Последний поцелуй вдовы - Лисавета Челищева

Я проскользнула сквозь щель в покосившемся заборе, и воздух вокруг меня наполнился запахом ржавчины.

В одном из окон первого этажа, словно одинокий глаз, горел тусклый свет. Я подкралась ближе, прижимаясь к стене, и осторожно заглянула внутрь.

Сцена, что предстала моему взору, заставила меня затаить дыхание.

Амир стоял посреди пыльного помещения, его фигура казалась еще более величественной в этом свете. Напротив него, съежившись, стояла женщина, ее лицо было бледно, а глаза полны страха.

— Зачем вы просили меня встретиться здесь, в этом месте? — голос Амира был тих, в нем звучала усталость.

Женщина вздрогнула, но, словно червяк, извивающийся на крючке, обрела толику смелости.

— Я… я видела вас, господин. Луну назад. После своей ночной смены в таверне. Я видела, как вы… как вы прикончили ее. Элвиру Птаху. Мою подругу по работе.

Мое сердце пропустило удар. Эльвира Птаха… Я слышала о ее исчезновении в газете.

— Я никому не расскажу, — продолжила женщина, ее голос дрожал, и в нем прорезались нотки отчаяния, — я видела, какой силой вы обладаете. От Эльвиры… от нее осталось лишь мокрое место.

Я почувствовала, как по моей спине пробежал ледяной холодок. "Мокрое место"? Боги, что это значило?..

Амир медленно двинулся к ней, и мне стало не по себе. Казалось, воздух вокруг него сгустился, предвещая нечто ужасное. Женщина, заметив его приближение, попятилась, но затем, словно вспомнив о чем-то, ее взгляд стал умоляющим.

— Я бы не стала так грубо шантажировать вас, господин, — прошептала она, и слезы навернулись на ее глаза, — если бы не мой ребенок. Он болен. Ему нужны лекарства. Мне нужно немного денег за мое молчание.

При упоминании ребенка Амир замер. Его движение остановилось, словно невидимая рука схватила его. Выражение его лица изменилось, став более… человечным.

— Я дам вам в пять раз больше, чем вы просите, — произнес он. — Но вы должны исчезнуть из города. Сегодня же. И никогда больше не появляться здесь.

Он достал из внутреннего кармана увесистый кошель и бросил его к ее ногам. Женщина, словно потеряв последние силы, бросилась на колени, подхватила его, и ее лицо исказилось в гримасе благодарности, смешанной с облегчением.

— Спасибо, господин! Спасибо! — она лепетала, прижимая кошель к груди.

В этот самый момент, словно из ниоткуда, позади меня раздался яростный лай. Бродячий пес, с клочковатой шерстью и горящими глазами, выскочил из тени и бросился на меня.

Амир, услышав лай, резко обернулся. Его взгляд метнулся к окну, и я поняла, что он заметил мою тень.

Паника охватила меня. Я мчалась со всех ног вдоль здания, прочь от лающего пса, что преследовал меня по пятам. Мои сапоги скользили по скользким камням, а сердце колотилось уже в пятках.

Впереди, словно спасительный маяк, я увидела узкую, ржавую лестницу, ведущую куда-то наверх, в темноту. Не раздумывая, я бросилась к ней, взлетая по ступеням, что стонали под моим весом. Через мгновение я оказалась внутри фабрики, в огромном, мрачном цеху.

Пес не последовал за мной, его лай затих где-то внизу, но едва я перевела дух, как услышала эхо чьих-то быстрых шагов, гулко разносящихся по огромному, словно склеп, цеху. Это был Амир.

Мое сердце вновь забилось в бешеном ритме, предчувствуя неминуемое столкновения.

Я взбежала по шаткой металлической лестнице на какую-то платформу, споткнулась и, пытаясь удержать равновесие, нечаянно задела рычаг старого, покрытого пылью механизма.

С грохотом и скрежетом цех ожил. Конвейерная лента, несущая уголь, задвигалась, и из недр огромных топок вырвалось адское пламя. Включилась автоматическая система, и воздух наполнился гулом машин и жаром раскаленного угля.

— Сандрина, стой! — голос Амира, усиленный эхом, донесся до меня с другого конца платформы.

Я обернулась, мои глаза горели от гнева и страха.

— Не подходи ко мне! — крикнула я, перекрывая шум машин.

— Я могу всё объяснить! — его фигура, словно сделанная из мрака, приближалась.

— Объяснить?! — мой голос сорвался на крик. — Как ты объяснишь уничтожение души той несчастной девушки, Амир?! Как?!

Внутри меня все сжалось от одной мысли: какой же силой он обладает, чтобы так беспощадно разрушить чужую жизнь, чужую энергию своей же собственной?!

Амир пытался приблизиться, его глаза, даже в этом тусклом свете, казались пронзительными. Но я не хотела слушать. Не могла из-за дикого страха.

Я развернулась и бросилась бежать вдоль платформы, прочь от него, прочь от этой ужасной правды. Он преследовал меня, его шаги были быстрыми и бесшумными, словно у хищника. Я металась по лабиринту ржавых труб и механизмов, пока не оказалась в тупике.

Дальше был лишь огромный, зияющий провал — угольная воронка, ведущая в самое сердце фабрики, туда, где пылали топки.

— Не подходи к краю, Сандрина! — его голос прозвучал предостерегающе, когда я, остановившись, оказалась в паре шагов от бездны.

Я обернулась, мои глаза были полны слез.

— Почему?! Почему ты переживаешь за меня?? За детей? А с той девушкой ты так беспощадно расправился?!

Амир остановился, его лицо было искажено болью.

— …Пожалуйста, выслушай меня. Это было не мое желание. Через меня действовал… Бог.

Я усмехнулась, горько и надрывно.

— Что же это за Бог такой жестокий?!

Его взгляд стал тяжелым, скорбным.

— Самый древний. Тот, что плетет нити судьбы, неподвластные молодым божествам. Ту девушку… я уничтожил намеренно. Мне приказали, моими руками управляли. Чтобы пророчество свершилось, и явился Последний Жнец.

Мой разум отказывался понимать.

— Я не понимаю… Зачем это все???

— …По древнему пророчеству, до полного Хаоса, чтобы завершился очередной виток Уробороса, должен быть лишь один Жнец во всех восьми Туманных Землях. И этот Жнец — мужчина. Эльвира была вторым Жнецом. Она мешала процессу.

Его слова обрушились на меня, словно лавина. Мой мир пошатнулся, рухнул, обнажая бездну безумия. Я не могла принять это. Не могла.

Мой взгляд метнулся к черной воронке, к этому зияющему провалу, что обещал забвение. Я не хотела такой погибели. Как же мои братья? Кто позаботится о них?.. Ведь теперь я знаю страшную правду. Руками Амира действует какое-то холоднокровное божество, верша свое правосудие. Оставят ли они меня в живых после этого?..

Лай собаки внизу возобновился. Видимо, пес нашел лаз внутрь. Амир на мгновение отвлекся, повернувшись назад.

Я отшатнулась, пытаясь обойти его, убежать, но мои ноги, словно предатели, подвели меня.

Я споткнулась о выступающий крюк, и мир вокруг меня перевернулся. В следующее мгновение я уже летела вниз, прямо в черную, угольную воронку.

Я зажмурила глаза, ожидая удара, раздавливающей боли, жара пламени, что испепелит меня. Это был конец. Меня засосет, раздавит углем, а затем сожжет