Маскарад Мормо - Мария Понизовская

– Ты… мог бы отвести меня? – медленно проговорила она. – Если увидишь схему?

– Хочешь найти подъёмник? – В его голосе были явно слышны веселье и энтузиазм. – Хочешь пойти туда?

– Да, – осторожно сказала она.

– Ладно, – он улыбнулся. Из-за тика получилось криво.

– И… – нахмурилась Солнцева. – И… всё?

– Да?

– И ты не будешь меня отговаривать?

– А я должен? – Котов выглядел позабавленным.

Он так сбивал её с толку…

– Ну, я не знаю… просто… – Елена с сомнением изучала его. – Это не то чтобы обычная ситуация. И просьба. Я прихожу и прошу проводить меня до возможного тайного подъемника…

– И что?

Солнцева вздохнула и, не выдержав, сказала прямо:

– Котов, это ведь незаконно.

– И что?

Она уставилась на него. Он молча и чуть хмурясь таращился в ответ этими своими лягушачьими глазами, прежде чем раздражённо сказать:

– Ты хочешь пойти. Так идём.

Летучие судно над их головами швартовалось в тоннеле доков с таким скрежетом, что у Солнцевой едва не лопнули барабанные перепонки.

Глава 18

О колдовстве и приглашениях

Наши дни

Внезапная смерть Альбины оказалась неожиданно сильным потрясением. Это было так резко, странно, совершенно непредсказуемо – просто глупо, – что Лене было сложно до конца всё осознать. Ей было сложно в это поверить. Они не были так уж близки, но её смерть породила внутри что-то болезненное и отвратительно знакомое. Что-то, что пугало, злило, выбивало из равновесия. Что-то неподконтрольное. И эти мерзкие чувства словно заели, они не хотели уходить, мешали думать и правильно действовать. Они просто были. Они всё портили. Лена пыталась их не замечать, но с тем же успехом можно было попробовать не замечать кол, вогнанный в живот. Она ненавидела себя за то, что не может им управлять.

– Что ты ду-думаешь о ко-колдовстве? – тихо спросила она, пытаясь отвлечься.

Её шёпот потонул в шелесте книжных страниц и стуке клавиатуры за соседним столом. Акимов сидел, склонившись над докладом по философии. Теперь ему часто приходилось самостоятельно делать домашние задания. Заменить Альбину оказалось не так-то просто.

Миша бездумно водил карандашом по параграфу о Елене Блаватской[21], подчёркивая всё подряд.

В прессе сегодня писали, что ночью снежная буря оборвала провода на нескольких ЛЭП. Четверти города приходилось довольствоваться резервным обеспечением, пока аварию не ликвидируют. Поэтому сейчас библиотека была погружена в уютный полумрак. Без ржавого сияния пышных люстр, свисающих с потолка на длинных тросах, будто три огромных паука, здесь было лучше. Лица студентов озаряли лишь экраны ноутбуков и пыльные настольные зелёные лампы. Правда, и они время от времени моргали.

– Что? – переспросил Акимов.

– Что ты думаешь о ко-колдовстве? – повторила Лена, наблюдая, как он переводит бессмысленный взгляд с учебника на экран ноутбука и обратно.

И сделала глоток из термокружки.

– Ну, Блаватская верила, что оно существует, – фыркнул он. – Всякие скрытые силы природы.

Ларина хмыкнула, откидываясь на спинку стула.

– Я спрашивала не о Бла-Блаватской, – сообщила она.

Акимов повернулся к ней с выражением крайнего разочарования на лице:

– Только не говори мне, что ты одна из этих.

– Из кого?

– Тарологов, астрологов. – Он поджал губы. – Шизоидов.

Она снисходительно улыбнулась и медленно покачала головой.

– О, ну слава бо…

– Ещё один!

Громкий вопль, слишком неуместный для читального зала, со всеми его звуками, сливающимися в нечто тихое и монотонное, заставил Акимова вздрогнуть.

– Ещё одна жертва Мормо!

– Что? – еле слышно выдохнул Миша. Его голос дрогнул.

