Дочь медведя, или Предсказанная перевёртышу - Оксана Чекменёва

– Ну, что я вам говорил? – довольно улыбнулся Дэн. – Какие императорские апартаменты, у них там «братишка» один остался. Голодный!

– Этот-то голодный? – рассмеялся Гейб. – Да его всей академией обкормят, скоро как шарик перекатываться начнет.

– Ладно, идемте, – ректор кивнул на портал, открытый магистром Ардериком. – Будет освобождение вам обоим, дедуля. Кстати, без всяких пра-пра, сам-то фамильное древо давно видел?

Мы вышли в незнакомый мне коридор, не менее просторный, чем в королевском дворце.

– Открыть вам портал в общежитие, или сами доберетесь? – спросил магистр Ардерик.

– Сами, – дернул плечом Томас. – Заодно в столовую заглянем, запасы сделаем. Не хочу оставлять мою девочку одну.

– Едой мы вас обеспечим, не переживай, иди сразу в общежитие, – посоветовала Рэнди.

– Тогда мы пошли, – кивнул Томас, но его остановила Лапка:

– Подожди секундочку, пожалуйста. – А когда и он, и все шестеро наших спутников, уже развернувшиеся, чтобы идти, как я поняла, в свои преподавательские апартаменты, притормозили, обратилась к Габриель: – Я давно хотела сказать вам спасибо от всех нас, обитателей заповедника. Я старше, чем выгляжу, спасибо Томасу, что омолодил, и еще помню те времена, когда лесную нечисть уничтожали наравне с дикими животными. Спасибо вам за то, что все мы живы, и живем в безопасности.

– Да, спасибо вам, что я рос, не зная, что такое стрелы и капканы, – подхватил Клещ. – И что опасался лишь хищников, но не охотников. Мы только здесь, от Томаса узнали, кому обязаны всем этим.

– Пожалуйста, – жена магистра Ардерика широко улыбнулась, а потом погладила сначала Клеща, а потом Лапку. – Я очень рада, что теперь нечисть живет в безопасности. Вы же разумные, я не понимаю, как люди могли этого не осознавать и уничтожать вас?

– Я тоже выжила благодаря вам. – Я с восхищением смотрела на черноволосую девушку, которая выглядела моей ровесницей. – Если бы тот лес не стал заповедником… Не знаю, что бы со мной стало. И папа Клык мог бы не дожить до нашей встречи, и заброшенная охотничья хижина не была бы свободной и не стала бы для меня убежищем, и найти меня могли бы быстро. Да многое, что помогло мне остаться в живых, произошло благодаря вам.

– Я этому рада, не нужно благодарности. – И при этом Габриель посмотрела на Томаса. – И говори мне «ты», Риони, мы же теперь… друзья.

– Я все равно благодарен, – ответил ей Томас, не совсем для меня понятно. – Кстати, Риони, а ты знаешь, какая у меня фамилия?

– Халлоран, – меня очень удивила внезапная смена темы, но я ответила без раздумий.

– Не-а, это фамилия императорской семьи, а у нас, иномирной ветви, другая. Форест.

Форест? Фамилия звучала очень знакомо, но я не могла сообразить, где именно ее слышала. А Томас расплылся в предвкушающей улыбке:

– А первое имя Габриель – Лилиан.

И все встало на свои места. Потому что автора моих любимых книг звали Лилиан Форест.

– Так это ты написала «Неуловимую драконицу»? – обрадованно воскликнула я. Ректор почему-то обреченно застонал:

– У Габриель четырнадцать книг. Четырнадцать! Почему все первым делом вспоминают именно это позорище?

– Простите, – смущенно пробормотала я. – Просто вы тогда упомянули эту книгу, ну, когда Моня форменный мундир напялил. Мне стало интересно, я спросила сначала у Томаса, потом у Тобиаса… то есть… И он раздобыл мне эту книгу.

– Интересно, как? – недобро прищурился ректор на моего друга, но тот совсем не испугался.

– Я дала, – ответила Габриель. – Тебе понравилось?

– Очень! А у тебя правда еще тринадцать книг? А то мне в библиотеке только четыре дали.

– Правда. И если хочешь, дам тебе остальные почитать.

– Очень хочу! – выдохнула я, в восторге от будущего удовольствия.

– Договорились.

– Вот и славно. – Томас развернулся и направился прочь от своих родственников, приговаривая: – Наболтаетесь еще, а сейчас тебе нужно отдохнуть. Мало было случая в пещере, еще и допрос этот! Денек потерпеть не могли, все им некогда!

Он шел и ворчал, а я пыталась уложить по полочкам недавний разговор. И в кабинете императора, и вот тут, в коридоре, – даже здесь мне все время слышался какой-то подтекст, а уж во дворце все явно о чем-то недоговаривали, на что-то намекали, но «не хотели форсировать».

Ну, ничего, Томас пообещал мне «важный разговор», вот все вопросы и задам. Хотя даже и не знаю, с чего начать, столько всего в голове крутится. Ладно, что первое на язык придет, то и спрошу.

В академии было малолюдно. Во дворе – тоже. От ворот к общежитиям тянулись тонкие ручейки возвращающихся из увольнительного студентов, но сам путь от академии к нашему общежитию был почти пуст. А те, кто по какой-то надобности все же прогуливались по территории академии, на нас внимания не обращали – Томас так и остался в личине.

Войдя в здание, Томас скомандовал:

– Клещ, сбегай, позови Моню.

После чего направился в свою комнату, где с удобствами устроил меня на своей кровати. Сначала поверх покрывала, чтобы снова оставить без верхней одежды, обуви и животных – мою сумочку он еще во дворце повесил на свое плечо, – а потом устроил меня уже более удобно и укутал в покрывало. А я позволяла ему вертеть меня, как куклу, потому что весь крохотный заряд бодрости, который дал мне недавний сон и перекус, куда-то испарился.

К тому моменту, как я была уложена, в приоткрытую дверь скользнули Клещ с Моней, после чего Моня запер дверь – наловчился, закрывая мою, – и с недовольной мордой повернулся к нам.

– Ну, теперь-то можете сказать, где так долго пропадали, и с чего такая секретность? А то кроме «потом, все потом, здесь могут услышать», я никаких объяснений не получил.

– Минутку. – Томас достал из шкафа что-то небольшое, поставил на стол и что-то на этой вещичке нажал. – Вот теперь можно разговаривать.

– Это артефакт, полог тишины, – пояснила Ноппи, утаптывая гнездышко на подушке, лежащей в ногах кровати – гораздо шире и длиннее моей, – а потом укладываясь там калачиком.

– Да что у вас случилось? – почти взвыл Моня. – Я сейчас лопну от любопытства и нетерпения.

– Знаешь, тут, похоже, назревает очень важный и довольно срочный разговор. – Лапка тоже устроилась на краю той же подушки. – Так что, давай, мы тебе очень коротко расскажем, а подробности – потом, хорошо?

– Хоть что-нибудь расскажите! – Моня плюхнулся на толстую попку и приготовился внимать.

– В общем, если в нескольких словах – в пещере был обвал, пока неясно почему…

– Это выясняется, нам обязательно расскажут, – вставил Томас, усаживаясь возле кровати и беря меня