Пламя и кровь - Джордж Мартин

Лорд Талли за время своего пребывания в совете в период регентства никак себя не показал. Родрику Аррену, лорду Орлиного Гнезда и Защитнику Долины, было всего десять лет, и он лишь недавно стал лордом после гибели его дяди лорда Дарнольда и отца сира Раймонда от рук одичалых налетчиков, за которыми они столь неосмотрительно погнались в Лунные горы. Джейхейрису лишь недавно удалось достичь взаимопонимания с Доннелом Хайтауэром, но он все еще не доверял этому человеку, равно как и Лиману Ланнистеру. Бертранд Тирелл, лорд Хайгардена, был известным пьяницей, а его неуправляемые бастарды опозорят корону, если привезти их в Королевскую Гавань и дать им волю. Аларика Старка лучше всего было оставить в Винтерфелле. Человек упрямый, как все говорили, суровый, жесткий и не умеющий прощать, он сделал бы заседания совета не слишком уютными. И, само собой, не было и речи о том, чтобы пригласить в Королевскую Гавань железнорожденного.

Не найдя подходящей кандидатуры среди великих лордов королевства, Джейхейрис обратился к их знаменосцам. Желательно было, чтобы десница пребывал в летах, уравновешивая своим жизненным опытом молодость короля. Поскольку в совете уже было несколько ученых мужей со склонностью к чтению, требовался также закаленный в битвах воин, чья боевая слава внушит страх врагам Короны. Перебрав и отвергнув десятки имен, король в конце концов выбрал сира Майлса Смоллвуда, лорда Желудей из Речных земель: тот в прошлом сражался за брата короля, Эйгона, у Божьего Ока, бился с Уотом Рубщиком у Каменного Моста и ходил с ныне покойным лордом Стоквортом в поход против Харрена Красного в правление короля Эйниса. Снискав своей доблестью заслуженную славу, лорд Майлс носил на теле и лице шрамы от дюжины жесточайших сражений. Сир Виллам Оса, некогда служивший в Желудях, клялся, что в Семи Королевствах на сыскать столь же достойного, яростного и верного лорда, а его сюзерены, Прентис Талли и грозная леди Люсинда, расточали Смоллвуду одни похвалы. Джейхейрис, вняв уговорам, дал свое согласие: вылетел ворон, и не прошло и двух недель, как лорд Майлс уже направлялся в Королевскую Гавань.

Королева Алисанна не участвовала в выборе десницы короля. Пока король и совет были заняты, ее милость покинула Королевскую Гавань и направила Среброкрылую на Драконий Камень, чтобы утешить сестру в ее горе.

Но Рейну Таргариен нелегко было утешать. Потеря столь многих дорогих подруг ввергла ее в черную меланхолию, и любое упоминание имени Эндроу Фармана вызывало у нее вспышку гнева. Она не нуждалась в сестре и ее утешениях. Рейна трижды пыталась прогнать ее, даже кричала на нее в присутствии половины замка. Когда королева отказалась уйти, Рейна удалилась в собственные покои и заложила двери засовом, выходя лишь чтобы поесть… все реже и реже.

Алисанна Таргариен, предоставленная самой себе, постаралась восстановить на Драконьем Камне подобие порядка. Прибыл новый мейстер, новый капитан был назначен командовать гарнизоном. Собственная любимая септа королевы Эдит прибыла, чтобы занять место оплакиваемой Рейной септы Мариам.

Алисанна, отвергнутая сестрой, обратилась к племяннице, но и здесь встретила лишь гнев и отторжение.

— Почему меня должна заботить их смерть? Она найдет новых, всегда находит, — сказала принцесса Эйрея королеве.

Когда Алисанна попыталась рассказать историю о своем детстве, о том, как Рейна положила драконье яйцо в ее колыбель, качая ее на руках «как если бы она была моей матерью», Эйрея сказала:

— Она никогда не давала мне яйцо, просто отослала прочь, а сама сбежала на Светлый остров. Любовь Алисанны к собственной дочери также разозлила принцессу.

— Почему она станет королевой? Королевой должна стать я, а не она, — после этого Эйрея разрыдалась, умоляя Алисанну взять ее с собой в Королевскую Гавань. — Леди Элисса говорила, что возьмет меня с собой, но вместо этого ушла и забыла обо мне. Я хочу вернуться ко двору, к певцам, шутам, лордам и рыцарям. Пожалуйста, возьми меня с собой!

Тронутая слезами девочки, королева Алисанна пообещала обсудить это с ее матерью. Но когда Рейна в следующий раз вышла из своей комнаты поесть, она ответила отказом.

— У тебя есть все, у меня ничего. Теперь ты хочешь забрать у меня еще и дочь. Что ж, ее ты не получишь. Утешься тем, что получила мой трон.

В ту же ночь Рейна вызвала к себе принцессу Эйрею, чтобы отругать, и то, как мать с дочерью кричали друг на друга, было слышно на весь Каменный Барабан. После этого принцесса отказывалась говорить с королевой Алисанной. Потерпев поражение на всех фронтах, ее милость наконец ретировалась в Королевскую Гавань к королю Джейхейрису и радостному смеху собственной дочери, принцессы Дейнерис.

Год Неведомого подходил к концу, и возведение Драконьего Логова почти завершилось. Великий Купол в конце концов достроили, навесили массивные бронзовые ворота, и холм Рейнис теперь венчало грандиозное сооружение, уступавшее лишь Красному замку на холме Эйгона. Чтобы отметить завершение работ и отпраздновать прибытие нового десницы, лорд Редвин предложил королю устроить великий турнир, грандиозней которого королевство не видело со времен Золотой свадьбы.

— Оставим все беды позади и начнем новый год с празднеств и гуляний, — заявил Редвин. Осенняя жатва удалась на славу, налоги лорда Рего приносили реки золота, торговля росла, так что казна могла и потратиться на турнир, тем паче что он должен был привлечь в Королевскую Гавань тысячи гостей, готовых распустить кошельки. Совету предложение пришлось по душе, и король Джейхейрис одобрил турнир, должный порадовать простой народ и «помочь нам забыть о бедствиях».

Все приготовления оказались расстроены из-за неожиданного прибытия Рейны Таргариен с Драконьего Камня.

«Должно быть, драконы неким образом ощущают чувства своих всадников, — записал септон Барт. — Когда Пламенная Мечта яростным штормом разорвала облака, Вермитор и Среброкрылая поднялись и так взревели на нее, что всякий, кто был тому свидетелем, испугался, что драконы набросятся друг на друга с клыками и огнем и разорвут друг друга в клочья, подобно тому, как Балерион разорвал Ртуть над Божьим Оком».

Драконы, в конце концов, не стали драться, хоть немало шипели и щелкали зубами, когда Рейна сошла с Пламенной Мечты, ворвалась в Твердыню Мейгора и напустилась на брата с сестрой. Вскоре выяснилась причина ее ярости: принцесса Эйрея сбежала. Она покинула Драконий Камень на рассвете, пробравшись