Тень — тоже ты. Принять себя целиком, а не только “хорошие” части - Мария Салихова

Собирая анамнез, я поняла, что Е. несостоятелен в кооперации, в командной работе, в корпоративной среде в принципе. Он «воюет» там, где надо и не надо, воспринимая разные сферы жизни как поле боя, а коллег и окружающих — как соперников. При этом не может объяснить причины своего поведения, потому что они находятся в поле бессознательного. Воинственность и бойцовские качества были бы уместны в спорте, но непригодны в системной организации на старте карьеры. Однако тень воина приобрела автономный характер, она прорывается, не подчиняясь сознательному контролю.

Как вернуть юристу с тенью воина ценность, которую он отвергает?

Мы рассмотрели разные контексты юридической практики. Выяснили, что корпоративному юристу, занимающемуся договорами, скажем, подряда или оказания услуг, воинственно проявляться негде. А вот адвокату, который вправе любыми способами защищать интересы клиента, позволительно вступить в открытую борьбу со стороной обвинения, с прокурором, с государственной машиной, наконец. Е. отработал два года по юридической специальности, прошел годичную стажировку в адвокатском образовании, сдал квалификационный экзамен и получил статус адвоката. Спустя пару лет он Стивен Сигал в своем деле. Смело выходит на ринг, кланяется рефери, дерзко ведет бой. И никогда не проигрывает.

Тень — и есть предназначение Е. Нам не пришлось долго его искать, оно было в нем изначально. Вернув отвергаемые ценности, мы устранили теневое напряжение. Сделали особенность личности Е. инструментом заработка и стилем жизни. Результатом стали глубокие и долгосрочные изменения в жизни человека.

Принимайте дары тени. Не стесняйтесь своих личных особенностей. Каждый увидит в них то, что сможет: кто-то — сумасшествие, а кто-то — эксклюзивность, кто-то — страх, а кто-то — интерес, кто-то — уродство, а кто-то — прекрасное, кто-то — слабость, а кто-то — силу.

Игровое мультифокусное мышление

Сейчас я предлагаю выйти за рамки ограничений ума и допустить возможность другой реальности, кроме общепризнанной.

Представим, что наша жизнь — это игра. В таком случае мы можем выступать в четырех амплуа: персонаж, игрок, зритель и автор.

Когда я персонаж, то я существую в определенном образе, с определенными настройками. Я управляем волей игрока и «живу» по установленным игроком правилам.

Когда я игрок, то в моем распоряжении разные игры и персонажи. Я могу добиваться с помощью персонажа успехов в игре, могу усиливать и прокачивать игрового персонажа.

Когда я зритель, то могу не включаться в действие, а просто наблюдать за тем, что происходит и в самой игре, и вне игры.

Когда я автор этой игры, то могу растворить свое истинное «я» в придуманных персонажах, создав собственный мир и жителей этого мира. В моей власти добиваться своих целей, действуя через разных персонажей, а также изменяя повороты сюжета.

Если перенести законы игровой реальности на земную жизнь, можно обнаружить, что они здесь вполне уместны. Игровое мультифокусное мышление позволяет видеть больше вариантов и выходов, а также не застревать в одной стратегии поведения.

Нормально — быть только персонажем, так живет большинство людей. Здорово — «из игрока» технически управлять персонажем, еще лучше — выходить на уровень автора — создателя, влиять на сюжет в целом. Задача максимум — освоить навык видеть все свои амплуа, знать их возможности, способности и уметь применять нужное в конкретной ситуации. Если мы научимся соединять все роли внутри и эффективно проявляться в каждой, мы обретем целостность и познаем свою настоящую силу.

Представьте, что перед нами стоит задача, которая обычными способами не решается. Для сдвига с мертвой точки полезно выйти за пределы себя:

• выбрать уровень «игрока»;

• «включить» нужного персонажа из своего ролевого набора;

• заменить привычное «я» этим теневым персонажем, наделяя его неодобряемыми чертами;

• начать имитировать, то есть воспроизводить внешние признаки, демонстрировать свойства, которых нет, запустить незнакомое состояние, которое впоследствии наша психика сможет присвоить как свое.

Персонаж, конечно, связан с нами, но внутренне мы его отдаляем от себя, лишая собственных страхов и сомнений. «Неразумность игры» позволяет нам делать что угодно. Это доступ к практически полной свободе для нашего персонажа и ощущению больших возможностей за счет управления субличностью, которая не имеет привычных нам ограничений.

В разных жизненных проектах таким включением можно отыгрывать все свои тени. На каждой работе придумывать себе новую себя и действовать через измененную версию. Для мини-бизнесов и фриланс-проектов можно создавать разные аккаунты и вести соцсети из разных ипостасей. Определить энергию, которая нужна для конкретного дела, и выгуливать соответствующих персонажей — тех, что могут выйти за привычные рамки.

Пойдем дальше. Мы можем прокачивать персонажа:

• отводить его на шопинг, наряжать, гримировать, делать видимым его сущность и через атрибуты роли усиливать его;

• прописать ему реплики и реакцию на обстоятельства;

• дать ему дополнительные силы и выбрать, как проходить этапы и уровни игры.

Мы гораздо увереннее чувствуем себя в имитации роли.

Тут нельзя «не смочь», тут делается совсем иначе, по-новому, как бы не тобой.

Кому-то помогает говорить о себе в третьем лице:

«Сейчас она будет рыдать».

«Сейчас я включу глупую бабу».

«Скоро на сцену выйдет жмот».

Внутренний игрок лишен серьезности по отношению к происходящему и не воспринимает каждый поступок как решение всей жизни. Он просто играет.

Чем чаще мы выгуливаем свою тень, тем быстрее выходим из устаревших сценарных паттернов. Попробуйте, это не так уж трудно.

Выгулять «хищницу» в интимной близости.

Сымитировать мажора, выбирая подарок любимому человеку.

Включить внутреннего хана Батыя — хладнокровного и хитрого — в управлении новым коллективом.

Сыграть заносчивого начальника службы безопасности, когда принимаешь у прораба законченный ремонт своей спальни.

Лететь зазнайкой в бизнес-классе, как будто всю жизнь только в нем и летаешь.

Мы способны не только наигрывать разные роли, но и забирать себе дары того заряда, который ощущается как наиболее аутентичный. А потом добавлять, как специю, в свою жизнь эту историю, чтобы получить доступ к иным смыслам и алгоритмам.

Мультифокусное мышление позволяет нам управлять всем собой: одной частью я — персонаж — стою и слушаю, как на меня кричит начальник, злюсь, и мне страшно. Второй частью я дистанцируюсь от внутренних переживаний, наблюдая за всем как бы со стороны: усатый человек в шляпе машет руками. Девушка в клетчатом пиджаке переминается с ноги на ногу.

Другая часть придумывает развитие сюжета: интересно, что она сделает дальше? А что будет потом? Какого персонажа здесь не хватает? Кого я могу ввести в это действие?

И выпускаю свою тень. На сцену выходит Машка-«нахалка» — наглая и напористая, как танк. Спина распрямилась,