Укротитель. Зверолов с Юга - Николай Скиба

Отдельно он выставлял Клану Жала счета за «усиленное питание», которого не существовало.

Двойное воровство: у питомника — через завышенные списания, у клана — через фиктивные заказы. С конкретными датами: четырнадцатое, семнадцатое, девятнадцатое. С конкретными суммами.

Внутри меня закипало бешенство, знакомое до зубовного скрежета.

Грёбаная система, в которой воровство является нормой, а честность — аномалией. Но цифры оставались цифрами и, если записать их на бумагу — это становилось конкретным документальным неопровержимым рычагом, который можно было положить на стол перед бароном Корфом. Да перед кем угодно, кто умел считать и ненавидел, когда его обворовывают.

Ведь даже клан Крыла оплачивал барону Корфу долг. Или кормил Гордея.

У-у-ух, спокойно, тут главное дров не наломать.

Итак, допустим я всё запомнил. Но это всё ещё — моё слово, против слова наставника. Единственное, что может сработать в мою защиту — слова других людей. Кара? Пф, сестра, не поверят. А вот старик Танис или, ещё лучше, Шип? Или Бурый, Тем, Волох?

Я пошёл дальше по коридору.

Вечером того же дня снова сидел в задней комнате Варга. На столе стоял контейнер с третьей по счёту железой — в этот раз повезло. Рядом с контейнером лежал мешочек с восемью целыми когтями без сколов.

Варг работал быстро — привык. Открыл контейнер, понюхал, ткнул палочкой и кивнул.

— Стандарт, — сказал он, убирая контейнер в ящик. — Обычная, рабочая. Два золотых. Не как первая, но Тесса и за такую спасибо скажет. Хотя, когда Тесса последний раз говорила спасибо? Лет пять назад, наверное. И то — за бутылку, которую я ей подарил, а бутылку я, строго говоря, не покупал, а получил в счёт долга от одного рыбака, который… впрочем, неважно.

Когти он пересчитал, ощупал каждый и ссыпал в мешочек побольше — видимо, копил партию для алхимика.

— Восемь. Целые. Два серебряных, — загнул жирный палец. — Итого на твоём счету: четыре золотых и три серебряных. Для парня, который недавно чистил навоз за два медяка — прогресс. Для человека с амбициями — копейки.

— Всё впереди, — кратко ответил я.

Сегодня баранью ногу заменил ломоть копчёной свинины, от которого пахло дымом и чесноком. Варг откусил, пожевал и посмотрел на меня своим фирменным взглядом.

— Слушай, смотритель, — медленно заговорил он. — Железы таскаешь. Когти собираешь. Кровь цедишь. Мусорщик с амбициями, — он помолчал и пожевал. — А дальше что? Так и будешь в навозе ковыряться до старости? Копить — хорошо. Но копить без плана — это копать яму, в которую сам упадёшь. У тебя есть план, парень?

Я посмотрел ему в глаза.

— Есть. Гривошип — моё доказательство. Через десять дней приедет Корф. Он увидит зверя с сохранённой волей, с рабочими рефлексами и инициативой. Возможно, я успею восстановить стихийную проводимость. Зверь будет бесподобен. Полуторная цена — минимум. А может и двойная.

Варг перестал жевать. Свинина замерла у него во рту, и маленькие глаза чуть сузились.

— Питомник берёт двести за Гривошипа, который работает наполовину, — продолжил я. — Я могу сдать зверя на полную мощность.

Делец молчал три секунды.

Потом проглотил свинину и заговорил другим тоном — тем самым деловым, который я слышал только при разговоре о серьёзных деньгах.

— Получается четыреста золота где-то, так ведь? — произнёс он. — Красивая цифра. Знавал я одного ювелира, тоже любил красивые цифры. Говорил, что сделает корону для главы Клана Камня. Обещал, что она будет стоить тысячу. Знаешь, где он сейчас? В той самой короне и похоронен. Потому что для больших цифр нужны большие возможности. А у тебя пока только дыра в плече и наглость. Ты готов к большим возможностям, смотритель? К тем, где твоя доля растёт, а риски пахнут кровью и властью?

— Через десять дней Корф приедет за Гривошипом, — ответил я. — Посмотришь на результат.

— Посмотрю, — Варг кивнул и откусил от свинины. Прожевал, проглотил. Его глаза вернулись к привычному весёлому блеску. — Посмотрю, парень. И если увижу то, что ты обещаешь — мы поговорим по-крупному. Знаешь, что такое «по-крупному»? Это когда я перестаю называть тебя «парень» и начинаю называть по имени. Это когда твоя доля растёт, а мои расходы — тоже, потому что для серьёзного товара нужны серьёзные каналы. Тесса — это мелочь. Для зверей на четыреста золотых нужны другие покупатели. Клановые. Те, у которых деньги пахнут кровью и властью, а решения стоят жизней. Ты готов к этому?

— Через десять дней, — повторил я.

Варг усмехнулся и откусил от свинины.

— Упрямый. Люблю упрямых — с ними тяжело торговать, зато на них можно положиться. Ладно, смотритель. Десять дней. Неси железы, собирай когти, цеди кровь — и готовь своего зверя. А я буду ждать и считать. Потому что, если ты прав — передо мной сидит золотая жила в твоём лице. А золотые жилы я умею разрабатывать лучше, чем кто-либо на этих островах. Можешь мне верить — или проверить. Выбор за тобой. Остался один вопрос, получить возможность укрощать зверей самому, о чём ты не подумал, да? Точнее подумал, но не сказал.

Он подмигнул и впился зубами в свинину. Разговор перешёл в привычное русло — Варг заболтал о ценах на хитин, о том, что Клан Камня опять поднял пошлину, о бестолковом грузчике, который уронил ящик с реагентами. Слова снова лились сами по себе, и я снова вышел посреди фразы.

По дороге к Яме я прошёл мимо рыночных рядов.

Двадцать пять золотых на снаряжение к Зову. Чёрт.

Ускорил шаг и свернул в переулок, ведущий к Яме. В голове одновременно крутились три расчёта: деньги Варга, ведомости Гордея и мышечный тонус Гривошипа.

Мечтатель во мне давно умер — где-то между первым ведром навоза и навозной тачкой с контейнером. Нужно ускоряться. И начну с Гривошипа.

Кара лежала под одеялом из буйволовой шерсти. Она уже привыкла к моим вечерним отлучкам и не спрашивала. Но ждала каждый раз — её дыхание выравнивалось, когда дверь каморки открывалась, и она слышала мои шаги.

За эти несколько дней наши отношения не изменились, но мне было достаточно того, что девчонка в порядке и не лезет.

Между нами установилось рабочее партнёрство, в котором каждый делал своё дело и доверял другому. Она собирала когти, стояла