Невеста в бегах. Хозяйка Запретных пустошей - Мария Минц

просто стоит и смотрит на меня так, будто решение действительно остаётся за мной. Но во взгляде его есть что-то такое, от чего я чувствую: он привык, что его предложения не оспаривают.

— Я… — начинаю я и повторяю. — Я даже не знаю… Может, не стоит? У меня же есть это платье, — я неловко дёргаю подол, — и оно… вполне подойдёт.

Слова звучат жалко даже для моих собственных ушей. Я опускаю взгляд, чтобы не видеть реакции Седрика, и тут же ловлю себя на мысли: боюсь ли я его осуждения или того, что он начнёт спорить и давить на меня?

Эван, кстати, терпеть не мог, когда я с ним спорила, и немедленно начинал настаивать на своём и давить на меня, делая всё, чтобы я согласилась. Если же я сопротивлялась, то он неизменно обижался, замыкался в себе и потом показательно дулся и не разговаривал со мной несколько дней подряд.

От этого воспоминания я морщусь и выжидающе смотрю на Драггана.

Но он не спорит.

— Подойдёт, — спокойно соглашается Седрик. Его голос звучит ровно, уверенно, без малейшей тени насмешки. — Но ты в нём явно не чувствуешь себя комфортно.

Я вздрагиваю, как будто он прочёл мои мысли.

— Я… — снова начинаю я, но слова ускользают. Боги, и почему я так робею перед ним сегодня? Не выспалась, что ли? Точно, не выспалась! Надо срочно взять себя в руки и прекратить мямлить. — Просто… неловко принимать от тебя такие подарки.

— Это не подарок, — прерывает он так, будто констатируя очевидное. — Это всего лишь платье для прогулки. Я не вижу повода делать из этого что-то большее.

Я поднимаю глаза, и встречаю его взгляд. Суровый, прямой… но при этом без давления. Он словно протягивает мне руку, давая возможность самой решиться.

— Силлмарк рядом, — продолжает он всё тем же невозмутимым тоном. — Мы быстро доберёмся. К тому же, я уверен: тебе будет интересно.

Его уверенность заразительна. Где-то внутри всё ещё шепчет гордость: «Нельзя. Это неприлично». Но рядом с этим шёпотом в груди гулко звучит другое: «Да соглашайся же, Джина!».

И, словно уловив мои колебания, Драгган добавляет:

— Расслабься, Джина. Это просто дружеский жест. Я искренне хочу сделать тебе подарок, который не обяжет тебя ни к чему.

Я колеблюсь ещё миг, затем, вздохнув, киваю:

— Ладно. Если ты настаиваешь…

На его губах появляется едва заметная тень улыбки, и почему-то именно эта сдержанная улыбка окончательно рушит все мои сомнения.

И вдруг я вспоминаю кое-что и спохватываюсь:

— Погоди-ка! Что значит, рядом? Он же стоит на берегу Серебряного моря! А я хоть и плохо знаю эти края, но уверена — отсюда до него — дни и дни пути! Как ты хочешь добраться туда быстро? У тебя какие-то особенные лошади или карета?

В глазах Седрика мелькает лукавство:

— А кто сказал, что мы поедем на карете?

Глава 43

Я не успеваю ничего ответить — воздух между нами вдруг теплеет и сгущается, словно от сильного жара. Вокруг разливается серебристое свечение, зыбкое и холодное, как озёрная гладь под лунным светом.

Сердце мгновенно сжимается: я чувствую, как волосы на затылке встают дыбом, а земля уходит из-под ног. Мир вспыхивает — и рассыпается.

Следующее мгновение — и я уже стою посреди широкой мостовой, залитой солнцем. Вокруг — шум, гул голосов, запах пряностей, соли и дыма. По улице снуют люди, перекликаются торговцы, повозки гремят по булыжнику, а где-то за домами слышен крик чаек.

Я тяжело дышу и сглатываю, чтобы успокоить бешеное биение сердца. Что это было?! Провожу рукой по волосам и чувствую, как по ним буквально брызгают потрескивающие разряды, похожие на крошечные молнии.

Ошеломлённо оборачиваюсь — позади нас ещё на секунду мерцает серебристое сияние, а потом растворяется в воздухе.

И тут только до меня доходит, что второй рукой я крепко вцепилась в ладонь Драггана! И он сжимает мою ладонь в ответ.

Вспыхиваю и осторожно разгибаю пальцы, хоть это и даётся мне с трудом. Седрик тоже отпускает меня, хоть, как мне кажется, и делает это с неохотой.

И вот что ещё потрясает меня: никто вокруг даже не удивился нашему появлению!

Пара прохожих мельком глянула в нашу сторону; мальчишка с корзиной фруктов едва не налетел на Седрика, но просто пробормотал извинение и побежал дальше. Торговка специями в ярко-оранжевом тюрбане громогласно расхваливает товар, будто ничего необычного не произошло.

Ни криков, ни испуганных взглядов — ничего. Словно появляться из воздуха в центре улицы тут — такая же обыденность, как здороваться с соседом!

— Это… — голос предательски дрожит. — Это Силлмарк?!

Седрик, стоящий рядом, кажется совершенно невозмутимым. Он небрежно сбивает с плеча невидимую пылинку и отвечает так, будто речь идёт о пустяке:

— Он самый. Главная торговая улица.

Я моргаю, потом ещё раз — просто чтобы убедиться, что всё это не иллюзия. Передо мной кипит жизнь — настоящая, шумная, яркая, пахнущая морем.

И какой разительный контраст со скромными, нет, скромнейшими торговыми рядами Дорка, которые теперь кажутся вообще бесцветными!

— Но как?.. — выдыхаю я. — Ты… ты же открыл портал!

Он слегка склоняет голову, поднимает бровь, словно услышав что-то ужасно интересное. Уголки его губ вздрагивают в лёгкой улыбке:

— Ну да.

— Но ведь это… — я запинаюсь, — это же очень редкое искусство! Я слышала, что такие колдуны на вес золота!

— Возможно, — спокойно отвечает Седрик. — Хотя я бы сказал, что это под силу каждому, кто владеет магией. Всё зависит от практики.

Его голос спокоен, почти ленив. Словно он только что не перенёс нас через полстраны, а просто открыл дверь в соседнюю комнату и вежливо пропустил меня вперёд.

Я стою, не в силах ни пошевелиться, ни придумать, что сказать. Платье, неудачная вышивка, стыд, утренние колебания — всё забыто. В голове только одна мысль:

“Он может открывать порталы!!” — вопит внутренний голос, как припадочный.

Только почему-то это осознание не пугает — наоборот. Оно вызывает странную, почти болезненную восторженную дрожь.

Личность Седрика становится всё более загадочной. Кто он на самом деле такой?! И что забыл в Дорке?

Драгган поворачивается ко мне. Его глаза иронически поблёскивают:

— Джина, если ты закончила удивляться, предлагаю выдвигаться. Нам ведь нужно купить тебе платье, не так ли?

Я только киваю, чувствуя, что голос сейчас просто не послушается.

— Эм… да, конечно, — выдыхаю я. Седрик галантно предлагает мне руку. Чуть поколебавшись, я беру его под руку, и мы отправляемся вверх по улице. Я стараюсь особенно не таращиться по сторонам, потому что боюсь,