Северная сага. Конунг и воевода - Вячеслав Калинин

три копья, и щит отяжелел так, что удерживать его дальше стало невозможно. Пришлось бросить. Магни выхватил второй меч. Он и так умел, биться двумя руками его конунг с Харальдом учили. Один он на ногах остался у кормы, никого из своих больше рядом нет.

Магни с тоской глянул в небо и мысленно призвал Одина с Тором на помощь. И тут же у правого борта возникла снекка, с которой с диким ревом начали прыгать разъяренные хирдманы. Ярл Харальд оказался рядом с Магни, лихим махом срубив голову одному из противников, наседавших на хевдинга. И второго зарубил, отделив тому сначала руку по локоть, а потом распоров грудь.

— Харальд! — послышался голос конунга откуда-то издали. — Ну что там? Жив?

— Жив! — заорал ярл в ответ.

И широко улыбнулся хевдингу, заключив того в объятия.

— Все, парень! Мы победили!

* * *

Бой с ливами на Ильмене дался нелегко. Погибли почти два десятка хирдманов. Все остальные получили ранения разной степени тяжести. Неизвестно, останется ли в строю Торгильс Угрюмый, выживут ли Эйтель, Щипок, Ольбрид, Братила и Хайнар. Одна надежда, что организмы молодые и сильные, должны справиться. Помощь им оказали максимальную, какую могли оказать в этом времени, и лучший уход обеспечили.

Зато ливов положили аж шесть десятков. И сорок три в плен взяли. Некоторых даже непокоцанных. Которые сами сообразили сдаться, когда конунг с ярлом на выручку пришли.

На допросах выяснилось, что ливский ярл Хрут32 (вот уж действительно, баран!), возвращаясь из неудачного вика куда-то по ладожским берегам (реально, баран!) утопил два своих кнорра и снекку вместе с добычей и чуть ли не половиной хирда, попав в шторм на озере Нево33. Чтобы хоть как-то восполнить материальные потери и вернуть уважение своих хирдманов, Хрут решил захватить случайно повстречавшийся корабль Магни Стейнссона, польстившись на красоту снекки и малочисленность ее экипажа. И погнался за ними. Что было дальше — известно. Допрос закончился.

Пленники предложили получить за себя выкуп. Родственники, мол, привезут. Назначьте разумную сумму и разойдемся, как в море корабли. Так заведено.

Конунг хищно улыбнулся и покачал головой.

— Готовьтесь к тризне по-варяжски! — приказал он своим хирдманам. — Почтим память наших братьев!

Пленники напряглись. Что это еще за тризна? Им объяснили. Некоторые начали громко возмущаться и орать, что Один не одобрит такого отношения к ним.

— Один? — спросил Хельги. — А причем здесь Один? Вы на варяжской земле. Да и все равно Одину, как вы умрете. Я мог бы отрубить вам большие пальцы на руках, чтобы в Вальхалле вы прислуживали настоящим героям за столом. Но я справедлив, и дам вам шанс умереть, как воинам — в битве! Кто не согласен — прошу выйти вперед и вытянуть пальцы. Дайте мне топор!

Харальд, ухмыляясь, протянул конунгу небольшую секирку.

Желающих не нашлось. Пленники заткнулись и угрюмо смотрели в землю.

— Вечером! — бросил Хельги, развернулся и пошел осматривать трофейные драккары.

В поединках на тризне по-варяжски приняли участие все старшие, включая конунга и ярла Харальда. Хольды и лучшие хирдманы выходили по очереди и бились. Хевдинг Магни лично зарубил троих ливов в честном бою, отомстив за своих хускарлов. Эгиль Мышелов также победил троих. Хельги и Харальд бились сразу вдвоем, в четыре клинка, с десятком пленников одновременно.

Для похорон пожертвовали одну из снекк. Ту самую, на которой бились Стурла и Эгиль. На нее сложили павших героев. В ноги им покидали убитых на тризне пленников. Они будут сопровождать хирдманов в последний путь. Снекку подожгли и отправили в последнее плавание по великому озеру Ильмень.

А потом был пир. Главным блюдом на этом пиру был медведь, которого Магни пожертвовал в память о героях.

Во время пиршества конунг наградил всех отличившихся хирдманов, а хевдинг Магни объявил дренга Мала хускарлом. В общем, проводили погибших достойно, а победителей поощрили, как положено. Ну, и напились знатно, как же без этого…

Глава 6

Всю зиму хирд конунга занимался заготовкой продовольствия для предстоящего похода на Пальтескью. Добывали мясо, которое потом вялили, сушили, коптили и солили. Скупали зерно у заезжих купцов.

Хирдманы день и ночь тренировались, оттачивая воинское мастерство. Для этих целей и в Альдейгье, и в Новгороде, были построены целые тренировочные городки, со стенами, башнями, воротами и валами. Именно тренировки по взятию стен занимали больше всего времени, ведь предстояло захватить серьезно укрепленный город.

Все раненые в бою с ливами выжили. Магни назначил Торгильса Угрюмого своим хольдом, набрав еще полтора десятка хирдманов из разных пришлых викингов, желавших послужить удачливому вождю. Хускарлы Эйтель, Щипок, Ольбрид, Братила и Хайнар тоже поправились и тренировались со всеми в общем строю. Стурла еще более заматерел, подрос и расширился в плечах, ничем почти не уступая всем старшим хускарлам.

Новый гард, или Новгород, как его все чаще теперь называли и свои, и чужие, практически отстроился, грозно возвышаясь над Волховом хорошо укрепленным детинцем, и широко раскинулся пригородами.

Параллельно с этим, готовили и транспорт для похода. Целых две артели мастеров сколачивали телеги для обоза и занимались изготовлением запасных колес, а еще одна артель умельцев мастерила конскую упряжь.

Корабли тоже проходили тщательный профилактический осмотр. Все необходимое ремонтировалось или заменялось на новое. Не только ведь по суше пойдет войско. Чуть ли не половина хирдманов отправится в поход на кораблях, чтобы напасть и заблокировать Драгомира с воды, перекрыв врагу все пути отхода.

По донесениям Ратибора, по-прежнему передаваемым через купца Крива голубиной почтой, князь Драгомир тоже не сидел на месте, усилив свою дружину еще несколькими сотнями викингов. Его воевода-ярл Ингвар как-то сумел договориться с некоторыми свободными скандинавскими морскими ярлами. Кроме того, Драгомир обновил обветшавшие участки оборонительных сооружений, укрепив стены и углубив ров, и поставил новые ворота детинца с подъемным мостом. Его шпионы тоже работали неплохо, так что о приготовлениях конунга Хельги к походу Драгомиру было известно.

Княжна Ингигерда давно переехала из Альдейгьи в Новгород. Так же поступила и Грета, когда узнала, что ярл Сигурд вместе с хирдом уходит к новым местам. Князь Гостомысл со своими воеводами и боярами вздохнул с облегчением. Все-таки тысячное войско нурманнов под боком сильно напрягало молодого ладожского правителя, даже несмотря на его теплые дружеские отношения с конунгом Хельги. Кстати, Гостомысл подобрал себе невесту, какую-то княжескую дочку из южных земель.

Конунг предложил сыграть совместные свадьбы после полоцкого похода, и Гостомысл, Сигурд и Магни согласились. Может быть,