Дочь медведя, или Предсказанная перевёртышу - Оксана Чекменёва

– Ребенок, – прошептала Рэнди. – Голодный ребенок. Раздетый, замерзший, в лесу! За восемь лет – два одеяла и плащ! Как же ты выжила, Риони? Как пережила зимы?

– В домике было довольно тепло. – Я все же решилась поднять голову и посмотреть на ту, что снова роняла слезы от жалости ко мне. – Мы печку топили – я к холодам научилась. Нечисть законопатила все щели мхом. И укрывала меня, согревая в холодные зимы. А вот на улицу выходить очень холодно было, это да.

– Поскольку в то время ты была не просто несовершеннолетней, а малолетней, то своей императорской властью я объявляю тебе амнистию за все преступления, совершенные ради выживания, – твердо сказал император. – Включая убитых ради самозащиты животных в заповеднике. А документы… Тебе могут вернуть настоящую фамилию и возраст или оставить нынешние, решай сама.

– А смысл сейчас что-то менять? – спросил кто-то. – Все равно скоро новую фамилию получит.

О чем это он? Ой, неважно! Главное сейчас – меня не будут наказывать не только за темную магию, но даже за воровство.

– Не форсируйте, – недовольно ответил этому кому-то Томас. – Здесь вам не Земля, Риони нужно время. Не надо давить, я сам разберусь. И пока Риони учится в академии, ее фамилия вообще не имеет никакого значения.

– То есть вы собираетесь продолжать учебу? – уточнил ректор.

– Разумеется. Риони столько лет упорно трудилась, чтобы в академию попасть, она это заслужила. Девочка моя, ты же не собираешься оставлять учебу? – это уже ко мне, и я вскинула глаза на его лицо, точнее – личину, но такую родную.

– Нет! – и испуганно оглянулась на ректора: – Вы хотите меня исключить? За мою темную магию или за воровство?

То, что меня не собираются казнить или в тюрьму сажать, еще не значит, что вообще никак не накажут. Вдруг таким, как я, нельзя обучаться в Имперской академии?

– Глупости какие! – мотнул головой ректор. – Никто тебя исключать не собирается, не за что пока.

– Пока? – напряглась я.

– Вот нахватаешь плохих отметок, не сдашь экзамены, запустишь учебу… да мало ли, за что у нас отсеивают студентов. Но уж точно не за то, о чем мы сегодня узнали. Учись как следует – и никто тебя ниоткуда не отчислит, обещаю.

Я выдохнула. Все же исключение было бы для меня страшным ударом, хотя, на фоне того, чего я ожидала еще совсем недавно, показалось бы ерундой. В сравнении с казнью все кажется ерундой, а когда опасность исчезает – все возвращается на свои места. И прежние страхи вновь возвращаются.

– Что-то мне подсказывает, что с таким помощником успеваемость Риони взлетит до небес, – с улыбкой глядя на нас, сказал мастер Дэн.

– Томас помогал Риони задачи решать, – сообщила всем Лапка, сидящая у него на плече. – Два дня с ней занимался!

– А я о чем? – развел руками мастер Дэн. – Так что не волнуйся, Риони, в академии ты проучишься ровно столько, сколько сама захочешь.

– Мне диплом очень нужен, без него хорошую, а главное, легальную работу не получить, – пояснила я. – А мне семью кормить.

– Кажется, кому-то предстоит очень долгий разговор, – хмыкнул Гейб. – Но мы молчим, не форсируем.

– Ноппи? – шепнула я.

– В данном конкретном случае – ускорять события, торопить, – донеслось из-за пазухи Томаса.

– Вы еще что-нибудь хотите выяснить или все же вспомните, что у моей девочки сильнейшее истощение, и целителем ей предписан покой? – поинтересовался у окружающих Томас.

– Вопросов-то масса, – хмыкнул император. – И у каждого свои. Но мы узнали самое главное и сейчас вполне можем отпустить вас с миром, остальные вопросы подождут. А вам и правда нужно о многом поговорить, видно же, что Риони ничего не понимает. Поэтому, идите, отдыхайте. Еще встретимся, и не раз. Кстати, малыш, можешь взять ее себе, раз так понравилась.

Последняя фраза императора была обращена к Клещу, который облюбовал красивую и, кажется, золотую ручку на его письменном столе и, держа ее обеими лапками, что-то царапал на листе бумаги.

– Правда? Спасибо! – хорек положил ручку, подбежал к императору, схватил лапками его за палец, изобразив рукопожатие, потом подхватил ручку зубами и в мгновение ока перебрался мне на руки.

– Клещ, нельзя! – перепугалась я. – Она слишком дорогая!

– У Мела есть еще, не обеднеет, – с этими словами Томас встал и решительно зашагал из комнаты, приговаривая: – Всем спасибо, все свободны, мы отдыхать, – не сбавляя шага, оглянулся: – Фил, организуешь нам освобождение от уроков на завтра.

– Нет, вы это слышали? – возмущенный вопль ректора у нас за спиной.

– А чего ж ты тогда улыбаешься? – поинтересовался у него мастер Дэн, пересаживая мне на плечо Лапку.

– И это был даже не вопрос, – хохотнул Гейб. – Мой мальчик!

– Учитывая, что его… Риони плохо себя чувствует, чего вы ожидали? – голос Рэнди.

– Нельзя так с ректором, – шепнула я, едва дверь за нами закрылась, на этот раз кем-то, а не ногой Томаса. – И с императором тоже.

– Ты фамильное древо видела? – усмехнулся перевертыш. – Я Филу пра-пра… надо глянуть точно, сколько раз прадед. Не переживай, они не обижаются, это у нас игра такая.

– В нахальных попаданцев? – уточнила Лапка.

– Да. Габриель подсадила местных на наше фэнтези, и вот результат.

– Фэнтези – это сказки такие, – пояснила Ноппи, выбираясь на свободу, поскольку толпа осталась в кабинете, и мы вновь были одни в коридоре. – Про выдуманные миры с магией и сказочными существами – драконами, перевертышами, эльфами и так далее.

– То есть про наш мир? – уточнила я. – Но он же не выдуманный.

– В ином мире ничего этого нет, для них это выдумка. Хм-м-м, интересно, а что считалось бы фэнтези для местных? Компьютеры, автобусы, пылесосы, солнечные панели? Тоже нечто, несуществующее в этом мире, а значит, сказочное.

– Скорее уж это считалось бы научной фантастикой, – улыбнулся ей Томас. – Ну, что, Риони, выбирай, где будешь отдыхать? Варианты – комната во дворце, где мы уже были, или общежитие академии?

– Общежитие! – тут же откликнулась я. И пояснила: – Там Моня один. Переживает, наверное, почему я не возвращаюсь.

– Логично. – Томас круто развернулся и пошел в обратном направлении. – Только чур – в мою комнату. У меня свой санузел.

– Уборная, – тут же перевела Ноппи.

– Хорошо, – кивнула я, соглашаясь. Томас прав – я пока могла ходить, лишь держась за стену, а носить меня в уборную женского крыла он вряд ли сможет.

Завернув за угол коридора, мы обнаружили у кабинета императора небольшую группу бессмертных