Семиградье. Летопись 2. Травы на Пепле - Егор Александрович Данилов

На голову Возлюбленному надели мешок, к ногам привязали огромный булыжник. Должна что-то сделать, или будет слишком поздно. Должна спасти во что бы то ни стало. Где его меч? Вот, на телеге. Лежит, никому не нужный.

Нет времени думать. Нет времени составлять сложные планы. Действовать. Сейчас!

Встала на ноги. Взяла в руки клинок. Рыжие волосы растрепались от порыва ветра. Бронзовый медальон зазвенел на шее. Будет биться за Возлюбленного. Даже если он этого не хочет. Пройдет время и станет ее благодарить.

Кинулась на ближайшего солдата. Выбила оружие. В глазах смущение. В сердце страх. Правильно. Бойся ее. Бойся как никого прежде, смертный.

Сбила с ног. Атаковала следующего. Краем глаза увидела, как Возлюбленного толкают с обрыва вниз, в холодные воды бурной реки. Отбила удар и ринулась следом. Быстрее ветра. Быстрее стрелы. Туда, за ним. Пока не утонул.

Впереди слишком много противников. Слишком много тех, кто не дает пройти. Первое изумление растаяло. Раздаются приказы. Ей не успеть. Возлюбленный может задохнуться. Может умереть. И тогда…

Этого нельзя допустить.

Дух реки слишком силен. Не будет слушать. Но она попробует.

«Ты слышишь меня, добрый дух?»

***

– Амаль аз Фарех, все спланировано задолго до твоего рождения. – Старец самодовольно улыбнулся. – И то, что ты окажешься здесь, в Скутуме. И то, что вынужден будешь отдать Сферу. Ведь ты любишь эту девушку? У тебя нет выбора.

Авал застыл и попытался сообразить, что теперь делать. Своими руками он принес Сферу тем, от кого должен был держать подальше. Он не мог отдать ее, но не мог и позволить убить Инас. Амаль был совершенно точно уверен только в одном: они не оставят ее в живых, если он будет сопротивляться.

– Инсан Али, – обратился старец к огромному воину.

Тот повел головой. Светила отразились на железных плечах аметистовыми и хризолитовыми бликами. Инас снова вскрикнула, Амаль сжал зубы и потянулся за Сферой. Где-то под самой Завесой мелькнула огромная птица – куавитль. Что ему надо здесь? Тоже хочет заполучить Сферу?

Как когда-то под стенами Факса, куавитль начал резко пикировать вниз. Старец протянул руку. Амаль шагнул вперед. Из-за спины раздались ругательства Башира. Куавитль стремительно приближался. И летел он не на Амаля. На Инсана Али. Быть может, это единственный шанс?

Сфера становилась теплой. Авалу показалось, что она пульсирует в руке. Что-то хочет ему сказать? Сердце Амаля забилось быстрее.

Сбоку раздался оглушительный скрежет. Краем глаза Амаль успел уловить, что куавитль обернулся человеком и врезался в Инсана Али, обрушив на него свой меч. Таким же ударом он забрал жизнь доминуса Лукиана под Факсом. Но против доспехов огромного воина этого было недостаточно. Так или иначе, но Инсан Али пошатнулся, пальцы на мгновение разжались, и Инас сумела вырваться из его хватки.

Перчатка понеслась в лицо старцу быстрее, чем Амаль успел об этом подумать. Однако, вместо того чтобы смять его голову, она наткнулась на невидимую преграду. Показалось, что задрожал сам воздух, а авала откинуло на несколько шагов назад.

Караванщики выхватили оружие. Оратор Маний забормотал что-то себе под нос. Инсан Али пытался достать огромными ручищами куавитля, но тот оказался слишком ловок. Удары его меча высекали искры из брони огромного воина. Сзади Инсана Али уже атаковал Башир, но и его сабля не причиняла никакого вреда.

Мимо Амаля пролетел нож. Брошенный рукой Махира, он, так же как и Перчатка, отскочил от невидимой преграды, окружавшей старца. Авал снова атаковал, но безрезультатно. Усмехнувшись, старец поднял руку, и Амаля отбросило к стене ближайшего дома. От удара потемнело в глазах. Мир вокруг словно раздвинулся, и его место заняло темное ничто. Здесь не было Скутума и Инсана Али, Башира, Расула и Сеятеля. Лишь тихое пение Амани на самой границе слуха и звенящая пустота под ногами.

Спустя мгновение вокруг заклубились тени. Они то приближались, то отдалялись, принимая очертания незнакомых лиц. Предки снова игрались с ним.

– Ис-справь, ис-справь, ис-справь… – зазвучало со всех сторон.

Одна из теней выступила вперед, и авал узнал в ней Галибза, сына Фарет-Ха.

– Прими Путь и веди нас за собой. – Череп древнего правителя уставился прямо на него пустыми глазницами.

– Но… – Голос Амаля дрогнул.

– Установи Контакт, иначе будет слишком поздно.

Галибз, сын Фарет-Ха, говорил о Черной Науке, о том, во что Амаль никогда не верил. Но сейчас на кону стояло слишком много.

– Как?

– Прими Путь, и ты поймешь.

– Как мне принять Путь?

– Откажись от прошлого, и у тебя будет будущее. У всего народа альмаутов. Все зависит только от тебя. У нас мало времени. Железный Воин Сеятеля вот-вот возьмет верх.

– Духи Пустыни, от какого прошлого ты хочешь, чтобы я отказался? – Амаль начинал злиться.

– От того, что тянет тебя назад. Прими Путь. Иначе Сфера достанется им и последняя Башня рано или поздно падет.

– Принимаю! – выпалил Амаль, не до конца осознавая, что хотят от него предки. – Я принимаю Путь.

– Хорошо, – прошептал Галибз. – А теперь просыпайся и делай что должен.

***

– Н-но к-как? – выдохнул Эрик, вглядываясь в такие знакомые формы лица. – Как здесь оказался отец? Кто построил все это? И зачем?

– Он был Хранителем, значит, его статуя должна была здесь появиться. – Бьёрг пожала плечами.

– Сама собой?

– Конечно нет. Ничто не возникает само собой. Механизмы Башни разрушены. Но здесь еще работает то, что оставила после себя Сола. Это Зал Хранителей. Отсюда Гудд управлял строительством Башни.

– Строительством Башни? – Глаза Эрика загорелись. – Значит… – начал было он, но не договорил, боясь спугнуть возникшую надежду. Надежду на спасение прежнего мира.

– Я не знаю, Эрик, – без слов поняла его Бьёрг. – Но, возможно, именно поэтому мы здесь.

– Эй, о чем вы толкуете? – возмутился Кнуд. Он стоял рядом со статуей и завороженно водил по ней рукой. – И что мы тут делаем? Едва Клык-то пережили и опять лезем куда не след. Не хватало еще опять встретить жестянку.

Бьёрг кивнула:

– Ты прав, мы обязательно встретим их.

– Их?! – Кригар выхватил топор и начал озираться по сторонам. – Ты знала об этом и промолчала?

– Не все из них… – Бьёрг на мгновение задумалась. – …испорчены. Вернее, может, и все, но у нас