Тени Овидии - Нилоа Грэй

Ноам вплотную подобрался к кровати, на которой сидела Овидия, и выпрямился. Ведьма подняла голову и вопросительно посмотрела ему в лицо.

– Что? Я не права?

– Права. Только я не один там был, в той комнате. И в том, что случилось, ты тоже принимала непосредственное участие.

Овидия пожала плечами, и кулон у нее на груди немного сместился.

– Я этого не отрицаю.

– Буквально вчера ты сказала мне, что не можешь справиться с тем, что происходит между нами. И потому хочешь все прекращать. А сегодня…

– Я сказала, что не могу справиться с чувствами. Я и сейчас готова это повторить. С чувствами, а не с…

Она хотела добавить что-то еще, но растерялась, потому что в этот момент в глазах Ноама появилось странное, незнакомое выражение. Она решила было, что это боль, но это была не боль. Это было что-то другое.

Девушка решила не размышлять об этом слишком долго и, собравшись, закончила свою мысль:

– Мне кажется, плотские утехи не должны мешать течению настоящей любви, которая способна сиять во всей своей красе и без них. Но когда речь идет не о любви, то…

На этих словах Ноам медленно снял рубашку и остался по пояс обнаженным. Овидия смотрела на него и чувствовала, как ее глаза начинают блестеть от предвкушения удовольствия.

– Чего ты от меня хочешь, Уинтерсон?

– А что ты можешь мне предложить, Клинхарт?

Рука Ноама мягко коснулась ее лица, пробежалась по контуру, добралась до подбородка и слегка приподняла его. Они, не моргая, смотрели друг на друга. Ждали друг друга.

– Сейчас покажу.

Овидия вдруг почувствовала острое покалывание в области сердца. Странное дело, но от прикосновения Ноама к ней как будто вернулся разум. Она на мгновение замерла, чтобы понять для себя, что происходит, и тут до нее дошло. Точно! Ноам же был Провидцем. И сейчас он, видимо, использовал свою магию, чтобы продемонстрировать ей, что он мог ей предложить. Что именно хотел с ней, для нее сделать.

Картинка перед глазами Овидии раздвоилась. Она продолжала видеть перед собой эту реальную комнату. Но одновременно видела перед мысленным взором еще одну, такую же. И чувствовала, как Ноам, рядом с ней тоже видит эту комнату и наблюдает за происходящим вместе с ней…

В той, второй, мысленной комнате, она лежала на постели, свесив ноги с края кровати. А он стоял на коленях перед ней. Его голова – между ее ног. Ее глаза закрыты. Рот приоткрыт. Она стонет. Громко, нежно, требовательно. И мягко сжимает его голову своими ногами, и купает пальцы рук в его локонах.

Овидия встряхнула головой и вновь оказалась в комнате номер один. Сидя на кровати рядом с полуодетым Ноамом.

– Фух, что это было…?

– Мы, Провидцы, называем это «передачей». Когда нужно передать мысль, в том виде, в котором мы ее чувствуем и осознаем, и при этом не использовать слова.

– Ты это хотел мне показать? – почти шепотом спросила Овидия.

Ноам кивнул.

– Тебе понравилось? – уточнил он спустя пару мгновений. Голос его вновь стал хриплым и низким, будто чужим.

Вместо ответа Овидия, чье сердце готово было выскочить из груди, легла на спину и покорно раздвинула ноги, позволив рукам упасть вдоль мягких округлых бедер.

Ноам упал перед ней на колени, и принялся пожирать ее глазами. – Мне понравилось, – проговорила Овидия. – Но я не хочу, чтобы ты показывал мне это, – с этими словами она провела рукой по своему влажному, горячему и пульсирующему животу, – я хочу, чтобы ты это со мной сделал.

– Моя Овидия… – в голосе Ноама было столько томления и желания, что глаза девушки как будто утонули в тумане.

– Ты правда этого хочешь?

Овидия прикусила губу.

– Очень…

– Тогда скажи, чего именно ты хочешь, – потребовал Ноам.

– Я хочу… этого, – смущенно проговорила она.

– Скажи мне, чего именно.

– Тебя. Твой рот, твои губы, твой язык – там. Я хочу этого прямо сейчас, – Овидия сама поразилась тому, как прозвучали эти слова.

Не как просьба или мольба. А как приказ.

– Как скажешь, моя ведьмочка, – пробормотал Ноам. Руки молодого человека мягко дотронулись до бедер Овидии, ласково пробежались по ним, после чего он наклонил голову и легонько лизнул девушку совсем близко к ее сокровенным местам, но не заходя внутрь.

Овидия выгнула спину, цепляясь за простыни. Тем временем язык юноши начал действовать увереннее. Он делал круговые движения, играл, ласкал и дразнил, и снова ласкал. И делал это с таким мастерством именно там, где нужно, и так, как нужно, что в иные времена могло вызвать у Овидии вопросы. В иные времена, но не теперь. Теперь ей хотелось только одного: потеряться в этой волне удовольствия, раствориться в ней, ни о чем не думая.

Овидия пошевелила бедрами, чувствуя, что тело ее, растаявшее от нежности, настойчиво требует большего, и громко застонала.

Уловив это движение, Ноам положил руку на ее живот и медленно погрузил язык туда, где его так страстно ждали.

– ДА! – крикнула Овидия, ощущая, что окончательно теряет рассудок.

– Какая ты податливая, девочка моя, – шепнул юноша, выныривая и целуя ее и в самую чувствительную точку и вызывая сладкие конвульсии по всему телу.

Для Овидии опыт подобных ласк был не первым, она пробовала такое раньше, с другим парнем, но с Ноамом все было иначе, в тысячу раз лучше.

Она чувствовала щекотное дыхание юноши, слышала его стоны, и это еще больше распаляло ее. И трудно было понять, кто больше получал удовольствие от происходящего: она или он.

– Ты такая вкусная… – Ноам взял девушку за бедра и немного пододвинул ее к себе. Овидия была этому только рада. Она взяла его за волосы и притянула еще плотнее к себе. Ноам продолжал посасывать ее, сопровождая движения звуками, до того неприличными, что услышь Овидия их со стороны, она бы сквозь землю провалилась от стыда.

– Все хорошо? – уточнил Ноам, на мгновение отстранясь.

Стон удовольствия был ему ответом.

Провидец приподнял голову и внимательно посмотрел на Овидию.

Она знала, что он собирается сделать. Не отводя взгляда от лица девушки, Ноам облизал палец и осторожно погрузил его внутрь, туда, где только что резвился его язык.

– Так хорошо? – шепнул