Тысячи Осеней. Том 2 - Мэн Сиши

Относясь к нему со всей искренностью, Шэнь Цяо понимал, что тешит себя пустыми надеждами и едва ли стоит ждать ответного расположения. В глубине души он больше не смел довериться главе Яню – слишком уж хорошо он помнил, чем обернулось его доверие, и не хотел повторять ту же ошибку.

Но сейчас, под пылающим взором собеседника, Шэнь Цяо чувствовал себя диким зверьком, которого заприметил упрямый хищник, что не остановится, пока не добьется своего.

– Хозяин, там же есть два свободных места, почему вы говорите, что все занято?! – вдруг прогремел чей-то голос неподалеку.

Воспользовавшись тем, что Янь Уши отвлекся, Шэнь Цяо сбросил наконец его руку и огляделся по сторонам. За время их беседы все столы в общем зале оказались заняты, остались лишь места рядом с ними.

Народ не очень-то любил подсаживаться к незнакомцам – обычно никто не требовал, чтобы его разместили за одним столом с чужаками, но нашелся удалец, который ничего не имел против такого соседства. К тому же, будучи знаком с боевыми искусствами, этот человек мнил, что и его невольные сотрапезники, страшась попасть в заварушку, не посмеют отказаться.

Хозяину явно не хотелось видеть драку под собственной крышей: с заискивающей улыбкой он поспешно принялся уговаривать удальца немного обождать, мол, гости поедят и тут же уйдут, и стол полностью освободится.

Громкоголосый удалец, в свою очередь, не желал ничего слушать, да и его товарищи производили впечатление головорезов, с какими шутки плохи. На стол Шэнь Цяо они положили глаз оттого, что один из посетителей, облаченный в даосское одеяние, выглядел добряком, который и постоять-то за себя не мог, а у второго и вовсе при себе не было никакого оружия. Свирепых разбойников они поостереглись бы задирать, но эти двое показались им слабаками не крепче перезрелой хурмы – чуть сожми, сразу сок брызнет.

– А этих господ я видал, – послышались перешептывания в зале. – Они из деревни Персикового Цвета. С тех пор как их школа примкнула к Обоюдной Радости, они возгордились, вечно важничают, а на остальных смотрят как на грязь. Прикрываясь громким именем Обоюдной Радости, творят что им вздумается, а отпор им давать боятся – как бы ненароком не вызвать неудовольствия приближенных чжоуского государя.

– Ничего удивительного – за могучей спиной всякая шавка громче лает.

– Т-с-с! Тише! Следи за языком! Бойцы-то они хорошие – этот горлопан даже тяньшаньского Юйцзянь Цзы одолел!

– Пф! – фыркнул еще кто-то. – Тяньшаньский Юйцзянь Цзы – в лучшем случае мастер средней руки!

– Да неужели? Тогда почему они ведут себя столь дерзко? А горлопан этот – младший брат главы Персикового Цвета по кличке Дуанлю Дао – Клинок, Рассекающий Реку…

– О, а я о нем слышал! Клинок, Рассекающий Реку – это же Эр Дэмин! Вот он, оказывается, каков из себя!

Люди вокруг переговаривались очень тихо, но и Шэнь Цяо, и Янь Уши все слышали.

А горлопан тем временем уже отпихнул хозяина и широким шагом направился в их сторону.

Молодые и порывистые Фань Юаньбай и Чжоу Есюэ привстали, собираясь заступить путь наглецу. Разумеется, они хотели защитить не Янь Уши – того с ними ничто не связывало, а вот всегда приветливый и дружелюбный Шэнь Цяо в свое время немало помог Лазоревым Облакам. К тому же он провел на горе Тайшань последние полгода, и все его полюбили. В отличие от взбалмошного Янь Уши, который повсюду лез с непрошеными указаниями, Шэнь Цяо ждал, пока его спросят, но на все вопросы отвечал спокойно и обстоятельно. Обучая своих учеников, он разрешал адептам Лазоревых Облаков наблюдать за занятиями, и те извлекли для себя из его наставлений немало пользы. Фань Юаньбай и все остальные почитали Шэнь Цяо как учителя и старшего брата и потому не могли стерпеть грубости в его сторону.

Но Чжао Чиин, будучи много старше и опытнее, проявила спокойствие и рассудительность. Она не шелохнулась, лишь громко сказала:

– Хозяин, я просила принести на шестой стол томленую баранину, вы не могли бы поторопиться? Глава Янь из школы Чистой Луны и монах Шэнь уже заждались!

Прозвучали два имени, от которых – особенно от первого – у посетителей мороз пошел по коже – словно пронизывающий зимний ветер пронесся по общему залу. Все замерли.

Горлопан застыл как вкопанный, не смея даже опустить занесенную в шаге ногу.

Любой мастер из той пятерки, что напала на главу Яня, в одиночку разгромил бы всех присутствующих, а Демонический Владыка, несмотря на слухи о его гибели, оказался жив-здоров. Едва появившись на людях, Янь Уши вмиг стал кем-то вроде легендарного чудовища.

Хозяин, не будь дураком, сразу все понял, увидев, как подействовали слова Чжао Чиин.

– Простите, запамятовал, – поклонился он с любезной улыбкой. – Немедленно прикажу подать, будьте добры, подождите еще чуть-чуть!

Пальцы Янь Уши скользнули по чашке, задумчиво поглаживая кромку, но Шэнь Цяо тут же положил свою ладонь сверху, прижимая чашку к столу. С первого взгляда разгадав замысел главы Яня, даос хотел его остановить.

Горлопан хоть и собирался прогнать их из-за столика, как такового вреда никому еще не причинил. Если же Янь Уши начнет драку, то либо покалечит несчастного, либо и вовсе убьет, и тогда спутники Эр Дэмина наверняка захотят отомстить. Шэнь Цяо и его товарищам предстояла дорога до храма Чистого Ян, так к чему искать себе неприятностей?

Угадав по взгляду Шэнь Цяо ход его мысли, Янь Уши лениво хохотнул:

– Ради тебя на сей раз прощу его.

Горлопан бесцеремонно прервал главу Яня на полуслове, и к чашке Демонический Владыка потянулся и впрямь с намерением убить наглеца, но благодаря Шэнь Цяо в последний миг передумал. Легкое движение пальцев – и чашка взмыла вверх. Осколки ее вонзились в пол прямо у ног Эр Дэмина, едва тот сделал шаг.

Заслышав упоминание Янь Уши, Эр Дэмин обмер, а теперь и вовсе побледнел как полотно. Его спутник, державшийся чуть позади, с ходу уловил намек и поспешил выступить вперед. Почтительно сложив руки у груди, он заговорил:

– Глава Янь, мой младший брат молод и глуп. Лишь по невежеству он столь грубо попрал правила приличия – прошу, простите ему его вину.

Янь Уши даже бровью не повел, и одно это красноречиво свидетельствовало о том, что за столом действительно сидит глава Янь из школы Чистой Луны. Да и в самом деле: пожелай кто иной выдать себя за Янь Уши, ему понадобилась бы немалая отвага – не каждый может позволить себе оскорбить все самые могущественные школы боевых искусств и притом остаться невредимым.

При словах «молод и глуп» по залу прокатились сдавленные смешки – все видели усы и бороду Эр Дэмина.

– Молод и глуп? – многозначительно повторил Янь Уши. – А сей почтеннейший видит перед собой здорового детину: неужели он