Лена бросила на него понимающий взгляд, и тот, заметив это, отвернулся, делая вид, что выискивает кричащего. Но мгновением позже таких уже было много.

– Что?!

– Кто?

– Ещё одна жертва? Ещё одна?!

Оторвавшись от наблюдения за Акимовым, который побледнел так сильно, что почти сливался цветом с собственной рубашкой, Лена окинула взглядом библиотеку. Студенты повскакивали с мест, кучкуясь у нескольких парт у двери. Их лица, подсвеченные белёсым сиянием телефонов, были взбудоражены. Ларина подняла глаза на балкон. Там царила суета – кто-то перегнулся через перила, кто-то бежал по лестнице вниз. Библиотека наполнилась возгласами, шепотками, скрипом стульев и топотом.

– Господи боже…

– Вот, пишут, что нашли…

– Да! Вот, смотри!

– Он снова оставил свою по…

– Молодые люди! – Удивительно, но библиотекарь сумел перекричать поднявшийся гвалт. – Напомнить, где вы находитесь?

Он сидел за столом на помосте, отчего оглядывал читальный зал сверху вниз. Седой и морщинистый, он недобро взирал на развернувшийся кавардак сквозь толстые стёкла очков, делавшие его глаза ненормально огромными – и был похож на сову.

Студенты, привлечённые его воплями, затихнув на мгновение, вновь загалдели.

– Что пишут? – спросила Лена, мазнув взглядом по экрану ноутбука, в который уже уткнулся Акимов.

Его пальцы порхали над клавиатурой, а та отзывалась раздражающе громким стуком. Клац-клац. Клац-клац-клац.

– Нашли ещё одну жертву, – спустя пару секунд отозвался староста. – Вроде обстоятельства те же… и, да. «Эм» на лбу.

Экран моргнул пару раз.

– «Мыслете», – поправила Ларина, отодвигаясь подальше.

– Чёрт! – Акимов шлёпнул по корпусу ноутбука. – Давай, ещё залагай опять! Дерьмо.

В читальном зале нарастал шум. Взбудораженные студенты сбивались в стайки, перекрикивали друг друга и сновали туда-сюда, роняя книги со столов.

– Я вас выгоню! – вопил библиотекарь. – Если не угомонитесь, все отправитесь вон!

Миша пригладил волосы, терпеливо дожидаясь, пока ноутбук прогрузит очередную фотографию новостной ленты.

– Как ду-думаешь… – отстранённо начала было Лена, вновь скользя взглядом по собравшимся в читальном зале.

Они не выглядели напуганными, скорее взволнованными. Казалось, даже… счастливыми. Ларина ненадолго задумалась, почему они не боятся. Потому что происходящее не касается их лично? Потому что не кажется им чем-то серьёзным?

Из угла библиотеки донёсся смех. Многие здесь выглядели так, будто обсуждали новую главу книги, а не свежий труп. Настолько же настоящий, как они сами.

– …что связывает все эти же-жертвы? – наконец задала свой вопрос Лена, вновь повернувшись к Акимову.

Оторвавшись от экрана, тот посмотрел на неё.

– Думаешь, они связаны? – взволнованно переспросил Миша.

– А разве не т-так бывает у се-серийных убийц?

– Ну… – Он задумчиво уставился перед собой.

Библиотекарь, спустившись с помоста, заковылял между столов. Он размахивал свёрнутой в трубку газетой, будто дубинкой, и громко угрожал, что лично вышвырнет всех нарушителей порядка, если те сейчас же не уйдут сами.

– Не то чтобы я сильно разбирался, что происходит в голове у маньяков, – протянул Акимов, теребя нижнюю губу. – Но связь обычно есть, правда, это могут быть просто предпочтения. Какой-то определённый типаж.

– Все жертвы – му-мужчины, – легко согласилась Лена.

– Да, верно. – Акимов многозначительно кивнул. – И молодые.

– И до-достаточно обеспеченные. Хотя не уверена насчёт пе-первого.

Она вопросительно на него