Последний поцелуй вдовы - Лисавета Челищева

Я разглядела львиную голову на трости — но это была львица. И за спиной великана стояла изящная фигура в серебряной полумаске.

— Матриархат? — прошептала я.

— Мудрость направляет силу, — парировал Амир. — Они всегда правят парой.

Третий тост поднял человек с бычьей головой на посохе.

— Дом Вола. Оксидар. Трудолюбие и выносливость. — Амир подал мне бокал с белым вином. — Они чинят мосты после каждой Войны Теней.

Когда очередь дошла до исполина с медвежьей шкурой на плечах, я заметила четырех детей, прячущихся в складках его плаща.

Амир замер, уставившись в алтарь.

— Дом Медведя. Эбермор. Возрождение жизни. Последние у Света.

Я пригубила вино, чувствуя его медовую сладость на языке.

— А темные дома? Где они?

— Ждут в Черной Галерее. Они не смешиваются со Светом... со времен Последнего Раскола.

— Когда это было?

— Двести лет назад. — он вдруг улыбнулся, и в этой улыбке было что-то древнее камней дворца. — Но времена не меняются, миледи. Только маски.

Мраморный холл встретил нас гулким эхом шагов. Стены, выточенные из молочного камня с прожилками золота, уходили ввысь, где своды терялись среди хрустальных люстр, свисающих, словно застывшие водопады. Тишина здесь была особого рода — не мертвая, а выжидающая, словно само пространство прислушивалось к нашим словам.

— Сожалею, но сопровождать вас в обитель Тьмы не смогу, миледи, — Амир склонил голову, и тень от его капюшона скрыла выражение лица. — Однако Дом Льва любезно согласился стать вашим провожатым.

— Почему не сможешь ты?

— Причина… банальна. — его пальцы сжали посох. — Мне запрещен вход в их владения. Сегодняшнее присутствие среди Светлых Домов — уже жест доброй воли с их стороны. Темные же… — он сделал паузу, подбирая слова, — весьма ревностно охраняют свои границы от чужаков.

— Поняла. — я провела ладонью по резному парапету, ощущая шероховатость древних символов. — Справлюсь.

— Если что-то пойдет не так, — его голос внезапно стал жестче, — львы встанут между вами и любой угрозой.

Я киваю. И вот уже Амир отступает в тень колонн, а ко мне приближается массивная фигура в львиной маске.

— Лорд Онис из Дома Льва, — представился он, и его голос напомнил мне рычание далекого грома.

— Вы всегда носите маски? — спросила я, отмечая, как позолота на его трости сверкает даже в этом приглушенном свете.

— В стенах Дворца — всегда. — его пальцы скользнули по голове львицы на набалдашнике. — Таков закон.

Мы двинулись вглубь здания. С каждым шагом свет мерк, а стены постепенно теряли позолоту, сменяясь черным мрамором с алыми прожилками.

Над аркой впереди висела табличка с выгравированными словами: «Оставь весь свет у этих врат»

Онис распахнул массивные двери, и нас окутал воздух, густой от аромата ладана. Длинный коридор уходил вниз, и с каждым шагом до нас доносились обрывки разговоров, поднимающиеся из глубин:

— Балансодержатель наконец явился. Давно мы не видели их, — прозвучал женский голос, старый, но язвительный.

— Возможно, на сей раз его вмешательство действительно необходимо, — ответил кто-то медлительный, растягивая слова.

— А разве когда-то не было? — язвительно парировала женщина.

— Ты же знаешь ответ. Для нас Баланс всегда был… скользкой темой. Особенно когда все лавры достаются верхним, — это уже шипящий шепот, полный яда.

— «Верхние» не значит «лучшие», Змей.

— О, да это именно то и значит!

Рык Ониса разорвал воздух, заставив стены содрогнуться:

— Молчание! Совет начинается!

Мы вышли в просторную галерею, и передо мной открылся зал, достойный кошмаров и легенд. Высокие колонны, обвитые черным плющом, поддерживали потолок, расписанный фресками падших ангелов. В центре стоял круглый алтарь из черного оникса, окруженный чашами с темно-красной жидкостью — вином или чем-то иным. В нишах вдоль стен мерцали факелы, отбрасывая кровавые блики на маски собравшихся.

И тут к алтарю вышел человек. Его мантия скользнула с плеч, а маска чуть съехала с лица, раскрыв лицо: гордый нос с горбинкой, темные, почти бездонные глаза и волосы, черные, как крылья…

— Дом Ворона к вашим услугам, миледи, — он поклонился с почтением.

Я замерла. Я же его уже видела. В зале мозаик, у символа Уробороса…

— Архидюк Даниш Фон Ур из графства Корвин, — проревел Онис, явно недовольный.

— Необычное имя, — заметила я, чувствуя, как взгляд Даниша изучает меня.

— Как и ваше положение, — он улыбнулся, подходя к стойке с напитками. Его пальцы обвили бокал, чья ножка была стилизована под змею. — Позвольте предложить вам вино?

"Не пей", — будто шепнул голос Амира в моей памяти. "Дом Ворона… Пятый среди Тьмы. Искусство обмана и двойственность. Остерегайся их."

Я вежливо приняла бокал, но не поднесла к губам.

Тут из тени колонн вышли две женщины. Первая — пожилая, с огненно-рыжими волосами, собранными в сложную прическу, украшенную черными булавками. Вторая — молодая, с седыми, туго заплетенными косами, ниспадающими до пояса.

— Какая честь, — заговорила старшая, кланяясь. — Мы слышали, что вы… особенная. Хранительница нашего Баланса.

— Да, — подхватила младшая, улыбаясь слишком широко. — Такая юная и уже столь властная.

— Дом Лисы приветствует Вас. — прогремел голос Ониса рядом со мной.

Я лишь кивнула, чувствуя фальшь в их словах.

Где-то в темноте раздался смешок.

Мой взгляд упал на мужчину, сидящего у колонны. Три змея обвивали его ноги, а его пальцы лениво гладили их гладкие головы.

— Балансодержатель, — прошипел он, не вставая. — Я бы поприветствовал вас, но мои ноги… отягощены моими советниками.

Онис зарычал, но я подняла руку, останавливая его.

— В следующий раз, — сказала я, глядя в желтые змеиные глаза незнакомца. — Уверена, это не последний мой визит.

Волчий Дом, как оказалось, отсутствовал. Никто не знал почему. Онис, явно раздраженный поведением Темных, предложил удалиться. Я согласилась.

Когда мы поднялись обратно в светлую часть дворца, Амир ждал у тех же колонн, будто не двигался с места.

— Ну как? — спросил он, и в его глазах мелькнуло что-то, похожее на беспокойство.

— Было интересно, — ответила я, бросая последний взгляд на темный коридор. — Но теперь мне нужен ваш совет.

— О ком именно?

— О Вороне. И о змее, что не пожелал встать.

Амир замер, затем медленно улыбнулся.

— Ах, архидюк Даниш… — его голос стал тише. — Он всегда играет. В дипломатии ему нет равных. Но змеи… — тут он нахмурился, — их лучше не тревожить. У них скверный характер.

Я кивнула, понимая, что впереди — долгая игра. И мой первый ход был уже сделан.

Тени служителей Дворца Советов скользнули по стенам, как беззвучные призраки. Они приблизились к Амиру, шепнув что-то на ухо, и исчезли так же быстро, оставив после себя лишь легкий запах ладана.

Амир повернулся ко мне, его глаза блестели в полумраке коридора.

— Мне переделали, что Ваш