряет меня взглядом снизу вверх. – Ты уверена, что справишься? Прямо-таки сама приготовишь и завтрак, и обед, и ужин?

– Конечно.

– Ну что ж… – Оли изгибает бровь, стаскивает с крючка возле плиты фартук, одним неуклюжим прыжком оказывается рядом, мягко заставляет повернуться спиной и надевает фартук на меня, а затем туго затягивает завязку на поясе.

– У Фрэнка аллергия на бананы, – дыхание Оливии щекочет мне загривок, – Мерри не любит малину, а Фил не притронется ни к одному блюду, в котором есть брокколи.

– Так Фил вообще к еде не притрагивается, – я оборачиваюсь и натыкаюсь взглядом на зубастую ухмылку дикарки. По спине бегут мурашки. Оливия – бессовестная насмешница.

– Мы стараемся угодить каждому. Увидимся за завтраком.

Она направляется к выходу, но возле двойных дверей останавливается:

– Сэйка, чем бы там Фрэнк ни занял вас с Игнацием, одно скажи – это опасно?

Сквозь напускную насмешливость на лице Оливии проступает тревога – и смотрится чужеродно и непривычно.

– Нет. Честное слово.

Не уверена, что Оли поверила мне.

– Что ж, ладно. С нетерпением буду ждать общего сборища. Приготовь что-нибудь повкуснее.

С этими словами она уходит.

Как же я ненавижу, когда приходится скрывать то, чем занимаешься. Понятно, что Фрэнк не просто хочет всех защитить, но и не втягивать. Только, кажется, домочадцы и сами не против втянуться. Не сомневаюсь, что та же Оливия первой кинулась бы ему помогать.

Через некоторое время – к тому моменту я успела нажарить гору омлета с луком, томатами черри и жареным хлебом, да еще отыскать несколько замороженных сосисок в ларе – на кухню заходит Фрэнк.

Он с удивлением смотрит на меня, а затем озадаченно замирает.

– А зачем я вообще сюда пришел? – чешет он в затылке.

– Вы любите выпить чашечку кофе с утра.

– Ах да, – Фрэнк смотрит на разложенные на стойке тарелки. – А что тебя привело сюда так рано?

– Я собрала оставшиеся яйца Бел, а потом подменила Оли на кухне. Она еще не до конца поправилась, хотя и не хочет это признавать.

– Какое, однако, у тебя насыщенное утро, – Фрэнк смотрит на кайму моего платья, и я опускаю глаза. Та слегка почернела и обуглилась от пламени Бел. Тьфу ты, теперь у меня осталась только одна смена одежды.

– Спасибо за помощь, Сэйка, но я бы предпочел, чтобы ты помогала не мне, а Игнацию. – Он заглядывает в банку, некогда полную кофейных зерен. Сейчас там осталось буквально на пару чашечек. – Так, кофе тоже закончился…

– И не только кофе. У нас практически все закончилось. И я могла бы заниматься не только совместными исследованиями с Игнацием…

– Нет, Сэйка, тебе нужно…

– Это тоже важно, Фрэнк, – я подхожу ближе. – Ты хотел бы, чтобы мы сосредоточились на исследованиях, я знаю. Но и этот дом, и все, кто в нем живет, не менее важны. Не сидеть же всем голодными, пока мы ищем ответы на разные вопросы!

Фрэнк ставит пустую кружку на стойку.

– Пожалуй, ты права.