Закат Плантагенетов. Драматическая история средневековой Англии - Хелен Карр

– высившийся над рекой Туид замок Норем. В 1312 году жители Дарема, доведенные до отчаяния разрушительной волной набегов, вступили в прямые переговоры с Робертом Брюсом и предложили «две тысячи фунтов за перемирие» на следующий год. В итоге стороны пришли к соглашению, по которому шотландцам предоставлялся «свободный проход и беспрепятственное возвращение через земли епископства всякий раз, когда они пожелают совершить набег на Англию»2. Подобные договоренности балансировали на грани государственной измены, но заключались они не от хорошей жизни: людьми овладевало нарастающее чувство страха и безысходности. Целые города, а порой и отдельные горожане, делали попытки взывать к королю, умоляя о помощи.

Эти вопли страждущих доходили до Эдуарда в виде петиций. И озвучивались они, вероятнее всего, устами канцлера перед лордами, которые, позевывая, фланировали по каменным плитам Вестминстер-Холла. В 1310 году, после особо жестокого шотландского набега на йоркширское аббатство Болтон в долине реки Уорф, тамошний приор обратился к Эдуарду с просьбой возвратить монастырю его «движимое имущество» вместе с духом «королевской хартии», которого они теперь лишены3. Некоторые стремились взять дело в свои руки. Бернард ле Полетер, купец из Карлайла, устал постоянно защищать город и испрашивал у короля разрешения отправиться с четырьмя людьми в Шотландию, дабы вернуть «скот и прочие захваченные товары»4. Другие же с горечью описывали, как война безвозвратно разрушила все, чем они владели – как, например, вдова Маргарет де Жиронд, чьи «земли были разорены, замки разрушены, а собственность утрачена»5. Возможно, уют Вестминстера мешал королю и его приближенным в полной мере прочувствовать бедственное положение несчастных северян. Но они прекрасно понимали, что цель Брюса – испытать мощь Англии, ведь он продвигался все дальше вглубь страны, – дальше, чем любой из его шотландских предшественников.

Разграбление англичан в пограничных областях не было главной целью Роберта Брюса. Своей основной задачей он считал полное устранение английского присутствия в Шотландии, обретение страной суверенитета. После завоеваний Эдуарда I англичане удерживали Шотландию сетью гарнизонов, контролировавших прилегающие земли. Эти замки также служили опорными пунктами для двигающихся с юга на север английских армий. Устранить их можно было лишь одним способом – выжечь.

В период с 1309 по 1313 год Брюс систематически осаждал и уничтожал английские за́мки. Тамошние солдаты оказывались брошенными на произвол судьбы посреди незнакомого, сурового шотландского ландшафта. Поначалу Брюс буквально пронесся через Лотиан, шотландские низменности к югу от Эдинбурга, и уже к марту 1313 года подготовил ресурсы для захвата стратегически важного замка Перт – а вместе с ним и Роксбурга, Дамфриса, Банфа, Данди, Эра, Лох-Дуна, Далсуинтона, Бьюттла, Керлаверока. Под английским контролем оставались лишь две значимые крепости – Ботвелл и Стерлинг, причем последняя считалась ключом к северу Шотландии, который взять было попросту необходимо, и Брюс поручил эту судьбоносную задачу своему брату Эдварду, опытному и закаленному воину. Тот разбил лагерь у стен замка и предался тягостной рутине – ожиданию дня, когда у жителей Стерлинга иссякнут припасы.

Осада Стерлинга сделала поход Эдуарда в Шотландию неизбежным. Военную мощь Брюса уже нельзя было игнорировать, а давление, которое он оказывал на границу, стало попросту невыносимым для тех, кто с таким трудом ее защищал. Масштабный военный поход помог бы Эдуарду не только остановить Брюса, но и вернуть утраченную после казни Гавестона поддержку знати, напомнить о том, как его отец сплачивал людей силой меча. Но Эдуард опоздал. Брюс к тому времени уже начал разваливать сеть английской власти, навязанную Шотландии пером и клинком. В октябре 1313 года Брюс поклялся, что всякий, кто будет ему противостоять, лишится своих имений. На протяжении столетий знатные семьи – и английские, и шотландские – владели землями по обе стороны границы. Родословные затрагивали оба королевских дома, трансграничные сообщества сосуществовали поколениями. Брюс же нацелился разрушить все эти устоявшиеся социальные структуры, упразднить общины, лишить большинство знати наследственного права. Новый порядок принуждал семьи принять ту или иную сторону – а ведь для некоторых это означало вооруженный конфликт между братом и кузеном. Жестко очерченная граница уничтожала человеческие связи и формы общественной жизни, которые прежде ее определяли.

Стремясь предотвратить пограничный раскол, который означал бы изгнание из Шотландии всех сторонников английской короны, Эдуард решил освободить Стерлинг. 19 мая он сосредоточил своих лучших воинов в Берике-на-Туиде. В английских графствах набрали пятнадцатитысячную рать – в основном пехотинцев, – а другую часть призвали в Уэльсе[17]. Среди этих людей были ветераны победы 1298 года при Фолкирке над шотландскими мятежниками под предводительством Уильяма Уоллеса – они считались искуснейшими бойцами королевства. Эдуард приложил исключительные усилия, дабы обеспечить себе наилучших солдат. Он, например, выкупил из плена сэра Жиля д’Аржантана, прославленного нормандского рыцаря, захваченного византийским императором во время крестового похода в составе рыцарей Родоса. И велел ему ехать подле себя в качестве личного телохранителя.

К июню 1314 года огромная английская армия созрела для выступления. Под лучами летнего солнца колонна длиной в двадцать миль во главе с Эдуардом II выдвинулась из Берика-на-Туиде на север. У этой армии, как говорили современники, «доставало сил, чтобы покрыть всю Шотландию целиком… и все присутствующие сходились во мнении, что на нашей памяти из Англии никогда еще не выходило столь крупного войска»6. Убежденный в грядущей победе, Эдуард вел своих солдат так, будто те шли не на войну, а в паломничество.

Нортумбрийский рыцарь Томас Грей, член свиты видного вельможи и военачальника Генри де Бомона, стал одним из немногих свидетелей той кампании, чьи воспоминания дошли до наших дней. Спустя годы сын Грея перенес рассказ отца на пергамент7. Ниже пересказано описание, которое – наряду с архивными документами и хрониками, созданными по обе стороны конфликта – позволяет нам восстановить события, развернувшиеся после того, как Эдуард II подвел армию к замку Стерлинг.

Во второй половине дня 23 июня войско остановилось в нескольких милях от замка, а передовой отряд, в рядах которого скакал знатный рыцарь Генри де Богун, двинулся дальше, дабы оценить местность. Разглядывая поле будущей битвы, он приметил в Нью-Парке, густом лесу, раскинувшемся по долине внизу, людские силуэты. Перед ними держал речь человек на небольшой серой лошади, на шлеме у него блестел золотой обруч, знак королевского достоинства. Брюс виделся де Богуну простой мишенью. Казалось, всего пара мгновений, и он покроет себя славой. Он опустил копье и ринулся в атаку. Услышав звяканье доспехов и грохот копыт, Брюс развернулся и поскакал навстречу рыцарю. В момент сближения он резко уклонился в сторону, поднялся в стременах и обрушил топор на голову де Богуна, сокрушив единственным жестким ударом