Выбор Евы - Наталья Способина

– На перемотке, – зачем-то сказал Глеб.

– На перемотке, – повторил Вий. – Человечки научатся жить с новыми соседями.

– А сколько их там погибнет, пока они будут учиться жить с новыми соседями? – негромко спросил Никита.

– Поколение, может, два, – снова пожал плечами Вий.

Ева изумленно открыла рот, не веря в то, что они говорят это всерьез. Ну ладно Вий, но Мария Марковна ведь столько лет там прожила! Она ведь основала школу, академию, обучила сотни детей! И она готова пожертвовать ими ради того, чтобы править? И чем? Одним несчастным волшебным царством!

– Так нельзя, – твердо сказал Валера, озвучивая Евины мысли. – Мария Марковна, вы же отвечаете за академию! За тех, кто там учится, работает.

– Со своей ответственностью, Валерий, я разберусь сама. А вот тебе неплохо было бы разобраться со своей. Ты – грандиозная ошибка своей семьи. И я очень жалею, что однажды проявила мягкосердечность и пошла на поводу у твоей бабушки. Не стоило тебя спасать. Ты ведь тоже внес лепту в общий хаос. Вряд ли кто-то кроме тебя мог в Междумирье поменять местами точки входа лунного света в паре десятков миров. Волшебство не прощает глупости, мальчишка!

Валера поперхнулся воздухом и замолчал. Женька с возмущением открыл рот, но сказать ничего не успел, потому что остров вдруг задрожал и пещеру со стороны фонтана с русалкой залил солнечный свет.

В эту минуту искусственность освещения подземного мира стала заметна, как никогда. Лучи отразились от стенок хрустального гроба и заплясали солнечными зайчиками, ослепив на миг всех присутствующих. И вслед за солнечным светом в подземный мир ворвался свежий воздух. Ева вдохнула полной грудью, радуясь появлению живого и настоящего. Огорчало только то, что Вий не задымился и не сгорел, как герой книги про вампиров. Однако на его бледном лице отразился отчетливый испуг. И секунду спустя Ева поняла, почему он так отреагировал.

– Дети, на землю! – крикнул Глеб, присаживаясь и прикрывая голову руками.

Оттого что он все еще сжимал шапку, часть его тела тут же растаяла в воздухе.

– Не поможет! – крикнул Никита, но, вопреки своим словам, толкнул Женю и Еву в спины, заставляя пригнуться.

– Что случилось? – в панике спросил Женька, сжимая Евину руку.

– Предел просел сюда. – Голос Ивана прозвучал до того буднично, что Ева окинула его диким взглядом.

«Ему реально страха при рождении не выдали? Как Никите мозгов!»

Последняя мысль посетила ее при виде того, как младший сын Кощея рванул навстречу солнечному свету вслед за Горыней.

– Горыня, вернись! – крикнул Вий. – Острову Белобога ничего не грозит.

Он еще добавил что-то типа «остальное исправим», но сказал это уже себе под нос, потому что великан не стал его слушать. Иван бросился следом за младшим братом, но Никита, на миг остановившись, широко махнул рукой, как в сказках про Царевну Лебедь, выбрасывая вперед то ли клочок бумаги, то ли фантик, который изменился прямо в полете и стал увеличиваться в размерах. Он мгновенно переместился к одной из стен, пространство задрожало, и от стены пошла муть, как будто кто-то быстро растягивал гигантский рулон целлофана от пола до потолка. Спустя миг они все оказались отрезаны этой преградой от остальной части пещеры и от солнечного света.

Иван тоже махнул рукой, но «целлофан» никуда не делся, тогда он врезался в него всем телом, но отлетел назад так же, как совсем недавно отлетал Женька при попытках преодолеть преграду у замка Кощея. Только тогда запрет на приближение к замку наложил сам Иван. Теперь же ему довелось испытать действие охранного волшебства на себе по милости младшего брата.

– Никита! – в один голос крикнули Иван и Кощей и больше ничего не добавили, потому что либо за эту преграду не проходил звук, либо Никита просто не хотел их слышать.

Сейчас, когда глаза привыкли к солнечному свету, стало ясно, что Горыня и Никита стоят на заваленном камнями лугу у склона дрожащей горы. Той самой, через которую они вошли в Тридевятое царство в первый раз. Той самой, по которой проходил Предел.

Глава 26. Волшебство плюс предмет или хотел как лучше, но…

Иван снова махнул рукой, пытаясь снять преграду, и Никита каким-то образом это почувствовал. Он резко развернулся и что-то прокричал.

Звук, как и предполагала Ева, сюда не долетал, однако Иван на миг прижал ладони к ушам, как будто его оглушило, а потом отступив, повернулся к отцу.

– Он говорит, что нам нужно удержать эту преграду, говорит, что, если она рухнет… – Иван запнулся, и Кощей продолжил за него:

– Подземный мир тоже поглотят полчища тварей. И может статься, что этот остров будет единственным безопасным местом.

– Если будет, – заметил Глеб, что-то смахивая перед лицом свободной рукой. Во второй он так и держал шапку-невидимку. – Он создавался без учета таких катаклизмов.

За преградой пока не происходило ничего особенного: Горыня и Никита просто стояли у подножия дрожащей горы и, кажется, спорили.

– Где Никита научился ставить такую сильную защиту? – спросил Иван у Глеба.

– В РАВ, – не отрываясь от своего занятия, ответил тот. – Здесь не просто волшебство. Здесь волшебство плюс предмет. Но это нам не поможет. Если сила давления будет свыше двух тысяч атмосфер, и это все при учете неравномерного распределения…

– Нездешка! – повысил голос Иван. – Тебя никто здесь не понимает.

– Спорный вопрос, – пробормотал Валера и, когда Иван повернулся к нему, приподняв бровь, пояснил: – Глеб имеет в виду, что у преграды есть предел прочности, который может разрушиться при сильном давлении. То есть преграда просто… порвется.

– Невозможно! Это же охранное волшебство! – ответил Иван, впрочем, в его тоне сквозила легкая неуверенность.

– Это синтетическое волшебство, Иван, – устало пояснил Глеб. – Именно поэтому ты не смог последовать за ними. Никита хотел нас защитить и…

– Тем самым поставил под удар, – раздраженно закончила Мария Марковна. – Синтетическое волшебство может эффективно противостоять истинному, но сдается под действием обычных законов физики.

– Да. Мы на этом уже столько раз попадались, – вздохнул Глеб, вглядываясь в видимый одному ему экран.

– Значит, нужно поставить обычное охранное волшебство. Да и дело с концом, – подытожил Иван и взмахнул рукой.

Никаких видимых изменений не произошло. «Но это ведь истинное волшебство. Оно не обязано выглядеть эффектно», – успела подумать Ева, прежде чем Иван взмахнул рукой во второй раз, а потом еще и еще.

Наблюдавший за ним с хмурым видом Вий тоже взмахнул рукой и тут же повернулся к Марии Марковне.

– Не смотри на меня так, – отрезала