Понять себя и других: Психологические знания, которые нужны каждому человеку - Инна Романина

не вызывают возражений. Нельзя совать пальцы в розетку — значит нельзя! Но в подростковом возрасте картина меняется: если ребенок младшего возраста готов слушаться родителей, то подросток может воспринимать запрет как вызов. Подростку бессмысленно доказывать, что родитель прав, а он нет — с таким же успехом можно размахивать перед быком красной тряпкой. Физиология и психика в пубертате неустойчивы, что проявляется, помимо прочего, в чрезмерном упрямстве. Даже если в глубине души подросток признаёт правоту старших, напоказ он, скорее всего, будет отстаивать свою позицию «из принципа». В этом возрасте ребенок нуждается в родительской адекватности и устойчивости, чтобы скомпенсировать свою нестабильность и пройти кризис с наименьшими потерями.

Что чаще всего вызывает протест

• Строгость и жесткость запретов без объяснений, невозможность добиться компромисса. Вариант: сменить запретительную форму на рекомендательную или даже на формат согласования: «Давай посоветуемся, порассуждаем вместе». Так подросток почувствует, что к нему прислушиваются и его интересы учитывают.

• Чрезмерное количество ограничений и правил, обусловленных тревогой родителя. В таком случае стоит обратить внимание на свои переживания. Что страшит меня? С чем я боюсь не справиться? Как поступают другие в аналогичной ситуации?

• Запреты, основанные на личном опыте родителя и не имеющие прямого отношения к жизни и поведению ребенка. Чтобы изменить это, следует поработать над осознанием и переоценкой своего прошлого и настоящего.

Анализ этих моментов позволит улучшить взаимоотношения с ребенком.

Кризис подросткового возраста и агрессия

Подростковый кризис, как кризис трех лет, начинается с первого «нет», высказанного родителям. В зависимости от того, насколько гармоничны взаимоотношения в семье, это «нет» высказывается напрямую или проявляется в манипулятивной, завуалированной форме.

Нужно понимать, что главная психологическая задача подростка — обособиться, отделиться от родителей, двигаться в сторону взросления. В данном контексте согласие можно рассматривать как слияние, а протест — как отделение.

В качестве примера возьмем ситуацию, когда подросток отказывается идти в школу. Если в семье агрессия проявлена достаточно сильно, то протест будет заявлен напрямую: «Я не пойду в школу». Агрессия в данном случае наполняет подростка жизненной энергией, придает ему силы, чтобы двигаться вперед. Если агрессия в семье подавляется, то бунт будет выражаться, например, через соматизацию (плохое самочувствие как повод пропустить занятия) или обман, который служит защитой от «санкций». Иногда подросток отстаивает свою позицию из эгоистических соображений, но тем не менее это проба пера, заявка на взрослость. Родителю важно отделить зерна от плевел, поддержать ребенка в его стремлении к росту, самостоятельности и независимости в принятии решений, но в конструктивной форме.

Кризис подросткового возраста всегда обнаруживает слабые места в семье — его можно рассматривать как индикатор семейных проблем. Особенно ярко он показывает, насколько в семье считаются с позицией взрослеющего ребенка, его силой, агрессивностью.

«Считаться» означает обсуждать с подростком его позицию. В этом помогут вопросы такого рода:

• Почему ты решил(а) не идти в школу?

• Что ты планируешь делать вместо школы?

• Как собираешься справляться с последствиями пропуска уроков?

Такой диалог позволит понять ребенка и расширить его представления относительно его же решения и возможных последствий. Обычно достаточно напоминания, что за отказом идти в школу последует звонок классного руководителя, а если ситуация будет повторяться, то ребенка и родителя вызовут к директору и т.д.

Кроме того, в ходе доверительного разговора о нежелании идти в школу можно узнать о каких-либо проблемах ребенка и постараться вместе найти решение.

Если ситуация касается отказа посещать секцию/кружок, то, поскольку решение приняли не родители, а подросток, то и объясняться придется ему. Здесь важно выдержать характер и не соглашаться нести ответственность перед педагогом за решение ребенка, иначе он не осознает его последствия и не научится самостоятельности и ответственности.

Распределение ответственности

Родители часто жалуются, что подросток не учится, все время проводит со своими друзьями или в интернете, приносит двойки, — кем же он станет? Если проанализировать такую ситуацию, может выясниться, что жизнь родителя вращается вокруг ребенка и работы, а собственных интересов, дружеского общения у взрослого нет. У родителя в социальной жизни пробел, а у ребенка она перенасыщена, при этом в плане учебы ребенок отстает, а родитель — трудоголик. И в том, и в другом случае отсутствует баланс.

Если человек не проживает свою жизнь, он может начать контролировать (проживать) жизни других. Если родитель, вернувшись домой после работы, начинает проверять у подростка домашнее задание, естественно, это будет сопровождаться раздражением с обеих сторон, потому что зоны ответственности не разделены.

Кто несет ответственность за учебу и получение аттестата о среднем образовании?

В начальных классах ответственность в основном лежит на родителе, но с каждым годом она все больше переносится на ребенка, и к 18 годам юноши и девушки отвечают за себя сами (в соответствии с законодательством РФ).

Идеальный вариант: родители проживают свою эмоционально насыщенную жизнь, а ребенок, наблюдая за ними, учится решать свои проблемы и исправлять ошибки, при необходимости обращаясь за помощью.

Родителю подростка полезно ответить на следующие вопросы:

• Что мне дает контроль моего взрослеющего ребенка?

• Когда исчезло доверие?

• Что наполняет мою жизнь, помимо забот о ребенке?

• Что важно сейчас для ребенка?

• Каким навыкам он обучается в своей жизни?

Как и почему развиваются психотравмирующие отношения

Психологическая травма развивается вследствие насильственного опыта, однократного или продолжительного. Это может быть эмоциональное, физическое или сексуальное насилие, а также пренебрежение потребностями человека.

Психологическая травма возникает не от самого факта насилия, обесценивания или игнорирования, а от невозможности безопасно отреагировать вызванные ситуацией чувства, мысли и телесные ощущения. Часто рядом не оказывается никого, кто может безоценочно принять и выдержать боль травмированного человека. Более того, часто те, к кому ребенок принес свою боль, то есть самые близкие и родные люди, оказываются эмоционально недоступными, а то и инициаторами или соучастниками насилия и игнорирования.

Получая неприятный опыт, маленький ребенок, не обладающий критическим мышлением (оно развивается лишь к семи–восьми годам), может принять такой опыт за правило.

Например, ребенок вернулся с прогулки в грязной одежде. Вообще-то для детей это нормально: довольно трудно не испачкаться, когда все внимание захватила игра, да и координация развита еще недостаточно. И вот, радостный и чумазый ребенок влетает в дом и сразу сталкивается с маминой истерикой: «К нам сейчас придут бабушка с тетей, что они скажут, увидев такого неряху (в переводе с «марсианского» это означает: «Ты выставишь меня плохой матерью»)? Быстро мыться и переодеваться, и не запачкай мне квартиру! Я полдня тут все