Понять себя и других: Психологические знания, которые нужны каждому человеку - Инна Романина

перед каждым своим выступлением признается слушателям, что она волнуется, хотя это ее сотое (тысячное) выступление. Ирина для меня авторитет, и мне импонирует, что этой фразой она легализует чувство. Когда мы не пытаемся отрицать тревогу, а признаем ее, это облегчает наше состояние и разряжает обстановку. Да, колокольчики есть, и не стоит их игнорировать Лучше постараться услышать в их звуках мелодии, а для этого необходимо научиться «играть» на них, то есть признавать свои чувства и быть в контакте с собой и другими людьми. Самый простой и одновременно самый сложный метод.

Если исследовать тревогу, можно обнаружить множество других чувств, скрывающихся за ней. Плюс тревоги в том, что она дает огромный заряд энергии, ощущаемый как вибрация («вайбы»), а минус в том, что в неосознанной тревоге энергия расфокусирована. Когда тревога осознается, она перестает управлять человеком, и тогда высвобожденную энергию можно направить в нужное русло. Тревогу часто порождает страх будущего, основанный на прошлом опыте или мифах, витающих вокруг предстоящих событий. Например, человек боится, что в ходе публичного выступления опозорится, и ему станет стыдно (М. Якоби называет это чувство тревогой стыда) [22].

Стыд, кроме ощущения «я сделал(а) что-то не так и теперь хочу забиться в угол и тихонько помереть», содержит в себе большое количество возбуждения, а это ресурс. Стыд — чувство супервитальное; если его распаковать, можно обнаружить целые залежи потаенных желаний.

Получается забавная метафора: на поверхности нашей психики цветет «ботва» — тревога стыда, а под ней «урожай» — скрытые желания, и нужно потрудиться, чтобы добыть этот урожай. В ситуации с публичным выступлением скрытыми желаниями могут быть признание и любовь публики.

Итак, если копнуть поглубже, в тревоге обнаруживаются другие чувства, с которыми и надо работать. Необходимо выяснить, какие ограничения вынес человек из прошлого опыта, насколько и как долго это нужно корректировать, чем компенсируется тревога и какого рода поддержка нужна.

Например, испытывать легкое волнение перед публичным выступлением — нормально. Но если волнение столь велико, что человек не в состоянии сосредоточиться, у него путаются мысли, сбивается дыхание, возникает предобморочное состояние, тогда требуется психотерапевтическая работа. Это может быть восстановление доверия к миру, если оно утеряно, или принятие своих несовершенств, если дело в перфекционизме, и т.д.

Тревожные люди часто живут не в настоящем моменте, а в подготовке к будущим событиям или в воспоминаниях о прошлом. С одной стороны, анализировать ошибки и извлекать опыт — это разумно. Мечтать и строить планы — значит заряжаться энергией будущего. Но, с другой стороны, в избыточной тревоге о предстоящих делах или в перебирании горестных моментов прошлого можно упустить жизнь. Полнота ощущений и креативность доступны только здесь и сейчас, все остальное — лишь наслоения, отголоски, эхо, замирающее с каждым мгновением.

Переключите внимание с внешнего мира на внутренний и почувствуйте себя в настоящем моменте. Может быть, вам удастся осознать свою скрытую потребность, которая улучшит ваше самочувствие. Например, вам нужно размяться или попить воды. Сделайте это!

Концепции о тревоге и панических атаках

Рассмотрим тревогу и панические атаки через призму гештальт-терапии, арт-терапии, характерологического подхода М. Е. Бурно и системных расстановок.

Бурно анализирует тревогу в контексте тревожно-сомневающегося типа характера. По его мнению, люди такого склада физиологически более подвержены тревоге, они отличаются астеническим телосложением, так называемой блеклой чувственностью и эмоциональной заторможенностью; им тяжело принимать решения, легче написать человеку, нежели высказать что-то вслух. Из сильных черт можно выделить способность к анализу и рефлексии. В критических ситуациях тревожно-сомневающиеся могут мобилизоваться быстрее остальных, даже совершать подвиги благодаря активизации компенсаторного механизма. Это своего рода чеховские интеллигенты, типичный представитель — Чарльз Дарвин, который тщательно проанализировал возможные последствия женитьбы. Как мы теперь знаем, плюсов оказалось больше. Клод Моне десятки раз рисовал одни и те же сюжеты, например стога сена или водяные лилии, высвобождая таким образом часть своей тревоги.

С точки зрения гештальт-терапии, тревога — это остановленное возбуждение. Накопленное возбуждение, не переведенное в действие, преобразуется в чувство, а чувство — это невыполненное действие.

Например, к психологу обратился человек, который испытывает тревогу из-за объятий. В истории его детства был такой эпизод: он гулял на улице, поздно пришел домой, соскучился по маме и, потянувшись к ней, чтобы обнять, получил по макушке, поскольку мама переживала из-за его долгого отсутствия и разозлилась.

Фокус внимания в гештальт-терапии направлен на восстановление прерванного контакта, осознание и проговаривание собственных чувств.

Системно-семейные расстановки — это метод психотерапевтической работы по диагностике нарушений системной динамики. В системных расстановках можно рассмотреть любой симптом, в том числе тревогу, как процесс семейной проекции и межпоколенческой передачи паттернов взаимодействия [23]. Подробнее этот метод мы рассмотрим далее.

Арт-терапия в работе с тревогой позволяет, с одной стороны, выразить это переживание через арт-объект (например, слепить или нарисовать тревогу) и, овеществив (объективизировав) таким образом, вынести на сознательный уровень, а с другой стороны — отреагировать, следовательно, облегчить состояние путем трансформации арт-объекта, символизирующего чувство, во что-то другое, в зависимости от желания клиента.

Виды тревоги

Нормальная тревога — когда у человека есть объективная причина переживаний, то есть он может сформулировать, что именно его тревожит: недостаток времени, ненадежность договоренностей, слабая подготовка к чему-либо. В таком случае можно совершить реальные действия, которые позволят успокоиться: договориться о переносе сроков, оформить официальный договор, усовершенствовать свои умения и навыки.

Невротическая тревога — когда человек подстраховался по максимуму, предусмотрел все возможные риски, а чувство тревоги все равно не отпускает. Невротическая тревога свидетельствует о подавленных чувствах, скрывающихся за тревогой, фрустрированных (неудовлетворенных) глубинных потребностях. Типичный пример невротической тревоги описан выше — человек, опасающийся или избегающий объятий. В этом случае ведется психологическая работа по обнаружению и легализации подавленных чувств, осознаванию неудовлетворенных потребностей и поиску способов их удовлетворения.

Психотическая тревога отличается утратой адекватности и чувства реальности: человек не в состоянии работать, спать, полноценно жить. Проявления такой тревоги — панические атаки, но не только. Психотическая тревога задевает глубинную составляющую личности, сообщая, что человек столкнулся с разрушительными событиями или явлениями, напоминающими о смертности, одиночестве, несправедливости, беспомощности. Психотическая тревога свидетельствует о наличии травмы. При психотической тревоге необходимо обратиться за помощью к психотерапевту или психиатру.

Сценарий прокрастинации

Допустим, человеку приходит какая-то идея, замысел, и вначале у него есть много энергии на реализацию. Однако вместе с трудностями, сопровождающими процесс реализации, может появиться тревога, страх поражения, провала. Сил становится все меньше, поскольку они уходят на сопротивление «неприятному» чувству, и постепенно энтузиазм сходит на нет.