Выбор Евы - Наталья Способина

– Как нехорошо устраивать семейные встречи и не присылать приглашения.

Ева почему-то сперва посмотрела на Глеба Жарова, который растерянно моргнул и покосился на Кощея. Тогда Ева тоже посмотрела на владыку Тридевятого царства.

– Ну здравствуй, Марья, – улыбнулся тот.

И в этой улыбке не было ни капли веселья.

Ева все-таки нашла в себе силы обернуться. Если бы она не была безмолвной, точно вскрикнула бы от неожиданности. Друзья безмолвными не были, поэтому одновременно сказали:

– Вот блин!

Но воспитанный Валера тут же спохватился и добавил:

– Здравствуйте, Мария Марковна!

– Здравствуйте, Валерий, – ответила ему директор РАВ. – Пока еще здравствуйте.

Валера поправил очки и наивно уточнил:

– Почему «пока еще»?

– Потому что вы – глупые дети, которые могли просто все мне рассказать и избежать кучи проблем. А теперь мне придется объяснять вашим родителям, куда вы пропали. Вы же не думаете, что после всего этого вас кто-то отпустит? – Мария Марковна направилась в их сторону.

Одетая в зеленый брючный костюм, здесь, в царстве Вия, она выглядела совершенно чужеродной. Сколько всего она успела услышать, оставалось загадкой, потому что тропинки в саду Вия петляли между кустами.

– Вий обещал нас отпустить, – подал голос первым пришедший в себя Глеб.

Он все так же стоял на возвышении рядом с Кощеем и в эту минуту был похож на актера на сцене.

– Мне он тоже много чего обещал. Да, дорогой? – Она ласково улыбнулась владыке подземного мира.

– Ты рано пришла, – без улыбки ответил ей Вий. – Как видишь, у нас гости.

– Ну так избавься от них.

«В смысле избавься?» – пронеслось в мозгу у Евы, в то время как Женька встревоженно на нее посмотрел.

– Он обещал нас отпустить. А здесь все строится на правде, – твердо произнес Жаров.

– Но я такого обещания не давала, – холодно ответила Мария Марковна. Или кто она там была на самом деле.

Ева пока даже мысленно боялась сформулировать, что, похоже, Мария Марковна и царица Тридевятого царства – один человек. Один же? Она растерянно повернулась к бледному Никите.

– Вий поклялся не причинять вред гостям, и, значит, он не может позволить и другим этого сделать, – дрогнувшим голосом произнес Никита.

– Вот ты бы лучше вообще помолчал, мальчишка. Они здесь из-за тебя! Это ты в попытке услужить своему хозяину совсем забыл об осторожности и раскрыл человечкам путь в Тридевятое. Так что их гибель будет на твоей совести.

Ева, потянувшись через Женьку, торопливо сжала Никитину руку: хватит с него уже быть виноватым за всех и вся. Его пальцы были ледяными.

– Хозяину? – переспросил Иван недоуменно. – О чем ты…

– Довольно, – перебил его Вий. – Марья, пусть они уходят. Просто поклянутся не возвращаться и никому ничего не говорить.

– Они уже никуда не уйдут, – прервал его Горыня. – Предел почти пал. Кощей, ты сможешь это остановить?

Кощей тяжело поднялся на ноги, выпрямляясь во весь рост. Глеб подставил ему плечо, помогая устоять. Серебряные браслеты обессилили владыку Тридевятого царства настолько, что сейчас сложно было представить, что он вообще способен творить волшебство.

– Я смогу, брат, – уверенно кивнул Кощей. – Но не в оковах.

– Никто не будет снимать с него оковы! – повысила голос Мария Марковна. – Ну падет Предел, и что? К этому давно шло.

– Горы гибнут! – взревел Горыня, и сверху вновь посыпались камешки.

Мария Марковна раздраженно повела плечом.

– У вас перед ними долг крови, – неожиданно подал голос Валера, глядя прямо на нее.

Ну вот кто-то и сказал наконец, что директор РАВ и Хозяйка Медной горы – один человек. Или… не человек.

– Да что ты знаешь о долге, мальчишка? – холодно произнесла Мария Марковна. – Горы спасли меня лишь однажды, а мою жизнь, мою молодость, мои мечты выпивали веками. Горы – это тюрьма. Проклятая тюрьма, к которой я была привязана Белобогом. Я ненавижу горы и буду счастлива, когда они исчезнут с лица земли!

– Довольно! – прокатился по пещере голос Горыни. – Ты, кажется, забыла свое место!

Мария Марковна резко повернулась к великану и изумленно распахнула глаза.

– Что ты?.. – начала она, но Горыня осадил ее злым взглядом.

– Эти глупцы слишком много воли тебе дали. Ты вертела ими обоими века, но я еще помню завет отца. Твое место в волшебных горах. Ты – слуга, Марья. Не госпожа.

– Это ты слуга! Даром что царский сын, – прошипела она, и Ева поразилась злобе, прозвучавшей в ее голосе, и еще тому, как быстро она потеряла все свое внешнее величие. – А я родилась, чтобы править.

– В Подводном мире, – отрезал Горыня. – Ты же покусилась на то, что тебе не принадлежит.

– Горыня, полно, – мягко сказал Вий.

– Нет, брат. С меня довольно. Это с нее все началось. А вы оба слепцы и глупцы. Бросить столько миров к ногам этой…

– Горыня! – воззвал Кощей, но тот лишь отмахнулся.

– Коль уж вам важнее перед предательницей хвосты распускать, я мешать не стану. Сам пойду к Пределу.

– Ты не сможешь, Горынь, – негромко произнес Кощей. – Это тебя погубит.

– Значит, так тому и быть, – ответил великан и, подойдя к возвышению, на котором стоял Кощей, коснулся каменной стены ладонью. Его брови были нахмурены, пока он прислушивался к чему-то, ведомому только ему.

– Нужно просто переждать. – Голос Марии Марковны звучал нервно. – Лунный свет защитит Тридевятое царство и уж тем более подземный мир.

– А что насчет того мира, в котором РАВ? – воскликнул Никита.

– Он через время справится. Только и всего. Смею думать, что раз уж ты на побегушках у самого Кощея, то способен прожить подольше обычных смертных. Так что ты еще увидишь его в новом обличии.

Ева растерянно посмотрела на Никиту. Если Мария Марковна и есть царица Тридевятого, почему она говорит со своим сыном как с посторонним? А потом до нее дошел смысл фразы «справится через время».

– Матушка, – кажется, Иван пребывал в не меньшем удивлении, – отчего ты…

Он запнулся на полуслове и посмотрел на буравящего его взглядом Никиту. Кажется, тот снова о чем-то сообщил старшему брату, и на этот раз самообладание Ивана дало трещину. Его брови взлетели вверх, он бросил взгляд на отца, потом снова на Никиту и передумал продолжать.

– Не время сейчас, – будто в ответ на их молчаливый диалог заметил Вий, а Ева дернула Женьку за руку, потому что секреты семьи Кощея могли и подождать, а вот проблемы с их миром вряд ли.

К счастью, Жаров тоже правильно определил приоритеты.

– Что значит «справится через время»? Что там будет?

– Предел падет, лунный свет хлынет туда, а за ним из других миров придут волшебные твари, – медленно произнес Вий и чуть пожал плечами: – Ничего непоправимого. Немного пошалят, покуражатся, а потом успокоятся, и все будет