Мономах. Сильный духом - Александр Александрович Ладович

Чтобы освободить отца из плена, его сыну Владимиру пришлось выплатить ляхам небывалый по размерам выкуп, который состоял из золота, серебра, драгоценных сосудов, дорогих одежд и прочего имущества. По словам современника, все это богатство вывозили в Польшу на возах и верблюдах: «Так что вся Русь зачахла от непривычной скудости». Золото, серебро и прочие драгоценности для освобождения Володаря дал и его ослепленный брат, теребовльский князь Василько Ростиславич. Польские историки называют астрономические суммы, которые требовали за освобождение Володаря. Изначально поляки запросили совершенно немыслимые восемьдесят тысяч марок серебра, что равнялось шестнадцати тоннам серебра. Позже похитители согласились на двадцать тысяч марок, то есть сумму, сопостовимую с четырьмя тоннами серебра. При этом сразу нужно было выплатить двенадцать тысяч, а в залог оставшегося выкупа ляхи взяли себе в заложники одного из младших сыновей Володаря Ростиславича.

Есть известный закон жизни: «Подлость и обман рано или поздно влекут за собой неизбежную расплату». Так и главному организатору подлости и обмана против перемышльского князя, «комиту» Петру, судьба отплатила его же монетой. Подлый польский вельможа старался в своем коварстве перед польским князем Болеславом III и был у него в почете. Однако со временем жизнь все расставила на свои места. После Болеслава III к власти в Польше пришел его сын Владислав II. «Комит» Петр пошутил в адрес Владислава, и тот приказал схватить распустившегося вельможу, выколоть ему глаза, отрезать язык, отнять все имущество и в таком жалком состоянии выгнать вместе с женой и сыном за пределы Польши.

Вчера возомнивший себя «пупом земли», а сегодня ограбленный и изувеченный «комит» Петр не придумал ничего лучшего, как пойти на Русь искать убежище своему ничтожному существу. Это событие нашло себе место на страницах летописи: «Той же зимой Владислав, князь польский, схватил мужа своего Петрока и ослепил, а язык ему урезал и дом его разграбил, и только с женой и сыном выгнал из земли своей, и пошел тот на Русь. Как гласит евангельское слово: “Какою мерою мерите, такою и вам будут мерить”. Тот ведь обманом схватил русского князя Володаря, и умучил его, и имение его похитил все».

Однако бумеранг польских событий в этой истории имел еще одно продолжение. Вскоре после совершенного над «комитом» зверского беззакония братья князя Владислава изгнали его из страны, и он вошел в историю Польши под незатейливым прозвищем Изгнанник.

Бывший владимиро-волынский князь Ярослав Святополчич не смирился с потерей своей волости, но и заключать мир с великим князем Владимиром Мономахом, чтобы мирно себе вернуть волость на Руси, он не собирался. После того как два года назад его дважды у Червеня разбил Фома Ратиборич, Ярославец затих и копил силы. Ему было к кому обратиться за военной помощью. Первым браком Ярославец был женат на дочери венгерского короля Ласло I, второй женой князя была дочь польского князя Владислава I, а родная сестра Ярослава была замужем за правившим сейчас в Польше князем Болеславом III. Ярославец был «своим» и в Венгрии, и в Польше. Из Венгрии он приводил войска еще в 1099 году, когда его отец пытался хищнически захватить земли Володаря и Василько Ростиславичей, а Польша подпитывала военные силы Ярославца последние несколько лет.

Теперь князь Ярослав Святополчич за два года неустанных трудов, собрав сильное войско, состоящее из венгров, поляков и даже чехов, 15 мая 1123 года пошел войной на Русь. Целью князя был некогда ему принадлежащий Владимир-Волынский. Сил у Ярославца на этот раз было немерено. Под стенами Владимира-Волынского в те дни собралась огромная иноземная рать из трех стран, а во главе венгерского войска был сам король Венгрии Стефан (Иштван) II.

Вражеская армия, как туман, обступила Владимир-Волынский. Силы русских войск, находящихся в городе, были несопоставимо малы по сравнению с силами неприятеля. Правивший на Волыни младший сын Мономаха, князь Андрей, вместе с тысяцким Фомой Ратиборичем, отправив гонца за помощью в Киев, затворились в городе.

Узнав о смертельной опасности, нависшей над младшим сыном Андреем, Мономах немедленно отправил выручать его из беды своего старшего сына. Не имея времени на сбор большого войска, Мстислав помчался, как в свое время мчался сам Мономах, имея в своем распоряжении только великокняжескую конную дружину. Сил у Мстислава было явно недостаточно. Но он все равно бросился на помощь младшему брату. На их стороне была правда. Тем более что Мстислав был тестем Ярославца и хотел хорошенько спросить со своего незадачливого зятя за опороченную честь своей дочери.

Сам же великий князь Владимир Мономах, невзирая на то, что уже отметил семидесятилетний юбилей, отправил гонцов к сыновьям в Переяславль и Смоленск, в Чернигов к князю Давыду Святославичу и в Новгород-Северский к сыновьям покойного Олега Святославича с требованием немедленно вести войска к Киеву. Мономах готовился возглавить свой очередной поход. Как и всегда, ему нужно было спешить на помощь. На этот раз в смертельной опасности находились его младший сын, запертый в городе, и старший сын, который с великокняжеской дружиной, точно капля в море, был против объединенного войска из трех стран.

Ярославец, обступив со всех сторон бывший свой город, тщеславно пугал местных жителей бряцанием оружия. Он требовал сдачи города, угрожая стереть его с лица земли. При той силе, которую он собрал, эта угроза не выглядела пустым звуком. Ярославец был доволен собой. Мономах с русским войском далеко, а долгожданный Владимир-Волынский почти у его ног. Осталось лишь руку протянуть, и город будет взят. Не сегодня так завтра победа будет в его руках. Гордый князь гарцевал у городских стен, выбирая место для штурма. Упоенный ощущением несметной военной мощи за своей спиной, князь был уверен, что он все продумал, все учел и просчитал. Казалось бы, все расклады сил в его пользу. Но Ярославец не учел один нюанс. Во Владимире-Волынском тысяцким был Фома Ратиборич. Тот самый Фома, который его уже дважды разбивал в пух и прах. Первый раз силой. Второй раз начал хитростью, а добил все той же силой.

Так вот, этот Фома был сыном не абы кого, а легендарного Ратибора. И не зря он имел доверие и уважение Мономаха. Пусть силы оказались очень неравны и нельзя было сразиться на поле брани, Фома не собирался раньше времени хоронить себя, свою дружину и молодого князя Андрея. Он решил действовать хитростью.

Фома Ратиборич скрытно отправил из города двух воинов, наставляя их воспользоваться тщеславием и беспечностью Ярославца. Развязки всего дела ждать не пришлось. Эти два воина