Королева Маргарита - Мария Валерьевна Голикова

– Знаете, Маргарита, я давно усвоил, что в этом дворце нельзя расставаться с кинжалом. Но если так дальше пойдет, мне придется вооружиться до зубов!

– Что случилось?

– Пустяки. Только что меня чуть не продырявили в коридоре.

– Ведущем в покои Франсуа?

– Ах, так вы уже знаете… Месье де Ла Моль!

Ла Моль выходит к нам одетый, аккуратный, и любезно кланяется. Муж прекрасно знал, что он здесь, поэтому продолжает как ни в чем не бывало:

– Месье, там засада в вашу честь. Советую вам уходить по дальнему коридору.

Ла Моль благодарит и исчезает.

– Уф! Спасибо, Генрих, – говорю я.

– Да не за что, Маргарита.

– Как мне отблагодарить вас за милосердие?

– Это легче легкого!

Когда, устав поджидать Ла Моля, король Карл наконец отпустил Гиза и пришел ко мне со своими дворянами, то обнаружил, что появился несколько не вовремя, поскольку застал нас с мужем в самом разгаре жаркого поцелуя.

Мы с Генрихом посмеялись над этой историей, хотя глаза мужа были не слишком веселыми. Он в последнее время усердно развлекается, но, по-моему, не столько из жажды удовольствий, сколько из желания унять страх за собственную жизнь. Слишком многие здесь его ненавидят – и хорошо, если не скрывают этого. Куда страшнее ненависть под маской преданности! Да, Лувр кого угодно научит быть подозрительным и все время следить, не прячется ли под бархатным плащом друга или атласным платьем любовницы острый кинжал, нет ли незнакомого оттенка во вкусе вина, не смотрят ли тебе в спину с холодным расчетом глаза твоего врага, пока ты беспечно болтаешь с друзьями о пустяках…

– Спасибо вам, Маргарита. Я и не знаю, что бы делал без вас, – серьезно сказал мне Генрих, когда мы легли спать. – Никогда не думал, что так важно дружить с собственной женой.

– Не менее важно, чем дружить с собственным мужем.

– Мне даже жаль, что вы любите не меня, а этого провансальского красавчика.

– Я люблю и вас – как брата. Так что одно другому совершенно не мешает.

– Маргарита, да вы кого угодно сведете с ума!

– Вы меня ревнуете?! А представляете, что будет, если я стану ревновать вас?

– Нет, не представляю, – весело ответил он. – Вы слишком благоразумны для этого.

Он помолчал и снова заговорил, понизив голос до шепота:

– На этот раз все прекрасно организовано. Мы с вашим братом и принцем Конде обо всем договорились. Убежим в Седан, потом вызволим вас, и жизнь изменится, Маргарита! Побег устроим на охоте, так никто ничего не заподозрит. Ваш месье де Ла Моль, кажется, надежный человек… Только, умоляю, никому ни слова!

– Генрих, я никому не скажу. Главное – вы сами не проболтайтесь!

– Я буду молчать, даже если меня станут допрашивать с пристрастием.

– Еще этого не хватало! Милый, прошу вас, будьте осторожны!

– «Милый»?! Какую карьеру я делаю!

Ночь в обществе мужа оказалась далеко не скучной и не печальной, что меня приятно удивило. А наутро он поспешил к своей ненаглядной Шарлотте.

Попытка Карла наказать Ла Моля вчера казалась мне забавным приключением, а теперь не на шутку тревожит. Я боюсь за него. Карл с его ревностью – это еще ничего, а вот моя мать… Впрочем, мы с герцогиней Анриеттой Неверской давно условились, что в случае опасности она поможет Ла Молю спрятаться или бежать.

Гиацинт – удивительный человек. Он не просто красивый мужчина и хороший любовник: у него прекрасные манеры, и он по-настоящему галантен. Увы, не все понимают, как важно быть галантным. Многие мужчины гордятся тем, что они храбрецы и забияки, и считают изысканную вежливость и мягкость в обхождении уделом слабаков и женственных придворных модников. Они стараются произвести впечатление на женщин грубостью и самоуверенностью, с их уст легко слетает брань, а их комплименты всегда отдают казармой. Впрочем, и женщин они выбирают себе под стать.

А между тем умение в любых обстоятельствах оставаться учтивым и сдержанным, умение не терять лица – это признак истинной смелости, воли, мужества и силы духа. Ведь в тяжелой ситуации люди первым делом отказываются от того, что считают лишним. Поэтому перед лицом страданий и опасностей становится ясно, кто есть кто: один сбрасывает с себя вежливость и уважение к окружающим, другой – верность данным обещаниям, и лишь тот, кто привык быть честным с собой и с другими, остается прежним.

Это можно разглядеть и по тому, как человек реагирует на неожиданные неприятности, пусть и не серьезные, просто досадные. Один сразу теряет самообладание и впадает в безудержный гнев – как, например, мой брат король Карл. Другой хранит внешнее спокойствие, но начинает лихорадочно плести интриги и лгать, чтобы выйти сухим из воды, даже ценой чужого благополучия, – таков мой брат Генрих. А есть те, кто прежде всего сохраняет достоинство, зная, что только так можно получить поддержку высшей справедливости. Таковы, например, Гиз и Ла Моль. Такие люди не потеряют самообладания, какие бы испытания ни выпали на их долю.

Ла Моль чуток и внимателен, он понимает меня с полуслова, с ним можно говорить обо всем на свете! Я не боюсь показаться ему слабой, встревоженной, сомневающейся. Он прекрасно видит мои недостатки, даже если я стараюсь их скрыть – но от него нет нужды их скрывать. Мои сомнения и внутренние поиски для него – не повод смотреть на меня свысока, он не любит вульгарной самоуверенности. Его любовь теплая, ровная, все понимающая.

Гиацинт много рассказывает о Провансе, где родился, о Марселе. Я бывала на юге, но сейчас заново открываю его для себя по этим рассказам – и ослепительное солнце, и морской воздух, и виноградники, и лаванду, и прекрасные вина, и – самое главное – ощущение радости и полноты жизни, которое наполняет и питает там и природу, и человека… Здесь, в Париже, Гиацинт иногда тоскует по югу, особенно в серые дни, когда город окутывает дождливый туман и мир кажется старым, тяжелым и уставшим. Когда на Гиацинта нападает грусть, он идет в церковь – или читает мне наизусть Пьера де Ронсара, нашего с ним любимого поэта.

Зима выдалась пасмурной и унылой, но я совсем не замечаю этого, особенно когда мы славно проводим время вчетвером: знакомец Ла Моля, жгучий пьемонтец Аннибал де Коконнас, тоже дворянин из свиты моего брата Франсуа, сумел покорить сердце герцогини Неверской, и нам нравится иногда собираться всем вместе. Анриетта из тех женщин, которые не боятся никого и ничего и не лезут за словом в карман.