Пламя и кровь - Джордж Мартин

— Сотня голых мужчин ее только напугает, — не развеселилась Алисанна.

— Ее и сотня голых уток напугает, — ответил король.

— А если она не выйдет замуж? — спросила королева. — Мейгель сказала, Святая Вера не захочет девушку, не умеющую читать молитвы.

— Всегда остаются Молчаливые Сестры, — сказал Джейхейрис. — Разве стоит до этого доводить? Найди ей кого-нибудь. Кого-нибудь мягкого, как она. Доброго человека, который не станет повышать на нее голос или поднимать на нее руку, который будет говорить с ней ласково, рассказывать, какая она милая, защищать ее… От драконов, лошадей, пчел, котят, прыщавых мальчиков и чего там еще она боится.

— Я сделаю, что смогу, ваша милость, — пообещала королева.

В конце концов не понадобилась сотня мужчин, голых или одетых. Королева мягко разъяснила приказ короля Дейле, и предложила ей на выбор трех женихов, каждый из которых с радостью принял бы ее руку. Стоит заметить, что никаких пейтов-свинопасов среди них не было; трое, которых выбрала Алисанна, были великими лордами или сыновьями великих лордов. За кого бы Дейла не вышла, она получала большое богатство и высокое положение.

Из всех троих претендентов внушительнее всего выглядел Боремунд Баратеон. Двадцативосьмилетний лорд Штормового Предела был вылитый отец — крепкий и сильный, с громогласным смехом, большой черной бородой и густой черной гривой. Как сын лорда Рогара и королевы Алиссы, он был сводным братом Алисанны и Джейхейриса, и Дейла знала и любила его сестру Джоселин по ее годам при дворе, что могло послужить ему на пользу.

Сир Тимонд Ланнистер был богатейшим из претендентов, наследником Утеса Кастерли и его золота. В двадцать лет он был ближе всего к возрасту Дейлы и считался одним из самых красивых мужчин королевства — стройный и гибкий, с длинными золотыми усами и волосами того же цвета, всегда одетый в шелк и атлас. Принцесса была бы хорошо защищена в Утесе Кастерли, не было в Вестеросе более неприступного замка. Но против золота Ланнистеров и красоты Ланнистеров играла репутация сира Тимонда. Как говорили, он слишком был охоч до женщин, а еще больше — до вина.

Последним из троих, во всяком случае, в глазах многих, был Родрик Аррен, лорд Орлиного Гнезда и Хранитель Долины. Он был лордом с тех пор, как ему исполнилось десять, что играло ему на пользу; последние двадцать лет он служил в Малом совете лордом-юстициарием и мастером над законами, и за это время стал знакомой всем фигурой при дворе и верным другом королю и королеве. В Долине он был способным лордом, строгим, но справедливым, любезным, щедрым, любимым как простонародьем, так и его лордами-знаменосцами. К тому же он хорошо показал себя в Королевской Гавани: разумный, знающий, доброго нрава, он всеми считался выгодным приобретением совета.

Но при этом лорд Аррен был старшим из претендентов, в свои тридцать шесть он был на двадцать лет старше принцессы, и кроме того, был отцом четырех детей, оставшихся от его покойной первой жены. Невысокий и лысеющий, с брюшком, Аррен не был тем, о ком мечтают девы, признавалась королева, «но он из тех, о ком ты просил, добрый и мягкий человек, и он говорит, что многие годы любит нашу милую девочку. Я знаю, что он будет ее защищать».

К ошеломлению каждой женщины при дворе — за исключением, возможно, королевы — принцесса Дейла выбрала в мужья лорда Родрика.

— Он кажется добрым и мудрым, как отец, — сказала она королеве Алисанне, — и у него четверо детей! Я буду их новой матерью!

Что подумала об этом ее милость, не запечатлено. В записях великого мейстера Элисара же о том дне записано только: «Боги нас помилуй!»

Помолвка не была долгой. Как и пожелал король, принцесса Дейла и лорд Родрик поженились еще до окончания года. Церемония была скромной, в септе Драконьего Камня, в присутствии только близких друзей и родственников, в большой толпе принцессе было бы ужасно неуютно. Не было и провожания в постель. «Ох, я не вынесу этого, я умру от стыда», — сказала принцесса будущему мужу, и он повиновался ее желанию.

После того лорд Аррен увез свою принцессу в Орлиное Гнездо.

— Мои дети должны познакомиться со своей новой матерью, а я хочу показать Дейле Долину. Жизнь там медленнее и спокойней. Ей понравится. Клянусь вам, там она будет счастлива и в безопасности.

Так и было хотя бы некоторое время. Старшая из детей лорда Родрика, Элис, была на три года старше своей новой мачехи. С ней принцесса не сошлась с самого начала. Дейла, однако, баловала трех младших, и они обожали ее в ответ. Лорд Родрик, верный своему слову, был добрым и заботливым супругом, который никогда не уставал холить и лелеять свою жену, которую называл «моей драгоценной принцессой». Письма, отправляемые Дейлой ее матери (большей частью написанные младшей дочерью лорда Родрика, Амандой) явственно рассказывали о том, как счастлива она была, как красива была Долина, как любила она милых сыновей своего лорда, и как все в Орлином Гнезде были добры к ней.

Принц Эймон достиг двадцатишестилетнего возраста в 81 году от З.Э. и показал себя способным и в войне, и в мире. Так как он был наследником Железного трона, казалось правильным, чтобы он принимал большее участие в управлении королевством как член совета короля. Таким образом, король Джейхейрис назначил принца юстициарием и мастером над законами вместо Родрика Аррена.

— Оставляю тебе законотворчество, братец, — заявил принц Бейлон, когда они выпивали за назначение принца Эймона. — Я же буду делать сыновей, — и этим он и занимался, потому что позже в тот год принцесса Алисса родила своему Весеннему принцу второго сына, которого назвали Деймон. Его мать, неукротимая, как всегда, поднялась с ребенком в небо на Мелеис уже через две недели после его рождения, как она сделала и с его братом Визерисом.

Тем временем ее сестра Дейла в Долине справлялась не так хорошо. После полутора лет брака ворон доставил в Красный замок иное письмо. Оно было коротким и написано собственным неровным почерком Дейлы. «Я беременна, — гласило