Душевное мошенничество - Эндрю Гивлер

Положив ключи и бумажник в соответствующие карманы, я вышел из комнаты, двигаясь так быстро, как только позволял мне страх. Детективы ждали у двери, где я их оставил. Вайолет стояла в дверном проеме, скрестив руки, и выглядела обеспокоенной. Я быстро улыбнулся ей, чтобы подбодрить.

Не то чтобы я чувствовал себя очень уверенно, но она выглядела так, словно приближался конец света, и это не помогало мне сохранять спокойствие. Нисколько. Она слегка улыбнулась мне в ответ, и это, я думаю, помогло.

"Хорошо, детективы", - сказал я. "Давайте решим. Вы уверены, что хотите везти меня в машине? Я могу поехать за вами на машине моего соседа по комнате, так что вам не придется подвозить меня обратно".

"Это не проблема", - ответил Джонс с улыбкой, которая, вероятно, должна была быть успокаивающей, но показала слишком много зубов. "Мы с удовольствием позаботимся о том, чтобы вы добрались туда, куда вам нужно".

"Меня это устраивает", - солгал я, указывая им дорогу. "После вас".

Я последовал за детективами из своей квартиры, проходя мимо злорадно наблюдавшей за мной из приокрытой двери соседки миссис Санчес. Ее белые волосы были убраны в привычный пучок, сегодня на ней красовалась голубая блузка и черная юбка. Эта миссис Санчес всегда одета на все сто.

Я был уверен, что в ее внезапном изменении отношения ко мне виноват Дэн. Взгляд, которым она смотрела на меня, когда я уходил с полицией, говорил о том, что она надеется, что я наконец-то получил по заслугам. В некотором смысле, возможно, ее желание исполнилось.

Машина, на которой они приехали, была черным полицейским внедорожником без опознавательных знаков. Не классический Crown Vic из кинофильмов, а один из Charger, которые полиция Лос-Анджелеса выделила для себя. Как и во всех полицейских машинах без опознавательных знаков, в ней было что-то явно не гражданское. В ней чувствовалась жесткость и скованность несмотря на то, что это был автомобиль, вдохновленный наследием мускул-каров. Подойдя ближе, я понял, что металлопластиковая перегородка, отгораживающая заднее сиденье от переднего, несомненно, является его частью.

"Вам придется запрыгнуть на заднее сиденье, - извиняющимся тоном сказал Джонс. "Таковы правила". Как будто это должно было заставить меня почувствовать себя лучше. Этого не произошло.

Он открыл заднюю дверь и придержал ее для меня. Я заглянул на просторное заднее сиденье. Мне казалось, что это знаменательное событие. Наряду с первой рюмкой, первой сигаретой и первым поцелуем. Прокатившись в полицейской машине со стороны преступника, ты уже не сможешь этого отменить. Это часть тебя навсегда.

"Проблемы?" спросил Роджерс с водительской двери, наблюдая за мной.

"Нет, просто я никогда раньше не ездил в полицейской машине", - честно ответил я.

"Не беспокойся об этом", - сказал Джонс со смешком. "Ты это быстро переживешь".

По какой-то причине его шутка помогла мне начать действовать. Возможно, я слишком много прочел в их серьезных выражениях. В конце концов, это была очень серьезная ситуация. Может быть, они действительно были сосредоточены на том, чтобы вернуть мою сестру, и действовали профессионально. Может быть, я позволял своей нечистой совести влиять на происходящее.

Я скользнул на заднее сиденье, которое было покрыто каким-то толстым пластиковым лаком, который, как бабушкин диван, хрустел под моим весом. Я предположил, что в этом есть смысл. Наверное, на сиденья полицейских машин часто попадает всякая гадость. Сделать их легко моющимися из шланга, наверное, просто необходимо. Мой нос сморщился, когда я попытался принюхаться в поисках чего-нибудь отталкивающего. Все, что я уловил, - это слабый запах отбеливателя. И все же это было довольно мерзко.

Ремней безопасности не было, что показалось мне забавным, так как за непристегнутый ремень полагается штраф. Может быть, это и была ловушка. Мы проедем несколько кварталов, а потом я получу штраф за непристегнутый ремень.

Барьер между нами представлял собой сплошной металл, шедший от пола вверх и упиравшийся в подголовники передних сидений. От края металлического листа до потолка был прикреплен кусок оргстекла, который позволял офицерам, сидящим впереди, не спускать глаз со своего заключенного, следя за тем, чтобы он не замышлял никаких глупостей. По сути, это была тюремная камера на ходу. Не то чтобы мне приходилось бывать в камерах, но с учетом того, как складывался мой день, казалось, что у меня есть все шансы изменить ситуацию.

Глава 23

С воздуха город Лос-Анджелес представляет собой обширную сетку, простирающуюся во все стороны, насколько хватает глаз. Город выстроен так, как будто это мечта шахматного гроссмейстера. Пустынная земля плоская, как стол, и город охотно расползается по ее поверхности. В некотором смысле Лос-Анджелес - это эквивалент того, что во время длительного перелета у вас есть свободный ряд, по сравнению с таким плотным городским районом, как Манхэттен. Между сиденьями достаточно места, чтобы вытянуть ноги.

На земле, в центре города, довольно легко передвигаться, как только вы поймете, как это работает. В самом центре города пересекаются несколько крупных межштатных магистралей. От этих основных артерий ответвляются распределительные вены - печально известные 101 и 10, которые позволяют объехать район, прежде чем попасть в капилляры - улицы сетки. Ориентироваться в Лос-Анджелесе не так уж и сложно, главное - протиснуться через перекрестки, которые никогда не были рассчитаны на такое количество людей.

Полицейский участок в Нортридже находился не так далеко от моей квартиры, поэтому мы не отходили от перекрестков, двигаясь в более медленном потоке машин, от светофора к светофору. Два детектива впереди молчали, что могло быть в их характере — или тактикой, позволяющей мне поволноваться. Моя паранойя была уверена, что это именно так.

Я отвернулся к окну со стороны пассажира и притворился, что очарован проплывающим мимо миром. Было чуть за полдень, и движение в обеденный перерыв было не таким уж интересным. Все это были люди в костюмах, спешащие обратно в свои кабинеты, или строительные рабочие в пыльных грузовиках, возвращающиеся на свои строительные площадки.

Я больше беспокоился о том, чтобы не встретиться взглядом с проницательной женщиной-детективом на водительском сиденье. В ее карих глазах было что-то пронзительное, и каждый раз, когда она смотрела в мои, я чувствовал, что выдаю еще один из своих секретов.

Из-за пробок дорога до участка заняла не менее двадцати минут. Сам участок представлял собой комплекс из нескольких современных зданий. Каждое из них