Наследство Магии - Бенедикт Джэка

Что ж. Было о чем подумать. А пока мне нужно было сделать сигл.

***

Мне потребовалось время, чтобы освоить технику, описанную Марией. Работа с чужой эссенцией делала весь процесс шейпинга совсем другим, но к этому моменту я уже привык разбираться во всем самостоятельно. Потребовалось несколько тренировок со слабыми Колодцами и еще один визит к отцу Хоуку, но в конце концов я понял, что главное - обращаться с личной эссенцией так же, как со свободной эссенцией Колодца. Я был почти уверен, что Мария решила, будто я спрашиваю об этом, потому что надеялся заняться каким-нибудь побочным бизнесом, связанным с продажей сиглов другим людям. Интересно, как она отреагирует, если узнает, что я делаю это для своего кота.

К этому моменту Хоббс выздоравливал уже больше двух месяцев, и держать его в доме становилось все труднее - он еще не восстановил свои силы, но ему было скучно, он был нетерпелив и хотел выйти на улицу. У моего проекта было две цели. Во-первых, это ускорило бы его выздоровление, укрепив ослабленные мышцы. Во-вторых, он преподнесет неприятный сюрприз тому, кто снова попытается его обидеть.

Примерно в середине июня я наконец нашел то, что искал, - временный Колодец Жизни в Блэкхите. Я взял туда Хоббса в его кошачьей переноске. В "Линфорд" могли использовать образцы крови, но я не видел причин делать то же самое, когда мог просто сформировать сигл прямо перед Хоббсом и таким образом вытянуть из него эссенцию.

Процесс придания формы прошел идеально, и вскоре у меня был сигл, улучшающий кошку. Я отнес его и Хоббса домой, вставил сигл в специально подготовленный ошейник и надел его.

И тут я кое-что обнаружил.

Оказалось, что у кошек способность к эссенции гораздо ниже, чем у людей. Тот же тип улучшающего сигла, который занимал меньше половины моего собственного потенциала, потреблял все толики эссенции, которые мог произвести Хоббс. С другой стороны, поскольку сигл был слишком велик для его крошечного тела, вся его мощь была сосредоточена в очень маленьком объеме. Это было все равно что взять электрический скутер и оснастить его реактивным двигателем: в нем не осталось места ни для чего другого, но он был намного мощнее.

Первый час Хоббс провел, спотыкаясь о собственные ноги. Он был похож на котенка, который заново учится ходить, но это не заняло у него много времени, и вскоре он уже прыгал по комнате. Я отнес его в маленький садик на заднем дворе дома, но как только опустил на землю, он одним прыжком перемахнул через забор и исчез.

Я целый час безуспешно искал его. Затем лег в постель и плохо спал, прислушиваясь, не вернется ли он.

В пять утра меня разбудило пронзительное мяуканье. Я вскочил с кровати, открыл окно и посмотрел вниз.

Хоббс сидел на карнизе прямо под моим окном, держа в зубах голубя в натуральную величину. Голубь был примерно в два раза меньше его, и ему приходилось стоять под неудобным углом, чтобы не упасть с карниза. Голубь был еще жив и пытался вырваться. "Мрааау", - сказал мне Хоббс приглушенным голосом.

"Какого черта ты делаешь?"- потребовал я.

"Мраау".

"Я знаю, что это голубь! Поднимись, чтобы я мог до тебя дотянуться".

"Мрааааау".

"Мне плевать, если ты его потеряешь! Перестань балансировать на этом выступе и забирайся внутрь, пока не упал".

Голубь выбрал этот момент, чтобы начать трепыхаться и хлопать крыльями. Хоббс потерял равновесие и поскользнулся, зацепившись за выступ, но при этом выпустил птицу из пасти. Голубь упал на порог нашего дома, вскочил на ноги и взлетел, хлопая крыльями, как раз в тот момент, когда Хоббс выровнял равновесие.

Хоббс оглянулся, увидел голубя и, не раздумывая ни секунды, бросился с карниза в парящем прыжке. Он задел птицу в воздухе, и они вдвоем упали на землю в клубок меха и перьев.

Я наклонился вперед, боясь, что Хоббс пострадал, но через секунду он снова был на ногах, по-видимому, целый и невредимый, и снова держал голубя во рту. Он бросил на меня торжествующий взгляд, а затем затрусил прочь, исчезнув за оградой на территории соседнего многоквартирного дома. На Фоксден-роуд снова стало тихо.

Что ж, подумал я, это определенно работает.

***

С этого момента выздоровление Хоббса пошло быстро. Его таз и одна из лап зажили немного криво, но это не причиняло ему никакого вреда, и вскоре он снова бродил по улице. Пока его не было, на его территорию перебралась пара других котов, и он избил их в паре крайне односторонних схваток. Сила, которой наделил Хоббса сигл, была просто поразительной - от десятифунтового кота такой мощи просто не ожидаешь. В следующий раз, когда я поведу его к ветеринару, мне придется быть очень осторожным, сажая его в переноску. Но наконец-то он пошел на поправку, и с наступлением лета я чувствовал себя лучше, чем когда-либо за последние годы.

***

Июнь перешел в июль. День солнцестояния наступил и прошел, и я провел долгие теплые дни, бродя по тропинкам и забытым уголкам Восточного Лондона. Кусты ежевики на Гринвей начали цвести, белых и розовых цветов появлялось все больше и больше, пока они не превратились в море красок под летним солнцем. Я находил Колодец за Колодцем, некоторые из них были востребованы и огорожены забором, а другие не были обнаружены и ждали своего часа. Некоторые я продал "Линфорд", но только столько, сколько нужно; лучшие я оставил себе. Постепенно у меня начало складываться представление о том, в каких местах с наибольшей вероятностью можно найти Колодцы, и я составил карту, которую изучал по вечерам, чтобы решить, куда отправиться на следующий день.

Самые слабые колодцы я использовал для своих экспериментов. Колодцы класса D продавались очень дешево, и теперь, когда я перестал быть вечным банкротом, я мог позволить себе использовать их для опробования новых конструктов. Большинство из них были неудачными, давая инертные сиглы, бесполезные сиглы или вообще ничего, но это было не страшно: каждая неудача учила меня чему-то новому. Я познакомился с эссенциями различных ветвей: жизнелюбивым зеленым сиянием Жизни, прозрачной чистотой Первозданности, тяжелой толщей Материи. Но сколько бы я их ни находил, Свет оставался моим любимым. Колодцы Света были единственными, где эссенция, казалось, хотела обрести форму, как будто понимала, что я пытаюсь сделать,