Открытие Америки турками - Жоржи Амаду

кулаке. Наводила порядок в доме и требовала соблюдения приличий. Она заставляла Фариду, бедного ангела, забыть беззаботную жизнь и помогать по хозяйству – тяжёлая работа, которую не переделать. Для начала Адма заставила сестру нянчиться с её собственным сыном: соски, грязные пелёнки, мокрый подол, плач, понос и отрыжка – вместо привычного бесстыдства с Алфеу на глазах у всех, все эти поцелуйчики за прилавком, щипки и поглаживания, словно они были женихом и невестой, а не законными супругами. Ведь не Адма же крутилась с парнями у задних ворот, почему теперь она должна стирать грязные пелёнки?

Но главной её целью был Ибрагим. Вырвать его из разврата и беспутства, в которых он, овдовев, погряз, полностью забросив дела семьи. Если бы она вернула его на праведный путь, душа Салуи попала бы в рай. Это была великая цель, которую Адма решила достичь, чего бы ей это ни стоило.

От Салуи Адме достался твёрдый характер, непреклонность и дар повелевать. Жаль, что она не унаследовала от неё черты лица и формы тела. В этом плане она больше была похожа на отца: тощая и костлявая; у неё не было ни пышного бюста, ни крутых бёдер, ни плавной походки, ни огромных глаз, ни шёлковых волос, как у матери и сестёр. Лёгкий пушок над верхней губой у Салуи и трех младших сестёр лишь добавлял им прелести, а у Адмы превратился в настоящие усы. Что поделаешь, судьба, кого в этом винить?

Возраст и разбитые надежды превратили моральные принципы Адмы, завещанные Салуей, в агрессивность и нетерпимость. Радуан Мурад, исследователь человеческой природы, причин и следствий, никогда не называл её матриархом; понизив голос, мудрец так говорил про неё: жандарм в юбке.

Изучая проблему со всех сторон во время утренней рыбалки, над которой также нависла угроза, Ибрагим нашёл единственный, но блестящий выход из двойного кризиса, финансового и морального, – одним махом избавиться от некомпетентности зятя и деспотизма старшей дочери. Младшие, все три, были душками. Нужно найти холостого и бедного земляка, который возьмёт на себя управление магазином и женится на Адме. Арабская кровь претендента гарантировала бы преданность предприятию и желание трудиться. А бедность поможет склонить его к женитьбе. В противном случае как заставить его принять уродство за красоту, а желчность за кротость?

В книгах пишут, что истинная красота женщины не сводится к физическим прелестям, – во всяком случае, не они главные. Всему миру известно, что истинная красота заключается прежде всего в добродетели, которая украшает сердце и душу. Памятуя о несомненных, исключительных добродетелях Адмы: высоких моральных принципах, самоотверженном труде на благо семьи и незапятнанной девственности – как можно отрицать её красоту?

Кроме того, она не выставляла себя напоказ, как её сёстры, и не была ни калекой, ни слабоумной. Абсолютное, непогрешимое целомудрие: никогда она не знала дерзости ухажёра, никогда не любовалась восходом луны на заднем дворе. Кто знает, может, для разукрашенной кружевами и лентами Адмы найдётся жених, который сделает Ибрагиму такую милость и поведёт её к алтарю?

Задача трудная, заключил Ибрагим, но необходимая, насущная, неотложная: Адма становилась желчной и злобной.

6

В баре за игрой в нарды Ибрагим спросил, что думает по этому поводу и что посоветует ему Радуан Мурад. Тот принял идею с энтузиазмом и предложил конкретную помощь в осуществлении плана:

– Рассчитывай на меня, Ибрагим, мы вместе пойдём ловить эту редкую птицу. Сначала нужно рассмотреть задачу со всех сторон.

Эта затея – подарок небес, как раз для того, чтобы занять свободное время в недавно возникшем городе, лишённом развлечений: кроме казино, бара, кабаре и публичных домов здесь некуда пойти. Захваченный рассказом приятеля, Радуан Мурад прикрыл глаза от удовольствия. Он не был согласен только с трактовкой Ибрагимом женской красоты, не отрицая, впрочем, наличие этого трюизма в трактатах о морали.

– Трактаты о морали – монументы лицемерия. Добродетель – прекрасная штука, чтобы попасть на небо после смерти, но в постели, дорогой мой Ибрагим, нужна плоть, не дух, а материя.

Передвигая шашки, они принялись рассматривать кандидатуры соотечественников в Итабуне. Их было много, почти все работящие, некоторые очень серьёзные. Но холостой только один, Адиб, младший из трёх братьев, сирота без отца и матери; совершенно случайно оказалось, что он работает официантом в этом самом баре. Парень улыбчивый и уверенный в себе, он быстро считал и правильно давал сдачу – что было главным требованием к жениху. У него был один недостаток – возраст: он был слишком молод для Адмы.

– Адме уже перевалило за тридцать, – признался Ибрагим.

Радуан, однако, отверг это возражение: возраст очень мало или ничего не значит для счастья в браке. Молодому парню, только начинающему жить, нужна здравомыслящая супруга, чтобы наставлять его на правильный путь. Если старик женится на юной девушке, то муж рискует получить рога, но если жена старше, то бояться нечего: у женщин ведь рогов не бывает, правда? Возражений у Ибрагима не нашлось.

Решив не тратить время попусту, приятели немедленно стали прощупывать кандидата. Не хочет ли Адиб жениться, иметь дом, хороший дом, жену и детей? Удивившись такому вопросу, парень подумал немного и ответил, что жениться пока он не хочет, нет, сеньор. Ему ещё и двадцати нет, рано ему жениться, тем более что сейчас у него любовь с Прокопией.

– Прокопия? – заинтересовался Радуан. – Любовница судьи?

– Она самая, сеньор. – Адиб аж причмокнул сладострастно.

Новость пустяковая, но интересная. Радуан Мурад был ходячей энциклопедией городской и сельской жизни и знал обо всём, что творится в Итабуне и окрестностях, включая самые незначительные факты. Уникальный источник информации. Если он не знал деталей какой-то интриги, он их выдумывал и, как ни странно, в большинстве случаев оказывался прав. При необходимости он предсказывал, как будут развиваться события, чем поражал своих слушателей. Жизнь, в конце концов, – та же игра в покер, где вместо карт и фишек события и люди. И в том и другом случае, за карточным столом или в игре с судьбой, Радуан не боялся блефовать, совсем наоборот. Нет, он выигрывал не всегда, но очень часто. Радуан глубоко вздохнул, вспомнив грудь Прокопии, этой сумасшедшей.

– Поздравляю тебя, парень, но будь осторожен. Судья Грасиндо – настоящий феодал. Если он заподозрит, что ты наставляешь ему рога, он отправит тебя в тюрьму, там тебя научат уважать чужих женщин.

Они уж было решили, что Адиб – карта из другой колоды, как вдруг удивлённый парень засмеялся и сказал:

– Но не стану утверждать, что я бы отказался от дочери фазендейро, у которого денег куры не клюют